Творец слез - Дум Эрин - Страница 22

Я провела пальцами по ряду белых пуговиц на груди.

Когда пришло время снимать платье, я вспомнила, что одной мне не справиться с молнией.

– Анна, прости, ты мне снова не поможешь? – спросила я, подходя к шторке примерочной. Я отодвинула ее ровно настолько, чтобы в прорезь поместилась спина. За шторкой было тихо. И все же я ощущала чье-то присутствие. Перекинув волосы на одну сторону, я придержала их, чтобы не мешали.

– Молния, Анна, – робко напомнила я, – извини, я не могу до нее добраться. Поможешь мне?

Анна не отвечала. Потом я услышала приближающиеся шаги. Мне на шею легла одна рука, удерживая воротник, другая взялась за застежку и медленно потянула ее вниз. Грубый, жужжащий звук резанул слух.

– Отлично, спасибо, – сказала я, когда застежка опустилась до лопаток. Но Анна не остановилась. Молния продолжала спускаться с упрямой медлительностью, и я почувствовала, как она скользнула вдоль моего позвоночника.

– Анна, теперь я смогу сама, – деликатно намекнула я, но пальцы по-прежнему придерживали воротник платья на шее, застежка продолжала ползти вниз. Вниз, ниже талии, до изгиба спины. Платье разошлось на мне, как крылья жука, и я сказала тверже:

– Анна!

Щелк!. Застежка добралась до конца и врезалась в углубление в ткани. Я поймала себя на том, что смотрю на свое отражение, обхватив руками грудь и поддерживая платье. Теперь я могла снять его без проблем.

– Ой, ну… спасибо, – пробормотала я, прежде чем закрыть шторку поплотнее. Я покачала головой, сняв платье через ноги, и осталась в нижнем белье. Надела старую одежду и вышла из примерочной. Рядом никого не было.

Я вернулась в зал и нашла Анну у прилавка с телефоном в руке. Норман снаружи рассматривал витрины.

– Все в порядке? – спросила она.

– Да, спасибо! – Я улыбнулась, сжимая платье в руках. – Без тебя я не сняла бы его.

Анна приложила руку к груди и извиняюще улыбнулась.

– Ой, Ника, прости меня! Мне позвонили, и я отвлеклась! Вижу, ты сама справилась, да?

Я смотрела на нее с той же улыбкой, застывшей на губах, ничего не понимая.

– Да, благодаря тебе, – снова сказала я. Замешательство в ее взгляде еще больше озадачило. И тут мне в голову пришла тревожная догадка. Я огляделась. Ригель стоял в холле снаружи, прислонившись к колонне. Скрестив на груди руки, со скучающим видом он равнодушно смотрел прямо перед собой. Нет, вряд ли… Что я придумываю?

Подошла продавщица и весело посмотрела на меня.

– Решили его купить, верно? Хороший выбор, – улыбнулась она. – Это платье смотрится на тебе великолепно!

– Спасибо! – Я немного смутилась, щеки порозовели.

– Ты можешь сочетать его с чем угодно. К нему подойдут вещи в повседневном стиле… Смотри! – Она сняла что-то с вешалки. – Например, вот такая… И теперь скажи мне, что это некрасиво!

Я слишком поздно поняла, что у нее в руках. Девушка накинула на меня ремень, но я не успела убрать руки, и они оказались прижаты к телу.

Одного этого мгновения было достаточно. Я почувствовала кожаный пояс у себя на коже, его трение. Я ощущала, как он давит, сжимает, застегивается и обездвиживает меня…

Я резко сорвала с себя ремень и отбросила его. Попятилась, в панике выпучив глаза. Продавщица с изумлением смотрела на меня, а я продолжала пятиться, пока не уткнулась в прилавок. По телу пробежала дрожь. В груди похолодело, где-то в глубине меня гулко билось сердце, грозя взорваться. Я понимала, что сейчас всех напугаю, и попыталась успокоиться, но руки дрожали, и пришлось схватиться за прилавок, чтобы удержаться в реальности, не упасть в темноту.

– Что происходит? – послышался голос Анны, которая до этого смотрела на Нормана. Она, конечно, увидела, как я дрожу, и сразу забеспокоилась. – Ника, что случилось?

Меня трясло. Я должна успокоиться, побороть панику, взять себя в руки… Я смотрела на Анну, и единственное, чего мне хотелось, это чтобы она не видела меня такой. Надо, чтобы она видела во мне только идеальную девушку в небесно-голубом платье, которой несколько минут назад она восхищалась. Ту, которую она хотела бы удочерить и которая никогда ее не огорчит, не даст ни малейшего повода для беспокойства.

– Все в порядке, – прошептала я, пытаясь звучать убедительно, но дрожащий голос выдавал мое состояние. Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь, но тщетно.

– Тебе плохо? – спросила Анна, с беспокойством вглядываясь в меня. Она подошла ко мне вплотную, и ее глаза показались мне огромными, как будто я смотрела на них через лупу.

Ситуация ухудшилась. Я чувствовала болезненную потребность прикрыть свое тело, увернуться от ее взгляда, спрятаться, исчезнуть.

Не смотри на меня, беззвучно молила я. Неконтролируемая тревога обнажала меня, я чувствовала себя неправильной, жалкой, грязной и виноватой. Сердце бешено колотилось, я с головокружительной скоростью погружалась в свои страхи, отчаянно цепляясь за ее взгляд.

Она откажется от меня. Она выбросит меня на помойку, потому что я этого заслуживаю. Там мне самое место. Там и оказываются такие, как я.

Я никогда не буду жить в сказке. У моей истории не будет счастливого конца. В этой истории нет принцесс, нет фей и эльфов.

Есть только одна маленькая девочка… Но она никогда не станет умницей.

Глава 9. Колючая роза

Острая нехватка человеческого тепла и любви, состояние на грани обморока – вот как можно описать приступ в торговом центре, симптомы которого я изо всех сил старалась скрыть от свидетелей произошедшего. Я пыталась заглушить сигналы тревоги, посылаемые моим телом, сдерживала себя как могла, и, после того как я тысячу раз повторила, что со мной все в порядке, Анна, кажется, мне поверила.

Я ненавидела себя за то, что лгу ей, но другого выхода я не видела. От мысли сказать ей правду к горлу подкатывала тошнота и было трудно дышать. Я просто не могла этого сделать. Да и как бы я объяснила ей, что вызвало во мне эти ощущения, ведь они исходили из глубин сознания, в которые даже я не хотела погружаться?

– Ника! – услышала я голос в понедельник утром.

В дверях стояла Анна. Ее глаза были ясными, как просветы в облачном небе. «Хоть бы она никогда больше не увидела меня такой, как в тот день», – снова подумала я.

– Что ты ищешь? – спросила она, наблюдая, как я копаюсь в столе. Она поверила моим словам, но это не мешало ей беспокоиться обо мне и интересоваться моей жизнью.

– О, ничего особенного, фотографию, – пробормотала я, когда она подошла. – На днях мне ее дала подруга, и теперь она куда-то подевалась.

Невероятно! Билли только подарила мне фотографию, а я умудрилась ее потерять.

– Ты смотрела на кухонном столе?

Я кивнула, заправляя волосы за ухо.

– Не переживай, ты ее обязательно найдешь. Наверняка она где-то тут, в доме.

Анна наклонила голову и поправила прядь у меня на ключице. Она посмотрела мне в глаза, и на душе сразу стало тепло.

– У меня для тебя кое-что есть.

У нее в руках я увидела небольшую коробочку. Несколько секунд я удивленно смотрела на нее, не зная, что сказать, а когда открыла ее, не могла поверить своим глазам.

– Знаю, он немного устаревший, – прокомментировала Анна, когда я снимала упаковку. – Это, конечно, не последняя модель, но зато я всегда буду знать, где вы с Ригелем находитесь. Я подарила ему такой же.

Мобильный телефон. Анна подарила мне смартфон! Я смотрела на него, не в силах произнести ни слова.

– Симка уже вставлена, а мой номер записан в контактах, – пояснила Анна спокойным голосом. – Я всегда на связи. Номер Нормана там тоже есть.

Я не могла выразить, что чувствовала, держа столь ценную вещь. Я всегда мечтала обменяться номерами с подругой или услышать звонок, означающий, что кто-то ищет меня и хочет со мной поговорить…