Потомство для зверя (ЛП) - Шейд Сигги - Страница 30

Я бы пожаловалась, но меня все еще мутит и от интенсивного минета, и от того, что я все время задерживала дыхание. Вместо этого я расслабленно прижимаюсь к его широкой груди и вздыхаю.

— А твои тренировки с закрытыми глазами включали в себя удовлетворение девушки? — спрашиваю я, мой голос звучит невнятно.

— Конечно, — отвечает он. — Я же не планировал лишиться члена.

В моей груди бурлит веселье, и я выпускаю его наружу, хихикая.

— Ты как бойскаут-переросток.

— Никто еще не умер от хорошей подготовки, — он подходит к батарее, берет два полотенца и кладет одно мне на голову.

— Эй.

Лу усмехается.

— Скажи, что я не прав.

— Не могу, — полотенце скользит по моему лицу. Когда он несет меня в спальню, я поправляю его на голове, чтобы получился тюрбан. — Если бы у меня была хоть половина твоей готовности, я бы не оказалась на аукционе.

В ответ на его недовольный смешок я напрягаюсь. Неужели он воспринял это как очередной отказ? Ведь я не это имела в виду.

— Что такое? — спрашиваю я.

— В какой-то момент ты должна решить, что делать со своим мужем, — он укладывает меня на свое клетчатое покрывало и опускается рядом.

— Я уже нафантазировала, как его убить, — говорю я.

Пальцы Лу находят мою руку, поднимаются по плечам к горлу. Я смотрю на него, удивляясь его стойкости. Если не считать ворчливости, которая, возможно, присуща ему в остальное время, он удивительно спокоен, учитывая потерю зрения.

Другой рукой он подносит полотенце к моему лицу и вытирает кожу. Его прикосновения нежны, как будто я хрупкий фарфор, который может разбиться. Медленно и осторожно он скользит хлопком по моей шее и груди, обводит рукой грудь, а затем спускается к животу.

— Ты этого хочешь? — спрашивает он.

Я нахмуриваю брови.

— О чем ты говоришь? Почему я не должна хотеть его смерти?

Он просовывает полотенце между моих ног и насухо вытирает мою киску. Вместо того чтобы задержаться, он переходит на бедра.

— Убивать людей не так просто, как ты думаешь. Тела всегда оставляют следы.

— Я могу придумать, как сделать так, чтобы он исчез.

— И после семи лет отсутствия известий о нем ты сможешь по закону объявить его мертвым, — говорит Лу, и его слова звучат категорично.

— А что в этом плохого?

— Ты бы стала ждать так долго, чтобы снова выйти замуж?

Мои губы приоткрываются.

— Я об этом не подумала.

Может быть, мне показалось, и Лу просто беспокоится, что я сделаю неправильный выбор, но я не могу не задаться вопросом, а не хочет ли он, чтобы мы поженились.

И не спрашиваю.

Сегодняшний день был полон взлетов и падений, и я не собираюсь заканчивать его ссорой.

Вытерев меня, он проводит полотенцем по своему телу, откидывает одеяло и предлагает мне лечь в постель. Я проскальзываю внутрь, мой взгляд устремлен на его грудь и пресс, когда он берет пульт, чтобы выключить свет, и ложится ко мне. Его член безвольно болтается между ног, вялым выглядит больше, чем вставший пенис Сайласа. Я поднимаю глаза к потолку, все еще не веря, что Лу реален.

Мое положение было бы гораздо хуже, если бы аукцион выиграл кто-то другой. В лучшем случае, я была бы уже мертва, а в худшем — желала бы смерти.

Облегчение вытесняет напряжение. Горячие слезы текут по щекам, когда Лу укладывается на кровать. Я отворачиваюсь, не желая, чтобы он думал, будто я расстроена. Напротив, благодарность настолько глубока, что я не могу описать ее словами.

Он берет меня за плечо.

— Ты плачешь. Я что-то не то сказал?

— Нет, — шепчу я. — Да. Не совсем. Я просто...— эмоции захлестывают меня, затыкая горло.

— Скажи, — он медленно поглаживает мою спину.

— Спасибо, что выбрал меня. Мне так жалко деньги и твой глаз...

— Ты того стоишь, — он притягивает меня ближе и целует в макушку.

— Лу, — всхлипываю я.

— Ш-ш-ш. Со мной ты в безопасности.

Эти слова должны успокаивать, но я плачу сильнее, выпуская наружу дни страдания и страх. И вину. Вину за то, что я в безопасности, а все остальные женщины на аукционе, которых Лу не купил, либо застряли в борделях, либо уже мертвы от изъятия органов. Он держит меня, пока слезы не иссякают, и я засыпаю, находясь в безопасных объятиях незнакомца, которому могу доверить свою жизнь.

Глава 20

Мы еще спим, когда в дверь стучится Леда с завтраком. Лу прогоняет ее и снова погружается в дремоту.

Где-то в течение ночи мы перешли от его объятий на моей спине к тому, что я раскинулась на его груди, как морская звезда, прижавшаяся к скале во время шторма. Лу, похоже, не возражает: одна его рука лежит у меня между лопаток, а другая — на заднице.

Сейчас я чувствую себя наиболее комфортно после предательства Сайласа, и мне хочется оставаться в этой комнате до тех пор, пока наши проблемы не перестанут иметь значение.