Удержать мою невесту (ЛП) - Снайдер Анжелика - Страница 51

— Она, наконец, заснула примерно полчаса назад, — говорит Бенито. — Она так долго боролась со сном. И я знаю, что она разозлится из-за того, что пропустила твое пробуждение.

Я усмехаюсь при мысли о том, что она так долго пыталась не заснуть.

— Дай ей поспать. Ей нужен отдых.

Я смотрю на нее, запечатлевая в своем мозгу ее красивое лицо. Черт возьми, она великолепна. Как какое-то неземное создание. Сейчас она даже не кажется мне реальной, но она моя жена, и она моя.

— Когда ты хочешь уехать? — Спрашивает Бенито, вырывая меня из моих мыслей.

— Как можно скорее, — говорю я. Затем бросаю взгляд на Верону. — Но давай дадим ей немного поспать.

— Хорошо, — соглашается он, и я слышу неуверенность в его голосе. Но Бенито знает, что со мной лучше не спорить. Я смотрю, как он подходит к раковине и наливает в чашку воды, прежде чем вернуть ее мне.

— Хочешь пить?

— Черт возьми, да, — киваю, прежде чем с благодарностью беру воду здоровой рукой. Я глотаю прохладную жидкость, и это ощущается как рай в моем воспаленном, пересохшем горле. — Скажи доктору, что мы скоро уезжаем, и пусть он даст мне все необходимое.

— Конечно, — говорит Бенито, прежде чем подняться по лестнице в главный дом.

Протягивая руку, я сжимаю руку Вероны в своей. Она шевелится, но не просыпается, и я задерживаю дыхание, пока она снова не проваливается в глубокий сон.

— Я никому не позволю причинить тебе боль, — обещаю ей. И я намерен сдержать это обещание до своего последнего вздоха.

Глава 65

Верона

Когда открываю глаза, я вижу Луку, стоящего в нескольких футах от меня.

Он одет в черный костюм и повернут ко мне спиной.

Я быстро моргаю, пытаясь избавиться от галлюцинации, но он остается там. И когда поворачивается, чтобы посмотреть на меня, я понимаю, что он настоящий, а вовсе не плод моего воображения.

— Верона, — произносит он мое имя грубым и напряженным голосом.

Рыдание вырывается из меня, когда я вскакиваю со стула и бегу к нему. Именно тогда замечаю, что один рукав его пиджака просто перекинут через плечо, и что на перевязи у него раненая рука.

— Почему ты не в постели? — Спрашиваю я, чувствуя, как меня охватывает замешательство и паника одновременно.

— Мы возвращаемся домой.

— Но доктор сказал, что тебе нужно некоторое время, чтобы прийти в себя, — возражаю я.

Он протягивает мне здоровую руку, и я без колебаний беру ее. Он притягивает меня к себе, крепко обнимая и вдыхая мой аромат.

— Я в порядке. Обещаю. Я уже получал пули и проводил в постели меньше времени, чем сейчас.

Я ненавижу, что ему причинили боль в прошлом, и ненавижу, что он считает необходимым всегда быть таким сильным, когда в этом нет необходимости. Не со мной.

— Поехали домой, — говорит он, прежде чем поцеловать в макушку.

Бенито открывает дверь в подвал и говорит мне, когда мы проходим через нее: — Не волнуйся. У нас в штате есть медсестра в поместье. Она присмотрит за ним.

Это заставляет меня чувствовать себя лучше, но ненамного. Я не думаю, что смогу полностью расслабиться, пока Лука не выздоровеет на сто процентов. И даже тогда все равно продолжу беспокоиться о нем. Мы живем в опасном мире, и у Луки много врагов. Но, по крайней мере, один из них сейчас мертв.

Глава 66

Лука

Краем глаза я наблюдаю за Вероной, пока медсестра обтирает меня губкой. Я практически слышу мысли в голове моей маленькой непослушной жены. Ее глаза цвета меда метят кинжалы в медсестру. Я знаю, Верона слишком мила, чтобы сказать что-то, что могло бы отпугнуть медсестру, которая просто выполняет свою работу, но за ревнивым маленьким чудовищем, которым сейчас является моя жена, наблюдать, мягко говоря, забавно. Не думаю, что я когда-либо видел ее ревнивой раньше. И, несмотря на мои травмы, это чертовски заводит меня.

Прежде чем медсестра успевает спуститься еще ниже по моему животу и обнаружить растущий стояк, я быстро говорю ей: — Этого достаточно. Я думаю, моя жена справится с остальным.

Молодая брюнетка кивает и быстро выходит из комнаты.

Прошло уже пару дней с тех пор, как мы вернулись домой. К сожалению, я оправляюсь от своих ран не так быстро, как хотелось бы. Может быть, я становлюсь слишком старым для этого дерьма.

Мои глаза встречаются с Вероной, когда она пересекает комнату, все еще кипя от злости. На моих губах появляется ухмылка, когда я смотрю, как она сердито берет губку, смачивает ее, крутит, чтобы избавиться от излишков мыла и воды, и нежно проводит ею по нижней части моего живота.

— Я никогда раньше не видел, чтобы ты ревновала, — говорю я ей.

Шок на ее лице заставляет меня усмехнуться. Она не думала, что я разгадаю ее внутренние мысли. Но теперь могу читать Верону как книгу. Она не просто моя жена. Она моя родственная душа, моя вторая половина.

Я внимательно наблюдаю за ней, когда говорю: — Ты знаешь, что в греческой мифологии люди изначально были созданы с четырьмя ногами, четырьмя руками и головой с двумя лицами?

Верона секунду смотрит на меня, прежде чем поднять голову. Я явно сбил ее с толку. Она быстро прижимает тыльную сторону ладони к моему лбу, проверяя, нет ли температуры. Посмеиваясь, я беру ее за руку и подношу к губам, чтобы нежно поцеловать ее кожу, пахнущую ванилью и медом.

— Ударом своей молнии Зевс разделил их на два отдельных существа, обрекая их провести остаток жизни в поисках своих вторых половинок, своих родственных душ.

Верона едва дышит, ловя каждое мое слово в этот момент.

— Я нашел свою. Я нашел тебя, — мягко говорю, прежде чем снова поцеловать ее руку.

Ее глаза наполняются слезами. Я не уверен, то ли мои слова так сильно повлияли на нее, то ли это гормоны беременности. В последнее время она была то взбалмошной, то подавленной — смеялась в одну секунду, а в следующую плакала, а иногда и то и другое одновременно, — но я бы не променял это ни на что в мире. Я никогда в жизни не был так чертовски счастлив.

— Я люблю тебя, Верона.

— Я тоже тебя люблю, — шепчет она, прежде чем наклониться для поцелуя.

Обхватывая здоровой рукой ее затылок, я притягиваю ее к себе, мой рот заявляет на нее права. Боже, кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я был внутри нее. Мой член становится болезненно твердым под одеялом и когда она случайно задевает его локтем, я издаю шипящий звук.

— Прости! Я причинила тебе боль? — спрашивает она, быстро отстраняясь.

— Нет, — качаю головой. А затем я опускаю одеяло, позволяя своему члену высвободиться.

Глаза Вероны расширяются, когда она смотрит на мое возбуждение.

— Лука... мы не можем. Ты ... ты ранен.

Ее протесты звучат слабо для моих ушей.

— Ты нужна мне, Верона. Пожалуйста. Мне нужно быть внутри тебя.

Я похлопываю по кровати рядом с собой. Она колеблется, но в конце концов забирается на край на коленях. Ее короткое платье задирается вверх по кремовым бедрам, когда она ставит колени по обе стороны от моих бедер.

— Потрогай себя для меня, милая.

Сдвинув стринги в сторону, я с благоговением наблюдаю, как Верона поглаживает свой клитор кончиками пальцев, сдерживая стон. Она выглядит как сексуальная богиня, и я полностью очарован. Когда она начинает приближаться, я останавливаю ее.

— Хватит, — рычу я.

Здоровой рукой я сжимаю свой член и глажу им по ее влажности. Каждый раз, когда я провожу по этому маленькому комочку нервов, она вскрикивает, делая мой член невероятно твердым. Я практически плачу по ней, предварительная сперма капает с головки, прежде чем умоляю ее оседлать меня.

Подстраивая мой член под свой вход, Верона медленно опускается на мой член, вбирая в себя каждый дюйм, пока не усаживается полностью. Рычание вырывается из глубины моего горла. Черт возьми, она чувствуется как рай каждый чертов раз.