Нити Жизни (СИ) - Луч Мария - Страница 34

Переднюю его часть щедро украшали разные по цвету и форме оранжевые бусины и камни – сочного оттенка осенней листвы, бурого как ржавчина, нежного как рассветное небо, и многих других, от персикового до коричневого. Глава северян бережно сложил его к себе в сумку и заинтересованно повернулся к Эслин. Девушка ревниво проводила взглядом находку и подумала, что этот интерес не к добру, но промолчать не смогла – о Нитях она могла говорить часами:

– Красные называют боевыми. Нащупаешь их в пространстве – тотчас получишь прилив силы и предельную выносливость тела. А Фиолетовые рекой бегут на рынках и в банках. Они отвечают за умножение богатства, поэтому подсвечивают нужных людей для совершения сделок, например.

– Никогда не видел подобного, но звучит отлично, – оценил ее рассказ подошедший Кам. – Чего только не скрывает невидимая сторона жизни.

– Ух, интересно, какие бы Нити поймал бы я! – Алимка мечтательно запустил пятерню в ленточки.

– На самом деле, многие люди ловят «свои» цвета интуитивно, не видя сами Нити, – улыбнулась Эслин. – Вот Нэвлису попался оранжевый кушак. Это цвет Нитей харизмы, которые окутывают лидеров, особенно в моменты выступлений. Уверена, раз ты никогда не видел их наяву, значит, и так управляешься с ними умело. А храмы строили для того, чтобы нащупать, вымолить, притянуть к себе нужный цвет.

– Прелестная вещица, – Нэвлис самодовольно ухмыльнулся и покрутил головой. – Ну что ж, нам пора. По коням!

Но его команда потонула в отчаянном крике и из-за угла уцелевшей стены вылетел Алимка с перепуганными глазами. Его резвыми прыжками преследовало невиданное существо с мохнатым туловищем и мордой коровы на лягушачьих лапах. Безумные глаза навыкате и острые клыки в пасти придавали твари отнюдь не травоядный вид. Дар немедленно закрыл собой Нэвлиса и Эслин, стоящую рядом, но Молодой бежал в сторону Сармика, который выхватил меч из ножен и воскликнул:

– Дед, что за тварина?

Мгновение, и Алимка скрылся за спиной шамана, а тварина кинулась на Сармика. Он с размаху полоснул существо по морде. Бестия мотнула головой и издала гортанное и громоподобное «ква-а-а-а». Эслин моргнула и заметила возле хищного шамана полупрозрачный силуэт стройного мужчины с длинной седой бородой. Левая рука у него отсутствовала по локоть. Силуэт прошелестел:

– Спокойно, внучара. Это ваира. Они охраняют святилища и очень редко нападают на людей.

– Да ну? – огрызнулся Сармик. – Тогда ему мордашка Алимки злодейской показалась.

Он выставил меч острием вверх, глядя как ваира прижалась к земле для прыжка. Но зверюга, оттолкнувшись, перелетела через Сармика и сбила с ног Майму, которая в это время сидела на корточках и лихорадочно разводила костер. Огонь едва занялся, а шаманка уже оказалась придавленной к земле огромной тушей. Ваира без колебаний распахнула пасть, норовя перекусить шею девушки, но в последний момент остановилась, услышав монотонное лягушачье «ква-ква-ква». Кам принял почти лягушачью позу и издавал звуки, которые зачаровали тварь. Она настороженно подняла голову и прислушивалась, не обращая внимания, как Кам медленно разматывает цепь кистеня.

– Дар, не лезь пока, – тихо приказал Нэвлис.

Он в это время смотрел на разгоревшийся огонек и Майму. Она дергалась и задыхалась под весом ваиры, но сумела заполучить необходимую силу. Слабый сгусток огня метнулся в тушу и поджег шерсть на ее боках. Ваира снова издала свой протяжный крик, упала на горящий бок и принялась кататься по земле. Майма быстро, но не без труда, поднялась и отчаянно закричала своему амагят, взмахивая руками:

–Ты рыжего окраса и как чума заразен! Ты мчи, преград не зная, все по пути сжигая.

Ваира быстро потушила свою шерсть и поднялась, но взметнувшиеся языки пламени заставили ее отшатнуться и выбрать другое направление для атаки. Она развернулась и прыгнула на Кама, который уже ждал ее, взметнув кистенем. Тяжелый грузик на цепи с треском пробил ряд зубов бестии, но мощные челюсти уже сомкнулись. Ваира мотнула головой, заканчивая прыжок, и Кама, который не успел выпустить рукоять кистеня, бросило прямо на груду острых камней. Тварь развернулась, намереваясь прикончить шамана, но прямо перед ее носом возник Сармик.

Пока ваира увлеклась его спутниками, призрачный дед струйкой дыма влетел в его ноздри. Движения Сармика преобразились. Он ловко подскочил к зверюге и дважды коротко взмахнул мечом. Вжих – перерублена перегородка между ноздрями. Голова ваиры запрокинулась от боли. Вжих – меч вошел в беззащитную шею и тут же вышел. Шаман отскочил, и очень вовремя. Ваира с короткими надрывными всхлипами неистово заметалась. Темно-синяя кровь фонтанами выплескивалась из шеи, потоками лилась из носа и рта. Истекая кровью, с безумными посиневшими глазами, тварь помчала в сторону Эслин, Нэвлиса и Дара, в отчаянии пытаясь убежать от неистовой боли.

Раздался хруст. Из ее передних лап, прорывая кожу, вылезли кости наподобие когтей. Чуя скорую гибель, чудовище пустило в ход тайное оружие и превратило кости лап в кинжалы. Эслин с ужасом смотрела, как вооруженная ваира бежит прямо на них. Невозмутимый Дар поднял руку вверх, но не успел ничего сделать – как будто из-под земли вырвались и взметнулись вверх языки пламени и взяли ваиру в кольцо. Она бросилась на огненную стену и сильнее прежнего завопила, отскакивая назад.

– Ну вот. Кровью истечет и сдохнет, – с облегчением сказал Кам. Он отделался ушибом и теперь сидел на груде камней, утирая со лба пот. На прогалине стало жарко и трудно дышать, лица путников порозовели, но ваира все никак не хотела прощаться с жизнью. Кровь лилась и лилась, едко пахло горелым мясом, а зверюга все также бешено каталась по земле, хрипела и брыкалась.

– Надо добить. Давайте туда что-то кинем, – Молодой обошел поляну по кругу и сейчас стоял рядом с Эслин. Он взволнованно наблюдал за беснующимся зверем.

– Надо тушить! Ну, что болтаешься как морж в проруби?! Майма, туши! – заорал Нэвлис.

Кольцо огня весело набирало силу и рвалось в стороны. Людям пришлось поспешно отходить к лошадям, которые уже испуганно ржали, во все глаза наблюдая за пламенем. Дуновение ветра, и огонь волной хлынул в сторону путников.

– Да туши же, ну! – Кам осторожно, словно боясь обжечься, взял Майму за плечи и потряс, но она влюбленно и растерянно смотрела на лесной пожар.

– Не могу. Надо ли? Он велик, вечен, он сама жизнь, – только проговорила она в оцепенении.

Кам подхватил ее на руки и понес к лошади. Эслин тоже поспешила вернуться в седло, но Дар быстро выхватил из поклажи флягу и принялся расплескивать жидкость вокруг себя.

– Он что, еще сильнее разжечь хочет? – ахнула Эслин, ощутив резкий запах.

Но Дархан быстро закончил с этим и принялся совершать странные движения почти на самой границе огня, медленно отступая. Он поднимал руки вверх и как будто с усилием что-то опускал. Затем крутанулся, совершил изящный поклон в пол, а потом принялся повторять, уже более размашисто и замысловато. Его глаза вспыхнули голубым. В ответ на его танец наступил полный штиль. Огонь остановился, быстро пошел на спад и вскоре сник.

Шаман продолжал танцевать, пока пламя не ушло, оставив после себя выгоревшее черное пятно и струйки дыма. В центре бывшего пожара лежала обгоревшая туша ваиры. Обессиленная и обескровленная, она все еще продолжала слабо подрагивать. Эслин показалось, что огромные помутневшие глаза остановились прямо на ней.

Майма опустила глаза, потянула поводья, и ее черная лошадка медленно побрела дальше по дороге. Остальные напряженно всматривались в лицо Подарка. Он поднял руки вверх и оглядел всех серыми глазами:

– Все в порядке, я себя контролирую!

– У тебя дух Воздуха? – не удержалась Эслин.

– Нет, но Воздух любезно откликается на мои просьбы. За умеренную плату, – пробормотал Дархан, и углем черканул на тыльной стороне руки один крестик.

Он тоже запрыгнул на лошадь и собрался уезжать, но тут Алимка громко охнул, хлопнул себя по лбу и побежал за стену, из-за которой выскочила ваира. Вернулся юноша со свертком. Оказалось, что это туго замотанное одеяльце, внутри которого копошился зареванный младенец. Ребенка вымотал продолжительный плач, и он просто судорожно вздыхал и икал.