Потомство для зверя (ЛП) - Шейд Сигги - Страница 52

— Кончи для меня, — шепчет он.

Его большой и указательный пальцы смыкаются вокруг моего клитора и вызывают молниеносную бурю наслаждения. Мышцы сжимаются и разжимаются вокруг его толстого члена, как будто желая выдоить из него все силы.

Мгновение спустя он вздрагивает и заполняет мое лоно горячей струей. Он падает, и его огромный вес придавливает меня к земле.

— Лу, — хриплю я. — Не могу дышать.

Он приподнимается немного, чтобы перевернуть меня на спину.

— Лучше?

— Да.

— Хорошо, потому что это не конец.

Глава 34

Я лежу лицом вверх, уставившись на ухмыляющегося Лу, и не могу пошевелиться. Рваные остатки лифчика и платья лежат под спиной и по бокам, я обнажена.

Моя грудь быстро вздымается и опускается, а ветерок никак не охлаждает кожу. Моя киска подергивается и болит от толчков, и мне кажется, что я больше не выдержу.

Лу устраивается между моих раздвинутых бедер, его руки еще больше раздвигают мои колени. Я все еще нахожусь в таком оцепенении от двух оргазмов подряд, что мое зрение расплывается. Логическая часть мозга не воспринимает то, что я вижу, как солнечный свет, пробивающийся сквозь его темные волосы, но я клянусь, что на нем нимб.

— Подожди, — хриплю сквозь прерывистое дыхание. — Может, нам стоит отдохнуть?

— Ты просила грубо, и я сделал. Теперь нежно.

— Обещаешь? — шепчу я.

— Я не могу ничего обещать, — он наклоняется и посасывает мои ключицы между губами, его мягкая борода щекочет кожу. — Третий оргазм может оказаться довольно жестоким.

В горле раздается стон, и закрываю глаза. Лу массирует мою грудь, кончиками пальцев дразнит один сосок, пока тот не становится твердым. Он проводит губами по моей груди, пока не добирается до второго соска и не всасывает его в свой горячий рот.

Я настолько чувствительна, что моя спина выгибается, голова кружится, и я теряюсь в дымке удовольствия. Это именно то, что нужно после того, как меня так жестоко оттрахали в грязи.

— Прекрасно, — бормочет он, обхватив мой сосок. — Я думал, что готов к потере зрения, но встретив такую женщину, как ты...

Мое сердце замирает. Услышать эти слова почти так же приятно, как в тот раз, когда он выиграл аукцион и увел меня у Танатоса. Я притягиваю его к себе.

— Лу, — я провожу пальцами по его волосам. — Ты поправишься. Клянусь. И мы будем стараться, чтобы посадить этого ублюдка в тюрьму или под землю...

Он заставляет меня замолчать поцелуем, таким жарким, что я теряю нить своих мыслей. В нем много боли, но есть и обещание. Мы больше не сопротивляемся друг другу, и что бы ни случилось дальше, мы выберемся из этой ситуации живыми.

Поцелуй становится все глубже, и я перестаю замечать все, кроме него. Наши сердца бьются в унисон, в ушах звенит от этого совместного ритма. Я поднимаю на него глаза и вижу, что нимб сияет еще ярче.

— Позволь мне любить тебя, — шепчет он.

Мое сердце замирает. Я понятия не имею, имеет ли он в виду сейчас или в будущем, но нахожу в себе силы сказать:

— Хорошо.

Он проводит поцелуем по моей груди и снова перекатывает соски между толстыми пальцами. Я стону и дрожу от его прикосновений, и жажду большего.

Я должна сосредоточиться на моменте и не вникать в его слова. Мы вместе всего неделю, и большую часть этого времени я провела взаперти в той комнате. Отношения не возникают за несколько дней, они требуют времени. Годы, дабы узнать друг друга...

Мысль обрывается.

Мы с Сайласом практически выросли вместе. Мне казалось, что я знаю его, как саму себя, но каким-то образом стала для него самой большой помехой.

Дело не в количестве времени, проведенного вместе, а в его качестве. Именно жертвы, которые человек приносит ради другого, прокладывают путь к любви.

Его губы скользят по моей груди, а язык задевает пупок, заставляя меня стонать.

— Лу, — шепчу я дрожащим голосом.

— Я здесь, — говорит он.

Я жду, что он скажет дальше, но он продолжает лизать, целовать и посасывать дорожку вниз по моему животу. Его толстые пальцы скользят по моим влажным складочкам, а большой палец находит клитор.

Мое тело подергивается, все еще такое чувствительное после оргазма.

— Расслабься, — говорит он и опускает руки на внутреннюю поверхность моих бедер.

— Хорошо, — хрипло отвечаю я.

Когда он продолжает водить губами по моему лобку и вниз к клитору, его мягкие волоски касаются моих складок. Я стараюсь не думать о том, что вымажу его бороду своими соками, и сосредотачиваюсь на текущем моменте.

Он лижет меня от клитора до самого входа, я откидываю голову и стону. Мои бедра приподнимаются, но он сжимает их ладонями и удерживает меня на месте.

Я дрожу и бьюсь в конвульсиях, когда он осыпает мою киску поцелуями с приоткрытым ртом, меня будто поглощают. Его язык проводит по моему клитору, вызывая серию искр, которые воспламеняют мое тело. Удовольствие прожигает нервы, как динамитные шнуры, вызывая маленькие взрывы, от которых я задыхаюсь.

Я умоляю о большем, и Лу дает мне это. Он лижет быстрее, с большим напором, именно так, как мне нравится, никогда не замедляясь, не отстраняясь, даже когда моя спина выгибается, ноги смыкаются вокруг его головы, а обе руки сжимают его волосы.

— Черт, — стону я. — Лу.

Он бормочет что-то, а я не могу расслышать. Удивлена, что он вообще может дышать.

Ощущения собираются в тугой клубок у основания живота, нарастая с каждым восхитительным движением языка Лу. Когда наслаждение достигает предела, оно трещит и бьет по позвоночнику, как электрический ток, вызывая такие сильные спазмы, что я с криком падаю обратно в грязь.

Лу лижет, сосет и целует, растягивая удовольствие до тех пор, пока я не начинаю дрожать и не кончаю. Когда оргазм стихает, а дыхание замедляется, он целует меня в лицо.

— Это было невероятно, — бормочу я. — Спасибо.

— Не благодари, пока не увидишь еще один подарок.

Я протягиваю руку между нашими телами и беру его за член.

— Ты уже подарил.

Смех Лу заставляет мое сердце петь.

— Хорошо. Тогда четвертый.

Он отодвигается от меня, чтобы встать, а затем помогает подняться на ноги. Рваные остатки лифчика и платья падают на землю, и я хватаю его за руку и хмуро спрашиваю.