Слезы спасения (ЛП) - Херд Мишель - Страница 49

_______________________________

ИЗАБЕЛЛА

Когда я выхожу из самолета после того, как Дмитрий благополучно высадил нас на острове Уинтер, я пригибаюсь, когда Ана бежит ко мне.

— Изабелла! – кричит она, а затем бросается на меня.

Мои руки обнимают ее, и потом мы просто держимся друг за друга.

— Я же говорила тебе, что вернусь, – шепчу я.

Ана кивает, уткнувшись мне в плечо, затем отстраняется, ее глаза ищут что-то у меня за спиной. Она обходит меня, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, куда она направляется.

Алексей останавливается в паре шагов от Аны, и они пристально смотрят друг на друга.

Подбородок Аны начинает дрожать, затем она говорит:

— Спасибо, что сдержал свое обещание.

Алексей кивает.

— Не мог тебя подвести.

Ана что-то бормочет, а затем придвигается ближе. Алексей поднимает забинтованную руку и останавливается на полпути, чтобы дотронуться до нее. Когда Ана кивает, он кладет ее ей на плечо, и тогда она сокращает дистанцию.

— Осторожно, у Алексея сломаны ребра, – предупреждаю я ее.

Она отстраняется, но затем Алексей притягивает ее к себе, обхватывая правой рукой.

Эмоции переполняют мою грудь, и мои глаза начинают гореть, когда я осознаю важность этого момента. Алексей – первый мужчина, который прикоснулся к Ане с тех пор, как ее изнасиловали и чуть не убили.

Ана позволяет ему обнять себя всего на пару секунд, прежде чем отстраниться, вытирая щеку тыльной стороной ладони.

— Теперь я могу сдержать твое другое обещание.

Нахмурившись, я спрашиваю:

— Какое обещание?

Алексей усмехается.

— Разве тебе хотелось бы это узнать?

Я прищуриваюсь, глядя на него.

— У тебя все еще есть пара частей тела, которые я могу сломать.

Он подходит к Ане сзади.

— Сначала тебе нужно пройти через нашу Ану.

Издав взрыв смеха, я качаю головой, глядя на них.

Уинтер подходит и встает рядом со мной.

— Могу я с тобой поговорить?

Кивнув, я следую за ней на небольшом расстоянии.

— Что случилось?

Глаза Уинтер встречаются с моими.

— Я просто хочу поблагодарить тебя за то, что ты пришла за мной, когда я упала.

— Конечно.

Она качает головой.

— Ты не должна была, Изабелла. Это очень много значит для меня.

Кивнув, я принимаю ее благодарность.

Подняв руку, она сжимает мою.

— Приятно сознавать, что есть женщина, на которую я могу положиться. Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, я буду рядом.

Услышав эти слова от женщины, которая так сильно вдохновила меня, у меня на глаза наворачиваются слезы.

— Это многое значит, услышать эти слова от тебя.

Она улыбается, а затем медленно направляется туда, где ее ждет Дэмиен с их сыном.

Я возвращаюсь туда, где меня ждут Алексей и Ана. Обняв Ану за плечи, я притягиваю ее к себе, и затем мы втроем идем к дому.

Ариана бежит к самолету, и я оглядываюсь через плечо, наблюдая, как она прыгает в объятия Дмитрия, зацеловывая его до смерти.

Отпуская Ану, я поднимаю взгляд на Алексея. Я наклоняюсь ближе и шепчу:

— Ты будешь вне игры как минимум на шесть недель.

— Вне игры? – спрашивает он.

‘Секс’, – произношу я это слово одними губами.

— Блять, нет. Ты не видела, как я исцеляюсь. При достаточной мотивации я буду в порядке через неделю.

Я громко смеюсь.

— Какого рода мотивация?

Он подмигивает мне.

— Я расскажу тебе, когда мы останемся одни.

Мы направляемся в дом, где жена Киллиана, Дана, приготовила угощение.

Атмосфера радостная и полная подшучиваний, пока мы все угощаемся. Я готовлю тарелку для Алексея и несу ее туда, где он сидит в столовой, уставившись в стол.

Я ставлю еду на стол вместе с приборами, затем сажусь на один из стульев.

— О чем ты думаешь?

— Академия Святого Монарха, – бормочет он. – Мне нужно связаться с мадам Келлер.

— Тебе не обязательно делать это сегодня, – говорю я. – Съешь что-нибудь, затем прими душ и немного отдохни.

Алексей поднимает на меня взгляд.

— Где твоя еда?

— Вот, – говорит Ана, поднося мне тарелку. Она садится рядом со мной со своей едой. – Я помогала с пюре.

Приподняв бровь, я спрашиваю:

— Правда?

Она усмехается, затем пожимает плечами.

— Я почистила картошку.

— Все равно считается, – говорит Алексей, набирая немного пюре на вилку.

Мы приступаем к еде, и в доме воцаряется тишина, пока все едят. Как только Алексей заканчивает, я несу наши тарелки на кухню. Когда я возвращаюсь к нему, он поднимается со стула, вспышка боли искажает его черты.

Взглянув на Ану, я спрашиваю:

— Ты справишься сама?

Она кивает.

— Я помогу Дане прибраться.

Я выхожу вслед за Алексеем из столовой, и он останавливается возле Дэмиена:

— Какой комнатой я могу воспользоваться?

— Первая дверь налево, – отвечает Дэмиен, указывая на лестницу.

Алексей идет гораздо медленнее, когда мы поднимаемся по лестнице, и это говорит мне о том, как сильно ему больно. Я следую за ним в комнату и закрываю за нами дверь.

Направляясь в ванную, я говорю:

— Все, что тебе нужно сделать, это встать под душ. Я быстро помою тебя, так что ты сможешь лечь в постель.

Алексею все же удается усмехнуться.

— Блять, я впервые принимаю душ с тобой и ни хрена не могу сделать.

Я качаю головой, одаривая его улыбкой, прежде чем открыть краны. Пока я снимаю бронежилет и свою одежду, Алексей спрашивает:

— Что случилось с твоей рубашкой?

— Я использовала ее как повязку для ноги Уинтер. – Повернувшись к Алексею, я осторожно помогаю ему раздеться. Как только я раздеваю его, мои глаза обшаривают его тело, оценивая все синяки. – Боже, Алексей.

Он встает под струю, а затем прислоняется спиной к кафельной стене.

Схватив средство для мытья тела и мочалку, я начинаю мыть его тело. Я избегаю его груди, потому что синяки выглядят воспаленными и болезненными.

Я пользуюсь моментом, чтобы быстро умыться, а затем закрываю краны. Я беру полотенце и вытираю Алексея насухо, а затем принимаюсь за себя.

Когда я смотрю на его лицо, он улыбается мне.

— Тебе это слишком нравится, – бормочу я.

— Конечно. Я могу привыкнуть к тому, что ты заботишься обо мне.

— Только не бери в привычку подставляться под пули, – предупреждаю я его.

Когда я наконец усаживаю Алексея на кровать, я подхожу к сумкам, которые мы оставили здесь, когда высадили Ану, и беру из них кое-какую одежду.

Я помогаю Алексею натянуть спортивные штаны, и, откинув одеяло, он ложится на спину.

— Одна неделя? – Я дразню его. – Не думаю, что это случится.

Его глаза блуждают по моему телу.

— С той мотивацией, на которую я сейчас смотрю, дай мне семьдесят два часа.

— В твоих мечтах, любовничек, – насмехаюсь я над ним, надевая леггинсы и футболку. Я заползаю на кровать и, подняв руку к лицу Алексея, провожу пальцами по его подбородку.

Он поворачивает голову, и мы пристально смотрим друг на друга.

— Соня мертва, – шепчет он, как будто только сейчас осознает это.

— Одна убита, впереди еще много, – говорю я с тяжелым вздохом.

Алексей хмуро смотрит на меня.

— Много еще? Сколько у тебя врагов?

Я разражаюсь смехом.

— Оооо… просто каждый торговец плотью в мире.

В его глазах светится восхищение.

— Ты собираешься продолжать освобождать девушек?

Я киваю.

— Такое чувство, что я действительно что-то меняю. Делаю что-то хорошее, чтобы уравновесить плохое.

— Поцелуй меня, – приказывает Алексей.

Я наклоняюсь к нему и быстро целую в губы.

— Также не повредит, что у меня есть крутой жених, который спасет мою задницу, когда я попаду в беду.

— Твой крутой жених будет рядом с тобой всякий раз, когда ты найдешь людей, которых нужно освободить.

На моем лице расплывается улыбка.

— Ты хочешь помочь?

Алексей кивает.