Дарио (ЛП) - Торн Оливия - Страница 16

Филомена оглянулась вокруг, словно боясь, что кто-то может ее услышать. Затем она снова повернулась ко мне и кивнула.

— Да… но я не могу тебя туда отвести. Могу встретить тебя там, но не отвести.

— Что? Почему?

— Просто поверь мне.

Она велела мне пройти в западное крыло, мимо часовни к дверному проему в дальнем конце коридора. Я узнаю его по вырезанному на дереве fleur-de-lis — изображению ландыша.

Подойдя к двери, я должна была постучать. Если ответа не будет, подождать минуту и снова постучать, затем стучать каждые 60 секунд, пока не будет ответа.

— Иди, — прошептала она. — Увидимся там.

Я сделала все, как она сказала, и пошла по коридору, не понимая, почему она отправила меня одну.

Найдя дверь, я постучала один раз. Ответа не было.

Я досчитала до 60 и постучала еще раз.

И на этот раз дверь распахнулась.

Я вошла в комнату и увидела маленькую, тесную прихожую. Филомена была там и предложила войти.

Когда я оказалась в прихожей, она быстро закрыла за мной дверь.

— Это часть коридоров для прислуги, — пояснила Филомена. — Они использовались на протяжении многих веков, чтобы слуги могли приходить и уходить, не беспокоя хозяев дома. Мне их показали, когда я начала здесь работать, но также сказали, что это способ покинуть территорию дома, если на нас нападут.

Мне не нужно было спрашивать, кто может напасть на поместье, потому что я и так знала — другие мафиози.

— Почему вы не могли сами привести меня сюда? — спросила я.

— Потому что у Розолини везде есть глаза, и они бы убили меня, если б узнали, что я привела тебя сюда.

Я хотела возразить, что нет… но слова замерли у меня в горле. Я боялась, что она права.

Филомена провела меня по маленькому коридору к другой двери и открыла ее. Там была лишь зияющая чернота, пока она не нажала на выключатель. Вдруг десятки лампочек, расположенных через каждые двадцать футов, осветили каменный проход, уходящий в бесконечность.

— Иди по проходу, — сказала Филомена. — Он заканчивается железной дверью, которая запирается изнутри. Если ее закрыть, то она уже не откроется. Ты окажешься в поле. Иди прямо, через лес, и в конце концов ты дойдешь до стены. Иди налево вдоль стены, пока не найдешь пролом в камнях, затем увидишь небольшую деревню на другой стороне. Там есть церковь, где можно исповедаться.

Вдруг она схватила меня за руки.

— Дитя мое… Умоляю тебя, воспользуйся этой возможностью, чтобы сбежать. Это дом убийства и греха… Уходи из него и никогда не возвращайся.

— А ты? — спросила я. — Что они сделают, узнав о моем исчезновении?

— Они никогда не заподозрят меня, — последовал ответ. — Не волнуйся, со мной все будет в порядке.

— Почему бы тебе не пойти со мной?

Она грустно улыбнулась и покачала головой.

— Я старая женщина. Там нет места для меня. Я умру в страданиях. Но у тебя еще есть шанс. Уходи, пока они не поняли, что тебя нет.

— Спасибо, — прошептала я.

Она поцеловала меня в лоб.

— Да благословит тебя Господь.

Затем она повернулась и закрыла за мной дверь.

Я замерла на мгновение, охваченная страхом.

А затем радость пронеслась по моему телу.

Я был свободна!

Я побежала по каменному проходу так быстро, как только могла, ориентируясь на тусклые лампочки, висящие под потолком.

Наконец я добралась до конца коридора и нашла железную дверь, о которой она говорила.

Мне потребовались все силы, чтобы повернуть ручку. Она затрещала, но открылась.

Каменные ступени вели наверх, под густой полог подлеска. Дневной свет проникал сквозь крошечные просветы в ветвях.

Я придержала тяжелую дверь и вспомнила слова Филомены:

«Закрытая однажды, она уже не откроется».

Как только я отпустила дверь, мой выбор стал окончательным.

Меня охватил страх.

Но я вспомнила Дарио в часовне и его слова:

«Я буду делать с тобой все, что ЗАХОЧУ… Я сделаю тебя своей шлюхой… и когда придет время, ты будешь умолять меня взять тебя».

Я вспомнила увиденное в кладовке — Кэт и Валентино, совокупляющихся в темноте.

И хотя я хотела этого, но знала, что моя душа в опасности.

Если я останусь, Дарио будет преследовать меня…

И понимала, что в конце концов сдамся.

Поэтому отпустила дверь.

Она с металлическим лязгом закрылась за мной и защелкнулась.

Я попробовала ручку, чтобы убедиться.

Заперто.

Решение было принято. Не было другого пути, кроме как вперед.

Я пробиралась сквозь траву и кустарники к дневному свету и оставила Розолини — и Дарио — позади…

… навсегда.

Глава 15

Выйдя из зарослей, я оглянулась через плечо.

Западное крыло особняка находилось в двухстах футах позади меня, а основная часть дома была восточнее.

Я повернулась и побежала.

Все было так, как сказала Филомена — поле, потом лес.

Я продиралась сквозь заросли, пока не уперлась в каменную стену высотой не менее десяти футов.

Мне было не преодолеть ее, но тут вспомнила, что она мне говорила — иди налево.

Я сделала все, как она сказала, пока не обнаружила пролом в камнях — огромная щель, словно землетрясение раскололо стену на части.

Через него оказалось достаточно легко пройти, и я оказалась на холме с видом на крошечную деревню.

Осторожно, опасаясь змей, подобных той, с которой столкнулась на днях, я спускалась по голому склону, пока не вышла на пустынные мощеные улицы деревни.

Это было старое место — и гораздо меньше, чем Менсано, где проживало всего двести человек.

Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что деревню населяло не больше пятидесяти человек. Умирающая деревня, населенная стариками, которые не хотели покидать свои дома.

Здесь было всего несколько каменных зданий, и одно из них было церковью. Она возвышалась надо мной, как реликвия прошлых веков.

Оглядевшись по сторонам, убедилась, что улицы пусты.

Тогда я открыла деревянную дверь церкви и вошла внутрь.

Под огромным сводчатым потолком находилось простое внутреннее убранство. В отличие от часовни в особняке, церковь казалась холодной и безликой. Стены не украшала никакая живопись — только голый камень.

— Эй? — робко позвала я.

Десятки деревянных скамей окружали меня со всех сторон, и я медленно пошла по центральному проходу. Вокруг было тихо.

— Эй? — снова сказала я, на этот раз громче. — Есть кто-нибудь?

— Да? — ответил мужской голос из задней части церкви, напугав меня.

Из мрака появился священник в черной рясе. У него было худое лицо с впалыми щеками и неухоженные седые волосы. Он шел, опираясь на трость, и смотрел вверх, словно искал что-то на стропилах.

Я поняла, что он слепой.

— Кто здесь? — позвал он.

Я быстро подошла к нему.

— Мне нужна ваша помощь.

Его пустые глаза устремились на мой голос, и он улыбнулся.

— Да, дитя мое?

Мне стало не по себе. В том, как он смотрел на меня, было что-то тревожное.

Но он был священником. Наконец-то я была в безопасности.

— Мне нужно позвонить отцу, — сказала я. — Он живет недалеко от Менсано.

— Ты находишься довольно далеко от дома. Что ты здесь делаешь? Твоя машина сломалась?

— Нет. Розолини держали меня в плену. Я только что сбежала.

— Розолини! — воскликнул он, и его лицо внезапно потемнело.

— Да.

— И ты сбежала, говоришь?

— Да.

— С тобой все в порядке?

— Да, отец.

— Они не воспользовались тобой?

— Нет.

— Они не… не запятнали тебя?

То, как он это сказал, было тревожно…

Как будто он представлял себе, как меня трогают — или даже хуже.

И казалось, что он почти наслаждается этим.

— Нет, они ничего не сделали, — сказала я, нахмурившись. — Но мне нужно позвонить отцу, чтобы он знал, что со мной все в порядке.