Безжалостные святые (ЛП) - Херд Мишель - Страница 37

— Буду драться изо всех сил, – бормочет Уинтер, заставляя меня усмехнуться.

— Сначала выбери самого сильного, – советует ей Алексей, тоже выходя на мат.

Уинтер отходит назад, ее глаза мечутся между нами тремя, оценивая, кто из нас представляет для нее самую серьезную угрозу. Она бросается вперед, и в следующее мгновение Дмитрию приходится быстро блокировать удар, прежде чем она ударит его коленом. Я начинаю смеяться от удивленного выражения на лице моего брата.

Затем Уинтер объясняет:

— Алексей обучался на ассасина, а Дэмиену приходится спать рядом со мной, так что ты, мой шурин, остаешься самой большой угрозой.

Ее объяснение вызывает даже смешок у Алексея, затем он бормочет:

— Хорошо.

В течение следующих нескольких часов Алексей, Дмитрий и я тренируем Уинтер, показывая ей, как быстрее реагировать и куда бить, чтобы нанести наибольший урон.

К концу тренировки Уинтер умудряется блокировать мои удары, отчего беспокойство в моей груди ослабевает. Я тянусь к ее шее, но она уворачивается от моей руки, ее ноги двигаются быстро.

— Хорошо, – бормочу я, заставляя ее улыбнуться. Я перестаю двигаться и улыбаюсь ей. – На сегодня мы закончили.

Уинтер настороженно смотрит на меня, держась на безопасном расстоянии. Посмеиваясь, я качаю головой.

— Тренировка окончена. – Я начинаю идти к двери, зовя. – Пойдем, жена.

Глава 21

УИНТЕР

После обеда Алексей переводит взгляд с Дэмиена на меня, говоря:

— Пойдем со мной.

Мы следуем за ним в кабинет моего отца, и меня охватывает печаль, когда я сажусь за письменный стол, за которым мой отец проводил большую часть своего времени, когда был дома.

Алексей открывает ноутбук и поворачивает его так, чтобы мы с Дэмиеном могли видеть экран, затем он говорит:

— Финансы выглядят хорошо.

Мои глаза пробегают по цифрам и, указывая на общую сумму, я спрашиваю:

— Это столько, сколько у меня... у нас есть?

Алексей ухмыляется.

— Да. Полтора миллиарда. Это не принимая во внимание бриллианты, которые хранятся в хранилище твоего отца.

— Ты получил код от хранилища? – Я спрашиваю.

Алексей качает головой.

— Мне пришлось взломать его. Нам нужно будет найти новое хранилище. – Он встает, чтобы взять маленький деревянный футляр, и когда он открывает его, мой взгляд скользит по сверкающим бриллиантам. Алексей указывает на самый большой из них. – У меня есть покупатель. Он заплатит за это пятьдесят миллионов.

Мои глаза устремляются к Алексею, когда до меня начинает доходить, что с финансами у меня все будет в порядке. Более чем в порядке.

— Спасибо тебе, Алексей, – бормочу я, бросая взгляд на бриллианты.

— Конечно, – бормочет он. – Вот для чего существует семья.

— Откуда ты знаешь, что подделка, а что настоящее? – спрашивает Дэмиен, наклоняясь ближе.

Я беру пинцетом самый большой бриллиант и подношу его поближе, чтобы он мог осмотреть, затем объясняю.

— Есть пара способов. Лично я предпочитаю тест на наждачной бумаге. Если вы натрете на ней поддельный бриллиант, он поцарапается, но это не причинит никакого вреда настоящему бриллианту.

Дэмиен кивает, когда Алексей закрывает футляр и кладет его обратно в хранилище. Когда он снова садится, Дэмиен спрашивает:

— Что ты знаешь о маршрутах контрабанды?

— Есть пара маршрутов. Ни одного по суше. По воздуху это довольно просто, поскольку в Африке нет строгого пограничного контроля. Нашей самой большой проблемой будет иметь дело с повстанцами. – Пристальный взгляд Алексея останавливается на мне. – Тебе будет небезопасно идти.

Я мгновенно хмурюсь.

— Я знаю, что это будет небезопасно, но, если я не займу твердую позицию, меня никогда не будут воспринимать всерьез в этом бизнесе.

— Мы поговорим об этом позже, – бормочет Дэмиен, а затем меняет тему, спрашивая. – Мужчины прибывают завтра утром, верно?

— Да, мы отправимся в Италию, как только они будут здесь.

Дэмиен поднимается на ноги.

— Нам нужно многое подготовить перед отъездом.

— Дмитрий проследит, чтобы самолет был заправлен и готов», – говорит Алексей, и когда он тоже поднимается на ноги, я делаю то же самое.

Я смотрю, как мужчины уходят, гнев начинает закипать в моей груди.

Я не буду сидеть в стороне, пока Дэмиен совершает рейды. Я отказываюсь.

Я выхожу из офиса и хватаю Дэмиена за руку, прежде чем он успевает спуститься по лестнице вместе с Алексеем. Он поворачивается ко мне с вопросительным взглядом.

Я жду, пока Алексей уйдет, затем говорю:

— Ты не будешь совершать рейды без меня. Я же говорила тебе, что не буду какой-то послушной женой, которая сидит дома, сложив руки.

Взгляд Дэмиена заостряется на моем лице, и он делает угрожающий шаг ближе ко мне.

— Мятежники – это не Бланко, принцесса. Они варвары. Если ты попадешь к ним в руки, они воспользуются тобой, прежде чем пытать. На недели, если не на месяцы. Я не буду рисковать тобой.

— Я могу драться, – шиплю я на него.

Дэмиен двигается быстро, и прежде чем я успеваю подумать, как отбиться от него, он прижимает меня спиной к стене и, прижимаясь своим телом к моему, рычит:

— Отбивайся от меня.

Я пытаюсь вырваться из его хватки, но Дэмиен использует больше силы, чем я привыкла, удерживая меня прижатой. Когда мое дыхание учащается, он кладет руку мне между ног и крепко сжимает меня.

Его лицо в дюйме от моего, он рычит:

— Я могу взять тебя прямо здесь, и ты не сможешь меня остановить. Как ты остановишь целую группу дикарей?

Мое тело расслабляется в его объятиях, а затем я шепчу:

— Ты будешь рядом со мной. – Я выдыхаю, не сводя с него глаз. – Ты никогда не позволишь, чтобы со мной что-нибудь случилось.

Дэмиен ослабляет хватку, а затем его рот прижимается к моему. Поцелуй оставляет синяки и контролирует, в наказание за то, что я спорила с ним. Он терзает мои губы и язык, пока они не начинают покалывать от трения, прежде чем его рот перемещается вниз по моему горлу.

Затаив дыхание, я говорю:

— Рядом с тобой мне всегда будет безопаснее. Не отталкивай меня.

Дэмиен хватает меня за бедра и прижимает к своему телу. В тот момент, когда я обхватываю его ногами, он несет меня обратно в нашу спальню. Он пинком захлопывает за нами дверь и ведет нас к кровати, где бросает меня.

Мое сердцебиение ускоряется, когда он срывает с меня ботинки и брюки, и я пытаюсь подготовиться к его напору. Дэмиен даже не утруждает себя раздеванием. Он просто расстегивает ремень и молнию на брюках. Освободив свой член, он раздвигает мои ноги и жестко входит в меня.

Он неумолим, когда берет меня, и не проходит много времени, прежде чем мы оба задыхаемся от оргазмов, овладевающих нашими телами.

Мое тело все еще сотрясается в конвульсиях, когда Дэмиен обхватывает рукой мою шею и притягивает мое лицо ближе к своему.

— Я не поставлю тебя в положение, когда другой мужчина может забрать то, что принадлежит мне. Ты не будешь присутствовать на переговорах с повстанцами. Не спорь со мной по этому поводу.

Буду спорить. Я найду способ убедить его. Может быть, не в этот момент, но определенно перед следующим рейдом.

Дэмиен, должно быть, видит вызов на моем лице, потому что его черты превращаются в гранит, когда он выплевывает:

— Твоя жизнь больше не принадлежит тебе, принцесса. Ты принадлежишь мне, и пришло время тебе это осознать. Когда я говорю ”нет", это не подлежит обсуждению.

— Все можно обсудить, – бормочу я. – Все, кроме смерти.

Глаза Дэмиена прищуриваются на моих, прежде чем он выходит из меня. Я смотрю, как он идет в ванную, его напряженная поза говорит мне, что он в бешенстве.

Вместо того, чтобы дать ему время успокоиться, я иду за ним.

— Я не какая-то хрупкая принцесса, Дэмиен. Я умею обращаться с оружием так же хорошо, как и ты. Не каждая схватка выльется в рукопашный бой. Во время рейдов я буду вооружена до зубов.