5000 ночей одержимости (ЛП) - Анис Дрети - Страница 62

почувствовала ласку через барьер, и холодная поверхность почему-то стала теплой. Я

уставился на то место, где наши руки были соединены через стекло.

— Ты знаешь, чему равны тринадцать лет, восемь месяцев, одна неделя и четыре дня?

- Спросил я низким голосом.

Пия уставилась на меня так, словно понятия не имела, что сказать или что

чувствовать.

— Они равны 5000 ночам, которые я провел без тебя.

Молчание Пии было наполнено ароматом неуверенности, как будто она пыталась

понять, к чему я веду этот разговор.

— Я считал каждую ночь, проведенную без тебя, пока не понял, что прошло 5000 дней

в попытках найти тебя. Я устроил себе вечеринку, поминальную, если можно так

выразиться, в честь времени, которое потратил на твои поиски. Последнее, чего я

ожидал в тот вечер, - это того, что ты войдешь в двери.

Глаза Пии расширились, зрачки увеличились, когда эти слова запечатлелись в ее

мозгу. Уголки ее рта начали растягиваться в ироничной улыбке. С легкой ухмылкой я

опустил взгляд на наши руки, соединенные через стекло.

— Так, скажи мне, принцесса. Неужели ты думала, что сможешь одурачить меня, заставив думать, что мы не виделись четырнадцать лет?

Ее глаза метнулись к саду снаружи, избегая моего взгляда и ища ответ, который

оправдал бы обман.

— Я... я не пыталась одурачить тебя. Я просто округляла.

Тело Пии было натянуто, и я знал, что она на грани срыва.

Я вздохнул, как будто объяснял реальность капризному ребенку.

— Нет, не так. Ты беспокоилась о том, почему я вернулся в твою жизнь, и отчаянно

пыталась замести следы. Так почему бы тебе не избавить меня от лишних слов и

самой не признаться в тайне, которая столько лет тяготит твою душу?

Глаза Пии стали еще шире и остекленели, лицо вытянулось.

— Аксель, я...

— Скажи это.

— Пожалуйста, - взмолилась она, её взгляд наполнился ужасом, а голос дрожал.

— Больше нет смысла скрывать, Пия. Я уже знаю, но хочу услышать это от тебя.

Тяжелый аромат страха витал в воздухе, но ее время истекло.

— Я не могу.

— Скажи это! - закричал я.

Щеки Пии посерели, взгляд стал пустым, как будто из нее высосали всю жизнь.

— Поппи - твоя дочь.

5000 Ночей Назад

Пия

— Вы беременны.

Ужас сковал мою спину. Слова врача прозвучали как шутка, и я ждала кульминации.

Когда она не последовала, я быстро прибегла к оспариванию результатов, полученных

современной медициной.

— Нет, не беременна, - заявила я.

Врач в накрахмаленном белом халате уставилась на меня сквозь очки в черной

оправе, слегка надвинутые на нос. Она была высокой брюнеткой с волосами до плеч, собранными в свободный пучок. Ее голубые глаза излучали ауру интеллекта, смешанного с сочувствием.

— Мне жаль, если эта новость пришла к Вам в неподходящее время. - Мягко ответила

она.

Гинеколог уловила намеки и сделала вывод, что это не радостное событие. Вместо

того, чтобы поздравить меня, она заглянула в мою карту, вероятно, вычисляя мой

возраст по дате рождения. Двадцать один год - не такая уж бесцеремонная юность. Тем

не менее, я была слишком молода, чтобы стать матерью, поэтому схватила отрицание

за рога.

— Ничего не пришло ко мне в неподходящее время, потому что я точно не беременна.

Доктор вздохнула. Она явно не просыпалась с мыслью о том, что проведет день, защищая науку перед недавней выпускницей колледжа.

— Анализ крови однозначен, Пия. Вы беременны.

— Я делаю уколы с семнадцати лет, - возразила я. — Так что беременность

невозможна.

Хотя я знала, что моя судьба предрешена, я говорила с непоколебимой уверенностью.

Если бы я отказалась от беременности, это каким-то образом отменило бы результаты, установленные медициной двадцать первого века.

— Противозачаточные уколы эффективны лишь на 94%. Шанс забеременеть

увеличивается, если есть задержки между приемами, особенно если зачатие

происходит в период, когда укол менее эффективен.

Я почувствовала головокружение, так как отрицать правду становилось все труднее и

труднее. Черт. Не стоило откладывать последний укол.

Со свадьбы Милана прошло две недели. Все это время я провела, съезжая из

родительского дома в свою новую квартиру. Воспоминания об Акселе не отпускали

меня ни на минуту. Когда переезд закончился, и мне больше не на что было отвлечься, просочились сомнения, правильно ли я поступила. Если уход от Акселя был

правильным решением, то почему, черт возьми, это казалось таким чертовски

неправильным?

Я поддалась своим внутренним демонам и поехала в Шато в Хемпстеде, чтобы

разыскать его. Мне пришлось остановить себя прямо перед тем, как сделать

решительный шаг. Слова всех остальных и мое прошлое пропитали сомнениями ту, казалось бы, волшебную ночь, которую мы разделили. Когда тебя так часто обжигали

мужчины, начинаешь сомневаться в своей способности отличать хороших парней от

плохих.

После внутреннего смятения в голову пришло кое-что похуже: у меня был

незащищенный секс с незнакомцем.

Часто ли Аксель делал это с другими женщинами?

Мы были настолько захвачены моментом, что презервативы казались неважными.

Супер-саморазрушительное поведение - я знаю, но, по крайней мере, я была в ударе.

И все же... был ли Аксель несдержанным в целом или только со мной?

Я понятия не имела, спал ли он с кем попало без защиты и мне нужно было как можно

скорее сдать тест на ЗППП. Если бы я была чиста, это могло бы означать, что я стала

исключением для Акселя, как он был для меня, и, возможно, надежда все-таки была.

Как только результаты анализов окажутся отрицательными, и если я все еще не смогу

перестать думать о незнакомце, я поеду в Шато.

Вместо того чтобы навестить Акселя, я обратилась к врачу.

Ну, тесты на ЗППП были отрицательными; просто так получилось, что еще один тест

оказался положительным. Учитывая, сколько раз Аксель трахал меня той ночью, разве

это должно быть сюрпризом?

Когда в лаборатории проверяли анализы на венерические заболевания, они также

проверили кровь на возможную беременность. Теперь я жалела, что пришла на

проверку, как будто жизнь в отрицании могла каким-то образом освободить меня от

этой реальности.

— Если это не то, с чем Вы готовы справиться… мы можем обсудить Ваши варианты, -

многозначительно сказала она.

Я резко подняла голову, чтобы встретиться с ней взглядом. Она имеет в виду аборт.

Черт. Я всегда полагала, что прерывание беременности - удел подростков после

выпускного. Это казалось странным выбором для человека моего возраста, у которого

есть работа и новая квартира.

Как я дошла до этого? Это была ситуация, с которой я не сталкивалась, и о которой

никогда не задумывалась.

Врач обсудила различные варианты и вручила мне брошюры клиник на случай, если

материнство окажется не для меня. Все это время я тупо смотрела на нее. Моя рука

скользнула по животу, поглаживая кожу. Я никогда не обладала какими-то

исключительными материнскими инстинктами. Казалось безответственным со стороны

природы доверить мне чью-то жизнь. По всеобщему мнению, я была непутевой. Что я

знала о том, как заботиться о другом человеке? У меня не было права браться за

подобные начинания, так почему же мне было поручено защищать эту жизнь? Я буду

нести ответственность, если с ней что-то случится. Это было пугающе... и в то же

время странно чудесно.

— Можно мне взглянуть на это?

— Это?

— Это… - Мой голос прервался, пока я подыскивала слово, чтобы описать крошечное

существо внутри меня. «Ребенок» звучало бы слишком официально, и я не смогла бы