Наследник Каладана (СИ) - Андерсон Кевин Джей - Страница 101

Холтон Тассэ посмотрел на нее в ожидании дальнейших распоряжений, но она ничего ему не сказала.

Франкос почтительно кивнул, хотя в его темных глазах читалось множество вопросов:

– Хорошо, мама.

Джалма тихо осведомилась:

– Что ты собираешься предпринять на самом деле?

Выходя из хранилища, Малина бросила через плечо:

– Как я уже сказала, все закончится вместе с Якссоном.

Она удалилась в свой главный офис, расположенный на верхних этажах крепости Танегаард, – в личное убежище. Адьютант попытался увязаться за ней, но Малина от него отмахнулась. Войдя в кабинет, она переключила окна в непрозрачный режим и заперла двери. Затем воспользовалась моментом, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Предстояло сделать последний ход.

Она прошла в дальний конец комнаты, повернулась лицом к глухой стене и нащупала панель доступа. Стена открывалась в лабиринт потайных коридоров – дополнительную сеть внутри и без того хитроумной системы эвакуационных туннелей крепости Танегаард.

Когда она шагнула в темный проход, датчики движения тут же засекли ее, идентифицировали и отключили смертоносные ловушки. Никто, кроме ур-директора, не смог бы пройти по этим скрытым путям – погиб бы сразу. Световые пластины освещали дорогу впереди. Согласно проекту, в случае чрезвычайной ситуации ур-директор могла быстро переместиться из основных офисов вниз, в бункер последней надежды. Даже Якссон не знал об этой лазейке.

Узкий проход заканчивался небольшой капсулой, закругленной по краям, похожей на вертикальный гроб. Малина вошла внутрь, вытянув руки по швам, и капсула пулей рухнула на уровень ниже хранилища. Стены капсулы и шахта были покрыты пласталью вперемежку с пеной, глушившей любые звуки. Даже самые чуткие сенсоры сардаукаров не смогли бы засечь ее перемещение сквозь здание.

Когда спасательная капсула остановилась под хранилищем, Малина вышла, поправляя свой деловой костюм. Сверху все еще доносилась приглушенная синкопа нескончаемых ударов – сардаукары продолжали долбить по бункеру.

Малина прошла по глухому коридору к узкой лестнице, ведущей на уровень выше, где путь ей преграждала гладкая серая стена.

Казалось, что лестница ведет в никуда – надежная преграда блокировала дальнейшее движение. Малина достигла своей цели.

Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, собираясь с мыслями. Сверху и с другой стороны располагался герметичный бункер.

Микроскопические сканеры изучали гостью. Малина положила ладонь на гладкую пласталевую поверхность – детекторы не только считывали линии ладони и отпечатки пальцев, но и анализировали состав пота и определяли ее ДНК – технология, которая поразила бы даже лучших ученых с Икса или Тлейлакса.

Когда система ее опознала, на металлической преграде проступили образующие прямоугольник линии – тонкие как волос. Малина нажала на прямоугольник, и секция стены повернулась на центральном шарнире, открывая проход. Малина шагнула в бункер. Поскольку механизм сработал плавно и бесшумно, ее отчаявшийся сын ничего не услышал из-за шума, производимого сардаукарами, которые ломились внутрь.

– Ты действительно все испортил, Якссон, – сказала Малина.

Он развернулся как пантера, готовая к прыжку, затем чуть не рухнул на пол от изумления и облегчения.

– Мама, ты пришла меня спасти!

– Я здесь, чтобы поговорить с тобой.

Его глаза налились кровью:

– Но если ты нашла способ проникнуть внутрь, ты можешь отвести меня в убежище, спрятать от врагов! На Танегаарде наверняка тысячи тайных мест. Или… или мы можем полететь на Тупайл[2]. Я могу остаться там. Императору Шаддаму никогда не поймать меня!

– О, я намерена дать ему поймать тебя, поскольку с этим пора заканчивать, – ответила Малина. – Ты сорвал все мои тщательно подготовленные планы по разрешению кризиса. Это был единственный способ спасти репутацию нашей семьи и бизнес Картеля, продолжая двигаться к целям Союза Благородных. Но ты думал только о себе и о собственных дурацких целях. Театральные жесты вместо здравого смысла! Теперь ты оставил мне всего один вариант. – Она повысила голос. – И с меня довольно!

Якссон помрачнел:

– Я делал то, что должен был делать, мама.

Малина покачала головой:

– Я была готова многим рискнуть: переступить черту, расшатать продажный режим Коррино, но ты зашел слишком далеко, похитив секретные данные КАНИКТ. «Черные» архивы – это тебе не игрушки! Вместо переучреждения Империи ты довел этот конфликт до ситуации, когда Картель могут уничтожить. И сделал это, чтобы насолить мне!

Якссон испуганно пробормотал:

– Мне бы не пришлось использовать «черные» архивы, если бы ты была рядом со мной. Вместе мы могли бы построить новое содружество!

Когда Малина шагнула ближе, сын отшатнулся. Герметичный бункер имел эффективную систему фильтрации и рециркуляции, но воздух все равно ощущался горячим и спертым. Отчетливо пахло потом Якссона. Дверь сотрясалась от грохота, и это наводило на мысли, что сардаукары могут ворваться раньше, чем ожидалось.

– У тебя больше нет страховки, поскольку Лето Атрейдес уничтожил твой камень памяти. Так что эта карта бита.

Гнев и неповиновение Якссона превратились в отчаяние. Он поник головой:

– Я считал Лето своим другом, а он повернулся против меня! Я предлагал ему власть и влияние, когда он увидел, что Империя прогнила насквозь! Он называет себя человеком чести, но погряз в политических играх, как и все прочие аристократы! Он недостоин быть одним из нас!

– Одним из нас? – Малина уперла руки в бока. – Ты больше не один из нас! У тебя нет выхода. Нет вариантов. Пора с этим покончить.

Якссон коснулся своей серьги, похожей на талисман.

– У меня есть еще один сюрприз, мама. Я никогда не выкладываю все карты сразу.

Он сильно сжал серьгу, продавливая гравированный металл до тех пор, пока тот не начал светиться изнутри.

Малина похолодела:

– Что ты делаешь?

– Камень памяти был не единственной копией данных. Здесь содержится самая убойная часть информации, архивированная более плотно – ричесианская катушка с передатчиком. Я отобрал наиболее изобличающие записи о клане Коррино. – Он опустил руку и вскинул взгляд. – Сколько семейств они предали и уничтожили, сколько дворян Ландсраада уже настроили друг против друга!

Серьга продолжала светиться. Затем вновь превратилась в тусклый металл. Якссон облегченно выдохнул:

– Я только что отправил это. Величайшие предательства, вероломство в бизнесе, шантаж и коррупция. Полагаю, это затрагивает примерно три четверти Домов Ландсраада. Все они будут возмущены Домом Коррино. Они набросятся друг на друга, как волки.

Он улыбнулся – задумчиво и злобно одновременно.

– И ты никак не можешь этому помешать, мама. Слишком поздно. Сообщение ушло, и его не воротишь. Ретрансляторы подхватят сигнал и будут передавать его все дальше и дальше. – Якссон откинулся назад, понимая, что только что использовал последнее оружие в своем арсенале. Он снял серьгу и со стуком бросил на пол. – Кто-нибудь да услышит. У меня много усилителей на Танегаарде, и сигнал уже там.

Малина слушала его, не двигаясь. Последняя искра любви к сыну только что погасла в ней. Она выдавила из себя натянутую, пугающую улыбку:

– Ты уверен в этом?

В ответ он посмотрел на нее, как капризный мальчишка, скрестив руки на груди:

– Тебе никогда не загнать джинна обратно в бутылку. Ты ничего не сможешь сделать!

– Мне ничего не нужно делать. Вспомни, где ты находишься – внутри самого защищенного бункера, который, в свою очередь, расположен внутри главного хранилища крепости Танегаард. Я заранее усилила все скремблирующие поля – как надземные, так и подземные. Ты окружен многометровой толщей пластали и свинца, воздухонепроницаемой, герметичной, абсолютно непробиваемой – изнутри и снаружи. – Малина пожала плечами, и от этого жеста безумие Якссона вспыхнуло с новой силой. – Ты ничего не добился своей передачей. Она затухла здесь, внутри, и никто ее не слышал. Тебе больше нечем угрожать.