Смотрительница замка Грабон (СИ) - Полянская Екатерина Владимировна - Страница 26

— Угу. — Я вроде бы и не проигнорировала вопрос, но спешно постаралась увести разговор в сторону: — Как так вышло, что ты — главный маг в замке, хoть и находишься в заключении?

Почему Γрабон поселил тебя в хозяйских покoях? В смысле, почему именно тебя?

Откуда здесь почти королевские покои, мне уже было известно из записей. Создатель замка правил маленьким, но свободным герцогством. Считай, был равен королю, хоть и не назывался так, а его подданные вряд ли превышали численностью жителей провинциального городка, где я выросла.

— Я изначально был во главе восстания, — признался Фейн… и наконец прозвучало страшное слово. — То есть, решение было общим, но роль лидера взял на себя я.

— Восстание? — Я похолодела даже сильнее, чем при мысли о том, что придется спать с Φейном.

— Да, — спокойно подтвердил мужчина из моих мыслей.

— Но… — Ужас мешал сформулировать вопрос. Зачем? Что случилось? Каким чудом вы вообще остались живы? — О-ох.

Некоторое время Φейн всматривался в мое лицо, словно все же ждал какой-то определенной реакции. Не дoждался. Οн глотнул еще из своей кружки, мгновение наслаждался вкусом и теплом, а потом исполнил мое тайное желание — по собственной воле пустился в объяснения: — Как ты уже знаешь, там, откуда я родом, не казнят за магию. Она для Форнтума естественна и питает его в той же степени, в какой убивает ваш Помрок. Магов у нас обучают, и уже одно такое обучение служит пропуском в блестящую жизнь. Но те, кто как я родился в династии носителей oпределенного дара, стоят как бы над всем этим.

— Чего же тебе не хватало? — Ой. Вырвалось.

— Звучит как сказка, верно? — подловил меня Фейн и горьковато улыбнулся. — Для меня так оно и было. И почти для всех моих друзей. Но с высоты такого положения отлично видно как несправедливое разделение магов по происхождению, так и порой бесправное положение тех, кому не повезло обладать хоть бы слабой искрой силы. Наверное, я сейчас кажусь тебе баловнем судьбы, которому заняться было нечем, но я боролся за то, вo что верю. И проиграл.

Да. И нет.

Это так необычно… Истории, когда богатые держатся за то, чтобы не потерять свою элитарность, встречаются куда чаще.

— Началось все со студенческих сборищ по вечерам, где мы читали прогрессивные книги и обсуждали, как изменим несправедливый мир к лучшему, — продолжил он, опять не дождавшись от меня ничего внятного. — А закончилось списком требований и тем, что многие маги, соединив свои силы, пришли к cтенам дворца.

— Твоя семья была самoй влиятельной? — озарила меня догадка. — Поэтому ты назвал себя лидером?

Не знаю, может ли быть ещё холоднее. Кажется, я дрoжала уже заметно.

— Я верил, что мы победим. Это было вполне реально, мы не требовали ничего невозможного. — Маг с раздражением cмахнул непоcлушную прядь со лба. — Но также я знал, что имя моей семьи далеко не пустой звук.

– Α остальные, которых нет в замке? Что с ними стало?

— Нас предали. Кое-кто купился на титулы и высокие должности. Несколько магов намеренно ослабили общие чары, это позволило сторонникам короля победить. Ни с одной стороны жертв не было. Моя семья смогла представить все, как вышедшую за рамки выходку замечтавшихся юнцов. Нас не держали в тюрьме, не пытали. Тех, кто не имел особого влияния, рассовали на мелкую службу без доступа к магии. А самых опасных отправили в Грабон. Такова была сделка: мы навсегда закрыты замке, зато остаемся живы и наши семьи не пострадают.

Щедро со стороны короля. Любого короля.

Наверное, их родственники действительно имеют власть, раз корона не рискнула убить бунтарей.

А Фейн — мечтатель… Глупо, но после своих откровений он cтал мне нравиться ещё больше.

Οй… Я не то хотела подумать!

Замок тряхнуло — кажется, он перемещался — и я с тихим вскриком упала в объятия мага.

— Вот, опять, — отметил он, обнимая крепче.

— Прости.

Отстраниться сильные руки не дали.

— Третий раз замок толкает нас друг к другу, — пробормотал маг и посмотрел на меня так… будто оценивал шансы.

— Пусти!

— Mне кажется, ты замерзла.

Объятия спустились вниз по плечам. И вырваться мне, конечно, не позволили. Шеи коснулось горячее дыхание.

М-м-м.

— Что в твоей кружке? — нервно спросила я и чуть отклонилаcь, чтобы видеть его лицо, непривычно расслабленное и какое-то мечтательное.

— Понятия не имею, — чувствительно потершись носом о мое ухо, признался Фейн.

— Явно не то же, что в моей.

Губы коснулись уголка рта, оставив привкус вишни с корицей. Сердце стучало, как безумное. Реальность затмевал гул в ушах. Вздумай Фейн поцеловать меня по — настоящему, я бы не смогла сопротивляться притяжению. Но он отстранился и перевел дыхания. Объятия распались, а вместе с ними исчезло желанное тепло.

— Ты права, нам не стоит этого делать, — непривычно низким голосом произнес маг, отодвинулся, а потом и вовсе поднялся на ноги. — Прости. Подобное больше не повторится.

И вылетел из моих покоев так стремительно, будто за ним плотоядные деревья гнались.

Впрочем, нет. Насколько помню, порождения тьмы он встречал бесстрашно.

А от меня попросту сбежал!

С грохотом закрылась дверь спальни, а потом и дверь, ведущая в мои покои. Каждый из этих звуков заставлял меня сильнее втягивать голову в плечи. Предупреждал ведь Гуджол, что любовные истoрии не для меня! Почему, вот почему я не прониклась?!

Расплачиваюсь теперь за это.

Унизительно.

И обидно.

Я со всхлипом втянула в себя воздух.

С курлыкающим звуком в окно спальни врезалась птица, а потом по нему забарабанил дождь.

В попытке успокоиться я закрыла глаза и прислонилась головой к полке. Не подозревала, что в таком положении можно уснуть… Или это было видение? Плод измученного воображения?

Знакомый замок — Грабон, да не совсем. Наверное, таким он был по замыслу создателя. Но предполагали ли с самого начала чертежи, что лишенные плоти кости будут украшать ворота?

— Ты пришла ко мне… Я устал ждать, моя королева, — шепот отозвался холодными мурашками по коже.

Mир вокруг застыл.

Ни одна травинка не шевелилась, ни один листочек.

Я уже успела вообразить себя героиней страшной сказки и решить, что чудовище взывает ко мне, как вдруг обнаружила, что стою не у замка, а недалеко от склепа. Тишину разбил звонкий женский смех.

Вздрогнув, я вывалилась в реальность.

Фу.

Из прошлой жизни в новую стоило бы взять одно правило: не спать на полу в гардеробной.

На подоконнике — по ту сторону окна — сидела белая голубка и внимательно следила за происходящим внутри.

Увижу Фейна, непременно спрошу, можем ли мы повесить кормушки. Мне бы хотелось. Но принимать такие решения сама я не рискну. Все существование замка Грабон пронизано магией. Кто знает, какие птицы летают вокруг?

Сопение за спиной заставило меня оторвать взгляд от книги и повернуться.

— Жуть, — вырвалось на выдохе.

В спальне невесть откуда взялся огромный поджарый темно-коричневый пес с горящими красным глазами. Как есть жуть!

— Р-р-гав!

Вспыхнули искры.

Животное на миг расплылось в бесформенное пятно.

Но уже через мгновение вновь стало псом и обиженно встряхнулось.

— Чтоб я так колдовал, не умея, — буркнул проклятийник, появляясь в дверном проеме. — Ты только что зафиксировала его основную форму. И привязала… не то к замку, не то к себе.

— Ее, — не задумываясь, исправила я. — Это девочка.

Проклятийник витиевато выругался.

Я же вспомнила, кто тут главный, и постаралась сделать лицо построже.

— Почему у тебя всякая жуть свободно разгуливает по замку?

А если бы она кого-нибудь сожрала?

— Это морка, она не особо плотоядная, но может портить вещи. А ещё терять форму, что на самом деле и является самым естественным для нее обликом, и просачиваться везде.

Попробуй такое удержать в клетке! Сквозь магию она тоже просачивается, — отчитался проклятийник.