Академия Эльрим. Начинай меня ненавидеть - Полянская Катерина - Страница 12

Наверное, к утру мне голову открутят и с позором выкинут из академии.

Попытка подняться отозвалась еще большей болью.

Что ж, я заслужила.

Когда же все-таки, приложив усилие, получилось упереться сбитыми ладонями в землю и поднять голову, я заметила порхающие в воздухе первые в этом году снежинки. Пока еще совсем мелкие.

От их вида стало еще холоднее.

Я судорожно вздохнула, пытаясь придумать, что теперь делать.

– Силы… Девочка, что с тобой случилось?! – воскликнули над головой.

Пожилая профессор теоретической магии. В ее глазах плескалось такое неподдельное беспокойство, что мне захотелось повторно провалиться. Кто же мог знать, что все сложится вот так?!

– М-меня выбросило из зала, – заставила себя выговорить я. Зубы все-таки начали стучать. – Соединилась вторая пара, а потом… Я сама не поняла, как это произошло.

– Давай я помогу тебе встать… Обопрись на меня. Вот так. Сейчас отведу тебя к лекарю.

Тянуло отказаться, но для того, чтобы передумать, хватило одного взгляда на руки. И это лишь тот ущерб, который я могла видеть в темноте и без зеркала. Даже думать не хочу, как буду пересказывать все это дедушке. Позорище!

Ох… Когда профессор помогала мне подняться, стало еще больнее. Похоже, я сильно ударилась. И каблук сломан…

Мрак.

– Потерпи, милая, – уговаривала магиня. – Сейчас твои ушибы подлечат.

– Сп-пасибо.

Слезы у меня на глазах появились в момент особенно ярких ощущений, однако преподавательница поняла по-своему.

– Не переживай, дорогая. Иногда случаются такие вот накладки. Видимо, магия считает, что не все из нас созданы для того, чтобы образовать совместимую пару. Некоторые по природе своей одиночки.

Ее обволакивающий голос успокаивал. Заслушавшись, я даже не поняла, как мы прошли приличную часть пути.

– Я тоже в свое время осталась одна, и ничего. Посмотри, где я сейчас! На магах жизнь не заканчивается.

Приятно, что кто-то еще считает так же.

Хлюп. Кажется, я еще и простудилась.

– Ну не реви, не реви… – Меня успокаивающе похлопали по спине. – Ты ведь понимаешь, что жизнь продолжается и подумать о будущем надо?

– Ага.

Нет, точно заболеваю. И в горле першит…

– Умница, – одобрила мой жалобный писк магиня. – Тогда договоримся так: ты никому не расскажешь о том, что тебя выбросило с церемонии, а я позабочусь, чтобы экзамен для одиночек прошел хорошо и для тебя нашлось место в академии. Согласна?

– Согласна, – просипела я. – Ой!..

Запястье опалило.

Это что… договоренность скреплена магией?

– Привыкай, в нашем мире обещания страхуют силой, – подмигнула преподавательница. – Даже теоретики вроде меня.

Возмущение сжигало меня недолго. Да, втянули в договор, и все это время милейшая профессор, похоже, заговаривала мне зубы… Но что я ей, по сути, пообещала? Правильно, что не расскажу, что в ходе церемонии опять произошел сбой. По какой-то причине руководство академии не желает, чтобы эти сведения вышли за пределы учебного заведения. Потому и с Элькой все шито-крыто. Но правда в том, что никакого сбоя не было. Во всяком случае, в этот раз и со мной. А распространять свою ложь я и не собиралась.

Каким-то образом я смогла заставить свой собственный дар сработать и вытащить меня из нежелательной ситуации. Не то чтобы я о нем не знала. Знала. Еще с детства, когда заставила отчитывающего меня отца Бриеллы замереть на месте и простоять так несколько часов. Дедушка сказал, что у меня довольно сильные способности к магии холода, что странно, учитывая, что никто из моих предков именно такими силами не обладал. Но развивать эту тему мы не стали. Тогда мой дар был совершенно некстати. Из-за него я могла в два счета вылететь из дома и оказаться в каком-нибудь закрытом пансионе строгих правил.

Обычно подавленный дар со временем исчезает, но… не в моем случае, как выяснилось. Есть вероятность, что он даже позволит мне остаться в академии. И самое приятное: я могу рассказать правду, кому сочту нужным, потому что договор был не об этом.

Все-таки теоретики не зря теоретики.

Улыбнулась бы, если бы все так не болело.

Под эти мои мысли как раз дошли до медпункта. Двухэтажное здание с большими окнами оставалось открыто даже ночью. Внутри пахло травами и медом. Я стряхнула с плеч нападавшие туда снежинки и поморщилась: платье местами ощущалось мокрым. И волосы тоже. Но больше было обидно, что самый красивый в моей жизни наряд придется выкинуть, не проносив его и часа.

За все в этой жизни надо платить. Особенно за глупости.

Вот уж правда.

– Лорелея, ты где? – позвала моя сопровождающая. – Я тебе пациентку привела.

Звякнули склянки.

Слух поймал приближающиеся шаги.

– Надеюсь, она не во сне ходит? – уточнила невидимая пока Лорелея.

– Нет, ее немного потрепало магией. Ну все, я пошла.

К моменту, когда лекарка появилась из-за поворота, профессор покинула здание. Через окно было видно, как она торопливо идет по дорожке в ту сторону, откуда меня привела.

Вынырнувшая из недр медпункта Лорелея отбросила за спину волосы, собранные в высокий хвост, и просканировала меня взглядом.

– Идем, болезная. – Теперь мне было предложено на нее опереться. – С твоими боевыми ранениями работы-то на полчаса, и будешь как новенькая.

– Спасибо. – Щеголять синяками и ссадинами не хотелось.

– Но это еще не все, – непринужденно продолжила она, увлекая меня в глубь здания. – Твой дар сорвал какие-то внутренние блоки, которые, так понимаю, ты сама зачем-то возвела. Так что придется тебе задержаться у нас на пару дней. Хочу понаблюдать, чтобы точно не было никаких последствий.

События свернули куда-то не туда, и пока я за ними с трудом успевала.

Лекарка привела меня в приемную, заставила снять изодранное платье и принялась обрабатывать ранки.

Очищающий туман. После него я почувствовала себя так, словно вышла из душа. Тепла ни капли, зато чистыми стали даже волосы, из которых исчезли и сухие травинки, и капельки от растаявших снежинок.

Заметив, как я съежилась, в меня бросили согревающее заклинание. Вот это уже дело! Вместе с теплом по коже разлилась приятная расслабленность. Тем временем лекарка обрабатывала мои ранки антисептиком, потом заживляющей магией и приятно пахнущей мазью сверху. Кроме очевидного, ей дано было какое-то еще волшебство, потому что совсем не чувствовалось боли.

Я как раз получила из рук Лорелеи мягкий халат и тапки, переоделась и выяснила, где именно мне предстоит провести ближайшие дни. Палата была маленькая, но уютная. Правда, меня сразу предупредили, что если этой ночью пострадает еще кто-нибудь из девушек, ее подселят ко мне.

Не то чтобы я возражала.

Предстояло еще придумать, как получить сюда свою одежду и книги. Несмотря на сделку, мне теперь надо готовиться к экзамену.

У входа в медпункт стало шумно… а потом и внутри тоже. Кажется, пришли парни. Не меньше пяти человек. Им, конечно, было далеко до моих сегодняшних приключений, но и у них бал вышел запоминающийся. Кто-то выл. Другие переругивались. Над этим всем отдельно слышались смешки, а потом ругань преподавателя.

Лорелея нацепила на лицо непроницаемое выражение и отправилась принимать новую партию пострадавших. И поскольку мне высовываться никто не запрещал, чувствовала я себя уже получше, да и выглядела тоже, я увязалась за ней.

О! Знакомые все лица!

– Ульс Вардос. – Так ни за что не скажешь, но радости моей не было предела.

Интересно, в академии хоть одно происшествие может обойтись без его непосредственного участия?

Судя по озадаченному лицу их куратора, его тоже занимал этот вопрос.

– Что, не повезло тебе? – ухмыльнулся в мою сторону Ульс.

– Тебе, как посмотрю, повезло, – кивнула я на его не открывающийся глаз, вокруг которого уже проступала припухлость.

Ранение нашего главного балагура хоть и впечатляло, но все же оказалось не самым серьезным. У парня, которым сразу же занялась Лорелея, дымилось ухо. Двое других на этом фоне проигрывали: им достались всего лишь подбитые носы. Еще трое и преподаватель пришли в качестве сопровождения.