Измена. Счастье вопреки (СИ) - Караева Алсу - Страница 40

– А ребенок? - страх окутывает меня новыми волнами.

Наследство, деньги, брак, все это происходит не со мной. Словно сценарий очень плохого сценариста.

– А кто бы мне поверил в твою безвременную кончину после твоего побега? А так вот оно, доказательство, что мы собирались прожить долгую и счастливую жизнь.

Я плюю ему в лицо, за что сразу же получаю мощный удар пистолетом в лицо. Падаю на землю.

– Дрянь! - он выпрямляется, пренебрежительно отряхивается.

Даже если все, что он говорит, правда, разве может человек на протяжении нескольких лет вести настолько запутанную жизнь? Конечно же нет. Дима болен. Серьезно. Полностью.

– И ты бы смог убить своего ребенка?! - привожу последний аргумент, что еще у меня остался.

Дима противно прыскает со смеху.

– Если ты думаешь, что я бы привязался к мелкому гавнюку, ты сильно ошибаешься.

– Тебя найдут, - приставая на колени, смотрю на Диму с вызовом.

– Нет, если решат, что это сделал твой прекрасный защитник Володенька. Ты достаточно, надеюсь, пожила в этом доме, не мало наследила? Одна только проблема останется, это вывезти твой труп. Но, думаю, Кондор что-нибудь порешает.

Ошеломление, замешательство отображается на моем лице, потому что Дима продолжает, с явной насмешкой.

– Ты что же, думала я ничего не знаю. Твой Володенька давно подозревал нас в сговоре, особенно после того, как мы облапошили его на крупную сумму, - Дима чешет подбородок. - Каждый получит то, что ему принадлежит по праву, Кондор долю в фирме, а я деньги. А сообщение на твоем телефоне лишь подтвердит, что мы были в хороших отношениях.

Бросаю на Диму затуманенный взгляд, все так же не понимая, как все это связано со мной. Я же простая, обычная девушка, выходец из тяжелой семьи. Вокруг меня ну просто не может виться столько всего.

За спиной Димы замечаю движение, но, к сожалению, не успеваю скрыть это от наблюдающего мерзавца.

Он разворачивается и не мешкая стреляет в подкрадывающегося к нам Коршуна, правой руки Владимира.

Мужчина падает.

Дима кричит что-то матом.

В это время, справа Владимир, перепрыгнувший через высоченный забор, крадется в нашу сторону. Мне пальцем показывает молчать. Я не хочу, чтобы еще и Владимир пострадал, поэтому перевожу Димино внимание на себя.

– Хватит! Прекрати немедленно! Ты не можешь вот так стрелять по людям!

Коршун корчится от боли. Дима насмешливо переводит взгляд с него на меня и обратно.

Стоит только Диме вновь наставить пистолет на меня, как Владимир совершает быстрый прицельный прыжок, валя Диму с ног. У них завязывается драка. Оба мужчины катаются по земле.

Трясущимися руками достаю из кармана телефон и звоню в полицию. Слышны новые выстрелы. Я не решаюсь встать, поэтому на корточках подползаю к раненому Коршуну. Тот диктует адрес.

Сколько ждать полицию я не знаю, но точно уверена, что не могу быть в стороне!

Владимир ревет, так как Дима ударяет его в левое плечо. Владимир выбивает пистолет, который приземляется у моих ног. Я не раздумывая хватаю оружие и встаю, пытаясь нацелиться.

Мужчины вскакивают на ноги и продолжают драться. Я не могу прицелиться. Не смотря на то, что я сделала глубокий вдох, приняла нужную стойку, свела целик с мушкой в одну линию, постоянно движущиеся тела не позволяют мне сделать один точный выстрел.

Чувствую легкое касание к своей ноге.

– Стой! - Коршун держится за бок. - Володю заденешь!

Он прав, но наблюдать за этой схваткой невыносимо! Не могу же я просто стоять в стороне!

Владимир падает на землю, отчего мое сердце содрогается в ужасе. Мужчина бросает на меня беглый взгляд, после чего ставит Диме подножку, и, собравы все оставшиеся силы, бьет того прямо в челюсть.

Дима падает без сознания. Владимир тяжело дышит.

Я оставляю Коршуну пистолет и бросаюсь к Владимиру.

Эпилог

Мы стоим обнявшись с Владимиром возле машины скорой помощи. Коршун лежит на каталке и недовольно ворчит. Симпатичная девушка фельдшер что-то колдует над его плечом.

Сегодня ночное небо омрачено ярко синим мерцанием проблесковых маячков. После того, как Дима потерял сознание, нам оставалось лишь надеть на него наручники и ждать приезда полиции. Газелька и три расписных уазика оставили широкие грязные следы на некогда красивом ровном газоне. Мне не позволили говорить с представителями власти, всю работу по урегулированию ситуации на себя взял Владимир.

Максим и Юля дают показания под запись о причастности Димы ко всем непотребствам, что произошли за последнее время.

Чувство, что злодей получил по заслугам невероятно воодушевляет меня. Хотя на этом, конечно, история не заканчивается. Будет суд, вынесение приговора. В нашей стране вряд ли Дима получит больше двадцати лет. Но я все же надеюсь, что к тому времени как он выйдет, нам уже ничего не будет угрожать.

– Кать, - шепчет Владимир над самым ухом, - а вызывая полицию, ты не подумала, что они и меня могут арестовать?

По всему телу пробегает волна неприятной дрожи. Я испуганно прикрываю рот ладонью. Точно! Я же совсем не подумала о том, что у Владимира здесь могу быть следы незаконной деятельности.

– Прости, я не подумала, - практически шепчу в ответ, озираясь по сторонам. Хочу убедиться, что нас никто не подслушивает.

– Расслабься, выдохни, Катюш, я пошутил, - устало произносит Владимир с легкой улыбкой на лице.

– Как это? - смотрю на Владимира, пытаясь понять, вот он сейчас серьезно? Нашел время для шуток.

Осматриваю дом, охрану, полицию и скорую. Не похоже, чтобы люди были свои или подкупленные. Все официально. Владимира долго опрашивали, собирали сведения, куча, нет, целая толпа народа все фиксирует и фотографирует.

Задумываюсь. Владимир протягивает мне белую прямоугольную визитку. Рассматриваю на нем эмблему летящего орла.

– Переверни, - я переворачиваю и читаю надпись “Беркутов А.В. совладелец ООО…” - ты, судя по всему, так ее и не читала? Забавно было наблюдать, как ты искренне считаешь нас бандитами.

Кручу визитку в руках и снова и снова перечитываю, пытаясь осознать написанное.

– Так, это что же получается, - я задумываюсь, а Владимир с довольной улыбкой кивает головой, — все это время, я…?

Бросаю неуверенный взгляд на мужчину, затем на Коршуна. Тот смеётся, после чего хватается за плечо, девушка в белой форме что-то злобно ему выговаривает и обещает поставить укол, если он не ляжет спокойно.

– Подожди. Но ведь, вы зовете друг друга по кличкам, - смотрю на свою ладонь и начинаю перечислять, загибая пальцы, - Беркут, Коршун, Сокол, Кондор, - вроде бы всех назвала из тех, кто пришли на ум.

– Ох, синичка ты наша, соображай, - Владимир ласково и крепко обнимает меня за плечи.

– Беркутов, - смотрю на кивающего Владимира, - Синицына, Соколов, Коршунов, - смотрю на отъезжающую машину скорой помощи, - и Кондоров?

– Всех угадала, кроме последнего, - Владимир хмурит брови, бросая недовольный взгляд на закованного в наручники Кондора. - Рябов он.

На мой немой вопрос Владимир отвечает, плавно разворачивая меня обратно к дому.

– Ну, мы с Коршуном друзья детства. Оба хищные птицы высокого полета, понимаешь? Позже к нам устроился Сокол. Бизнес-дело опасное, ты можешь доверять только себе и нескольким людям. Кондор очень влился в нашу компанию, мы приняли его как родного. К сожалению, жажда наживы им возобладала. Коршун предупреждал меня быть с ним осторожнее, а я, дурак, не верил.

– Ну что, товарищи орнитологи, на этом, пожалуй, все, - произносит подошедший Максим и слышавший часть нашего разговора.

– Погодите, а взрывы? Их было два, я четко слышала! - Испуганно смотрю через открытый забор на пост охраны.