Удержать мою девушку (ЛП) - Снайдер Анжелика - Страница 9

— У меня не было выбора, — яростно говорю им. — Я просто хочу, чтобы это был Константин, а не его сын. Этого ублюдка нужно прикончить, как собаку, которой он и является.

— Да, в свое время. Ты не можешь просто броситься на него, не подготовив армию. Тебя могли убить, независимо от того, за кем ты охотился! — Говорит отец низким рокочущим голосом, его гнев угрожает выйти из-под контроля.

В комнате воцаряется тишина, пока мой отец снова начинает мерить шагами пол. Клянусь, он скоро проделает дыру в ковре.

В глубине души я знаю, что это была глупая идея — охотиться на Карбоне в одиночку. Просто я так долго ненавидел его, учитывая нашу с ним семейную историю, и знал, что эта вечеринка была моим шансом наконец-то сделать что-то для общего блага. Я не мог просто принять эту возможность как должное. Моей целью в тот вечер было получить информацию о Константине. Чего я не ожидал, так это того, что его сын окажется на той вечеринке, но я рад, что он был там, потому что последовательность событий привела меня прямо к Селине.

И теперь, зная, что Константин, должно быть, какое-то время держал Селину в своих лапах, я прихожу в бешенство. Когда она будет в здравом уме, у меня есть к ней много вопросов. Я хочу точно знать, как она попала в поле его зрения и как долго. В этой головоломке слишком много недостающих кусочков, мне нужно разгадать их, чтобы взглянуть на картину в целом.

— Что ж, теперь пути назад и что-то менять нет. Мы должны разобраться с тем, что произошло, — решает отец, останавливаясь и затем поворачиваясь к остальным. — Джино Карбоне мертв. Константин, без сомнения, узнает, кто его убил, и придет за нашей семьей. Нам нужно начать готовиться к неизбежному. — Он многозначительно смотрит на мою сестру, когда объявляет: — Никто не выходит из дома без разрешения. И если ты все-таки уйдешь, я хочу, чтобы у тебя всегда было по крайней мере четыре охранника. Исключений нет.

Бенито и моя мама кивают в знак согласия, в то время как Ренато молчит.

Ария складывает руки на груди и свирепо смотрит на меня.

— Значит, мы должны изменить всю нашу жизнь, потому что Нико облажался? — спрашивает она, кипя от злости.

— Да, — говорят мои мать и отец одновременно.

— А как насчет твоих связей с федералами? — Предлагаю я. — Неужели они не могут что-нибудь сделать с Константином?

— Он уже освобожден из тюрьмы. Нам понадобятся новые доказательства, чтобы снова возбудить против него дело. Карбоне перенес большую часть своих операций за границу, где федералы не могут до него добраться. — Он качает головой. — Нет, на данный момент они ничем не могут нам помочь.

Он вздыхает и проводит рукой по лицу.

— Я бы хотел, чтобы ты не вмешивался в дела Карбоне, сынок.

— Я не жалею о том, что сделал, потому что наконец-то нашел Селину, — говорю со злостью в голосе.

Моя мама кладет руку мне на плечо и нежно похлопывает, пытаясь успокоить.

— Я знаю, ты никогда не переставал ее любить, — тихо говорит она.

В этом она права. Не проходило и дня, чтобы я не думал о Лине. В моей жизни уже десять лет пустота. И вернуть ее в мой мир кажется несбыточной мечтой. Той, от которой я не хочу просыпаться, если она внезапно снова исчезнет.

— Как она? — Спрашивает мама.

— Она отдыхает. У нее было сломано несколько ребер, проколото легкое

Мой голос замолкает, а руки сжимаются в кулаки по бокам.

— У неё целый список проблем, — говорю я хриплым и усталым голосом. Черт возьми, не думаю, что я спал больше нескольких часов с тех пор, как она приехала.

— Что ж, она в хорошем месте для выздоровления. Я уверена, что благодаря врачам, медсестрам и терапевтам, ей станет лучше в кратчайшие сроки, — уверяет мама.

Много лет назад родители превратили свой дом в комплекс с персоналом и первоклассной охраной. Они были вовлечены в раскрытие множества группировок торгующими людьми, и иногда федералы не могли разместить всех жертв по домам или убежищам. За эти годы родители приняли к себе много людей, реабилитировали их и позаботились о том, чтобы к моменту отъезда у них было гораздо больше шансов на жизнь.

Они святые. Ну, по большей части. Я имею в виду, что мой отец все еще босс мафии, занимается незаконной деятельностью и регулярно пачкает руки. Знаете, есть целый надоедливый бизнес, связанный с периодическими убийствами людей. Но, честно говоря, думаю, что хорошее в основном перевешивает плохое.

Они спасли множество людей от ужасной судьбы. Селина была лишь одной из многих, кого они пытались спасти. И если бы не ее мать, Селина осталась бы здесь, спокойно проживая свои дни. Мы понятия не имеем, что произошло после того, как она ушла отсюда, и это только добавляет к бесконечной куче вопросов, которые у меня есть.

— Я рад, что Селина теперь в безопасности, — говорит отец, хотя он все еще выглядит и звучит чертовски сварливо.

— Я тоже, — соглашаюсь я.

В этот момент тяжелая дверь распахивается, ударяясь о стену. Мы все одновременно оборачиваемся, когда Селина, спотыкаясь, входит в комнату. Я слышу хрипы, вырывающиеся из ее груди. Она смотрит на меня, глаза сужаются, когда она обвиняющее выплевывает: — Ты!

Прежде чем успеваю отреагировать, она падает на пол, хватая ртом воздух. Я бросаюсь к ней, но она уже без сознания. Ее дыхание затруднено, и пронзительный хрип, вырывающийся из ее рта, пугает меня до чертиков.

— Вызови доктора. У нее, возможно, снова развился коллапс легкого, — говорю я, прежде чем подхватить ее на руки.

Бережно прижимая обмякшее тело к своей груди, я выбегаю из комнаты и поднимаюсь по ступенькам. Я мчусь по коридору и замечаю медсестру Сару, выходящую из дверей. Она выглядит ошеломленной, увидев нас.

— Что случилось? — кричит мне вслед Сара, когда вхожу в спальню Селины и осторожно укладываю ее на кровать.

— Я даже не видела, как она выходила, — говорит она, недоверчиво качая головой. — Она вытащила капельницу, и я как раз собирала кое-что, чтобы привести ее в порядок.

— Это не твоя вина, — уверяю ее. Предполагается, что Сара заботится о Селине, а не охраняет ее. — Они вызывают доктора. Постарайся, чтобы ей было комфортно, пока она не приедет сюда, — сообщаю я Саре, отступая назад, чтобы она могла выполнять свою работу.

Пальцами зарываюсь в волосы, когда я подхожу к окну. Миллион мыслей проносятся в голове, пока в отчаянии дергаю за концы. Селина смотрела на меня так, словно презирала. Я действительно убил кого-то у нее на глазах. Уверен, что она меня боится. Но что, если она никогда не преодолеет этот страх или хуже — что, если она возненавидит меня?

Очевидно, она понятия не имеет, кто я такой. Черт возьми, возможно, она даже не помнит меня. Может быть, я создал в своей голове какую-то фантазию о нашем времени вместе, когда, на самом деле, это ничего для нее не значило.

Нет.

Я тут же решаю, что все это не имеет значения.

Меня не волнует, что она меня не помнит. Не волнует, если она даже какое-то время будет меня чертовски ненавидеть. Я верну ее доверие, чего бы мне это ни стоило.

Я все еще люблю ее. И никогда не переставал любить. Я не откажусь от нее.

Глава 7

Селина

В следующий раз, когда я просыпаюсь, то снова одна в незнакомой комнате. Моя грудь все еще болит, но это не такая мучительная боль, как в прошлый раз. Я пытаюсь сесть, но потом понимаю, что не могу пошевелить руками. В панике смотрю вниз и вижу, что мои запястья прикованы наручниками к металлическим перилам по бокам больничной койки. Я изо всех сил пытаюсь освободиться, пока, в конце концов, не выдыхаюсь и не сдаюсь.

Я ни за что не выберусь отсюда в ближайшее время, и мне нужно поберечь силы на тот случай, когда они мне действительно понадобятся. Насколько я знаю, Константин ждет, когда мне станет лучше, чтобы он мог избивать меня, пытать и убить в отместку за смерть своего сына.