5000 ночей одержимости (ЛП) - Анис Дрети - Страница 54

вопрос об опеке над моим ребенком, составил от моего имени заявление о разводе и

хотел, чтобы я вручила его своему мужу. Серьезно?

Я думала, что мы заключили кратковременное перемирие, предаваясь

воспоминаниям о душераздирающем прошлом. Все это было фарсом. Моменты

передышки были не более чем изощренным трюком, призванным застать меня

врасплох. Он был мастером манипуляций. Конечно, он организовал какой-то обман за

моей спиной. Эта мысль только подстегнула мой гнев.

Моя вспышка не произвела на него никакого впечатления, и Аксель не стал поднимать

бумаги.

— Ты можешь потерять опеку над дочерью, если Амбани докажет неверность и то, что

ты плохая мать. - Бесстрастно пояснил он.

— Я не плохая мать! - я заорала на него.

— Ты был так пьяна той ночью, что понятия не имела, кто тебя трахал.

В комнате повисла тяжелая тишина. Я стиснула зубы и произнесла:

— Поппи не было со мной. То, что я делаю в свободное время...

— Будет поставлено под сомнение во время бракоразводного процесса, - вставил он.

— Насколько вероятно, что ты выиграешь битву за опеку, если...

— Какую опеку? - закричала я, расстроенная. — Я не собираюсь разводиться!

По тому, как изменилось выражение лица Акселя, я поняла, что сказала что-то не то.

Возможно, я поспешила с выводами, когда решила, что не стоит его бояться, в конце

концов.

Аксель встал, и мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не съежиться перед

высокой фигурой, возвышающейся надо мной. Его широкие плечи и мускулистые руки

напряглись с определенной целью, и я подумала, что он может напасть на меня, как

раньше. Вместо этого Аксель потянулся назад, чтобы схватить стопку папок. Они

приземлились передо мной с глухим стуком. Не нуждаясь в инструкциях, я знала, что

файлы предназначались для меня. Он подтвердил это, приподняв брови на ту, что

лежала ближе всего ко мне.

— Почему бы тебе не заглянуть в эту папку?

Я понятия не имела, что в них содержится, но была уверена, что это что-то похуже, чем бумаги о разводе. Вот почему Аксель изучал эти документы с таким интересом.

Меня переполнял гнев. Я хотела в отместку разрушить идеально выстроенную жизнь

Акселя. Может, передвинуть его гитару или проигрыватель на один сантиметр вправо.

Это, несомненно, свело бы его с ума.

Однако часть меня знала, что нападки на Акселя не помогут моему делу.

В конце концов, любопытство взяло верх над гневом. Мое сердце бешено колотилось, когда я медленно взяла в руки первую папку и прочитала ярлык. Джордан Бэнкс. Страх

и неуверенность охватили меня. С большой неохотой я откинулась на кресле и открыла

папку. Многочисленные страницы со сводками активов и квартальными отчетами

высыпались мне на колени.

— Это по поводу фирмы Джордан. - Прошептала я в замешательстве, не понимая, зачем Акселю показывать мне финансовые данные компании моей лучшей подруги.

— Прочти. - Приказал он.

Я опустила глаза и просмотрела цифры, потрясенная тем, насколько уныло они

выглядели. За последние несколько месяцев Джордан потеряла множество

высокопоставленных клиентов, но я и представить себе не могла, что дела настолько

плохи. Почему она не сказала мне? Хотя я плохо разбиралась в цифрах, я понимала, когда компания на грани разорения.

Закончив читать, я бросила взгляд на Акселя, который вновь занял свое прежнее

место на краю стола. Его глаза указали на оставшиеся папки, мягко призывая меня

продолжить просмотр.

Я воздержалась от того, чтобы взять в руки следующую папку из чистого страха. Судя

по первому файлу, я догадывалась, что в остальных содержится информация о других

близких мне людях. Глаза невольно метнулись к папке с надписью «Поппи Амбани».

Дыхание участилось, и я была удивлена, когда мой голос зазвучал ровно.

— Что это, шантаж информацией обо всех, кого я люблю? - я бросила вызов.

Его молчание и легкое подергивание челюсти стали ответом на мой вопрос.

Мне хотелось кричать и швырять в него вещи, предпочтительно тяжелые. Он собрал

компромат на все мое окружение и не удосужился предоставить мне признание вины.

Сумеречный свет из окна позади него падал на его фигуру, создавая корону вокруг его

головы. Прошла вечность, прежде чем Аксель заговорил снова, но вместо ответа на

мой вопрос он сказал:

— Тебе не следовало оставлять меня с теми деньгами.

Ошеломленная, я вскинула голову.

— Что?

Почему он заговорил об этом именно сейчас?

— Даже если бы ты не оставила мне тех денег, я бы тебя выследил.

Я не знала, как относиться к такому повороту разговора, и непонимающе уставилась

на него.

— Когда я увидел тебя впервые, тебя окружила группа людей. Так что я подумал, что

ты была гостьей на свадьбе, но позже оказалось, что ты ни с кем не связана. Я

предположил, что компания проявила доброту к случайной девушке, которая упала, и

не заметил, когда ты позже заявилась на прием.

Я встала, готовая убраться отсюда. Я не хотела предаваться воспоминаниям с

Акселем. Он потерял это право в тот момент, когда использовал моих близких против

меня.

Рука Акселя метнулась вверх, чтобы схватить меня за локоть и удержать на месте.

— Представь мое удивление, когда я узнал, что ты сестра жениха. Твоя семья отвергла

тебя в тот день, заставив незнакомца поверить в то, что ты явилась без приглашения

на свадьбу собственного брата. - В его глазах промелькнуло что-то неузнаваемое. —

Ты была такой же, как я, Пия. Кто-то, кто не вписывался в мир, в котором жил.

Его глаза пробежались по моему лицу, остановившись на губах. Он не отводил

взгляда, пока говорил.

— Чем больше времени мы проводили вместе, тем яснее становилось, что

единственный мир, которому мы принадлежим, - это тот, который мы создали вместе.

Мое сердце начало беспорядочно биться. Чувство, похожее на панику, охватило меня, и мне хотелось кричать и визжать, чтобы заглушить его голос.

— То, что я испытал в той ночью… Трепет, создание музыки, пляж… Я никогда ни с кем

не испытывал ничего подобного. Ты подарила мне проблеск чего-то бесценного, и я

знал, что готов отказаться от всего, только бы еще раз почувствовать вкус. Но потом ты

исчезла, дав мне лишь одно указание. Ты оставила мне, незнакомцу, все деньги, которые завещала тебе твоя бабушка. И все для того, чтобы я мог достичь своих

целей. Зачем ты это сделала?

— Я не знаю, - выдавила я.

— Попробуй еще раз.

— Я действительно не знаю.

— Нет, знаешь. - Его голос был спокоен, хотя хватка на моем локте усилилась. —

Думай, Пия. Ты родилась с привилегиями и не имела дела с кем-то вроде меня. Так

зачем тебе было делать это для человека, который ничем не лучше наемной прислуги?

— Пожалуйста, прекрати это, - прохрипела я, толкая его в грудь, чтобы отстраниться.

Это лишь заставило его притянуть меня ближе, подавляя меня своим нависшим

присутствием. Его стойкий аромат душил меня, и я молила о божественном

вмешательстве. Я не хотела обсуждать те вещи, о которых он говорил.

— Ты хотела, чтобы я изменил свою жизнь и стал достойным тебя, так ведь?

— Нет!

— Да. Ты влюбилась в незнакомца и не знала, как еще ему помочь.

— Остановись!

— Нет, пока ты не признаешь это. Скажи мне, почему ты оставила меня со всеми этими

деньгами?

— Лучше бы я этого не делала, - разочарованно крикнула я. — Тогда бы ты не смог

использовать те же деньги, чтобы разрушить мою семью. Нельзя наказывать человека

за доброту к тебе.

— Напротив. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

Он отпустил мой локоть, и я другой рукой потерла то место, которое он крепко

сжимал, чтобы разогнать кровь.