За тебя, Родина! (СИ) - "Илья83" - Страница 295

Но тот пожевал губами и, казалось, заколебался.

- Знаете что, господин Шпеер.. Сейчас только утро! - ответил Венцель, погладив свой подбородок. - Свой ответ я скажу вечером, а пока буду думать над вашим предложением. Но чтобы у меня осталось хорошее впечатление.. Можете уже с этого момента быть тем самым идеальным пациентом, гордостью нашей клиники! Готовы?

Альберт горестно вздохнул и медленно кивнул. Что ему ещё оставалось?

Глава 58

Окрестности г. Клайберен, южнее Берлина.

27 мая 1940 года. Утро.

Хайнц Гротте.

- Благодарю, фрау Грюнер, ваша запеканка была великолепна! - искренне произнёс он, удовлетворённо вздохнув.

- Полностью согласен с Конрадом! - тут же поддержал его Петер, хлопнув себя по животу и широко улыбаясь. - Не устаю благодарить Бога что мы выбрали именно ваш дом для поправки здоровья! Иначе наше выздоровление заняло бы гораздо больше времени, точно говорю!

Хайнц покосился на него, с трудом удержав на лице спокойное выражение. Чёртов дурак! Ведь говорил же ему!.. Всё как об стенку горох! Ну да, его подозрения обратились в твёрдую уверенность и Гротте только удивлялся как не замечал этого раньше. Всё же очевидно, идиот даже не старается как-то маскироваться! Нет, придётся с ним поговорить и поскорее..

Как минимум, всё началось два дня назад когда Хайнц, мучимый болью в заживающей ноге, проснулся ночью и хотел сходить в туалет. Сапог на пострадавшую конечность не налезал, поэтому он надел мягкие тапочки, неведомо откуда добытые для него хозяйкой подворья. В тёмной комнате постель Петера было очень плохо видно но, кажется, она пуста. Наверное, тоже вышел в туалет или покурить, подумал тогда Гротте без всякой задней мысли. Но увы, всё было куда прозаичнее..

Уже в коридоре, когда Хайнц практически бесшумно передвигался по нему, чтобы не разбудить фрау Грюнер, он услышал звук который заставил его насторожиться и замереть на месте. И раздавался тот как раз из комнаты женщины, напротив которой и застыл сейчас командир ликвидаторов. Не успел Хайнц разобраться в природе странного звука как он повторился. На этот раз Гротте распознал его мгновенно и едва не выматерился по-русски, забыв все правила конспирации.

Звук был стоном. Женским стоном, который издаёт представительница слабого пола когда испытывает большое удовольствие но отчаянно пытается это скрыть, например, зажимая себе рот ладонью. И эти стоны раздавались с регулярной периодичностью, перемежаемые едва слышным довольным мужским голосом. Голосом его товарища и подчинённого Петера Баума, чтоб ему ни дна ни покрышки!

Хайнц дураком не был и тут же всё понял. Вот, значит, почему постель товарища пуста! Донжуан хренов, дорвался-таки до фашистской юбки, несмотря на его прямой запрет! Стиснув зубы от злости он всё-таки справился с собой и, сделав дела в туалете, так же тихо вернулся обратно в комнату, твёрдо решив объясниться с Петером когда тот вернётся. Но пролежав больше часа Хайнц уснул, так и не дождавшись этого проклятого юбочника, твёрдо уверовавшего что его самым лучшим оружием является член а не пистолет..

А утром, когда фрау Грюнер подала на стол вкуснейшую запеканку, Гротте только и мог дивиться, как мимо его внимания прошло столько незамеченных им признаков.. Все эти мимолётные улыбочки между Петером и женщиной, подмигивания, когда они думали что он этого не видит. Баум выглядел довольным котом после ночных блядок, а их хозяйка то и дело сверкала улыбкой и едва заметно краснела, ловя на себе красноречивые взгляды Петера. Нет, она пыталась вести себя как обычно, но стоило ей чуть забыться как вся эта напускная серьёзность тут же уступала место настоящим эмоциям женщины.

Хайнц обратил внимание что та так и норовит подложить Бауму кусок побольше и повкуснее, крутится вокруг него, то и дело кусает губы чтобы не рассмеяться очередной шутке этого пройдохи. Новое платье надела, губы подкрасила, хотя впереди грязная работа на подворье.. Кстати, Гротте вспомнил что вчера утром, когда он неспешно ковылял по двору в сторону коровника, чтобы полюбоваться немецким сельским хозяйством, оттуда выскочила фрау Грюнер, красная как рак и со взлохмаченными волосами. Передник помят, глаза шальные.. А за ней, как чёртик из табакерки, появился Петер с ведром молока в руке.

Завидев его женщина опустила голову, невнятно ответила на пожелание доброго утра, и буквально унеслась в дом. То же самое сделал и Баум, только медленнее, объяснив что помогал дотащить фрау Грюнер тяжёлое ведро до дома. Вчера, как ни странно, у него не возникло даже подозрений в том что дело не ограничилось только этой помощью, зато сегодня всё встало на свои места. Заодно вспомнилось что Петер то и дело помогал женщине по двору, убедительно пояснив что ему просто неудобно смотреть как та мучается без крепких рук на тяжёлой работе и он, как мужчина, просто обязан помочь.. Ага, помог по всем направлениям, засранец!

- Дорогой Август, пойдём прогуляемся по полю, сегодня такая чудесная погода! - предложил он, выдавив из себя обаятельную улыбку. - Да и поговорить хочу с тобой о нашей службе.

Тот, кинув на него взгляд, похоже, почуял что-то неладное, поскольку его радость на пару секунд поблекла. Но он тут же исправился и встал из-за стола:

- Конечно, Конрад, о чём речь? Пошли погуляем! Фрау Грюнер, мы вернёмся через час, не скучайте без нас!

Женщина, похоже, не заметила возникшего между её постояльцами некоторого напряжения и просто кивнула, став убирать посуду со стола.

Опираясь на удобную трость, которую соорудил ему Петер, Хайнц захромал к калитке, не желая устраивать тяжёлый разговор на глазах хозяйки. Петер тоже молчал, идя рядом и готовясь поддержать командира, если тот вдруг оступится. Таким образом они миновали весь двор, вышли за ворота и неспешно пошли по полю в сторону ближайшей группы деревьев метрах в ста от них, росшей на берегу маленького озера.

Едва ликвидаторы достигли тенистых зарослей и их стало невозможно увидеть из окон подворья фрау Грюнер, как долго копившиеся эмоции Хайнца вырвались наружу. Он отбросил трость в сторону, развернулся к товарищу, схватил его за грудки и с силой ударил спиной о ствол дерева.

- Ты что, гад, делаешь?! - яростно прошипел Гротте, от избытка чувств перейдя на великий и могучий. - Какого хуя с этой немкой шуры-муры закрутил, сволочь?! Я же тебе сказал чтобы ты держал своё похотливое хозяйство подальше от неё! Плюёшь на прямой приказ командира, Васька?! Отвечай, мать твою!

Ногу сразу закололо от резкого движения но Хайнц/Юрий не обращал на это внимания, охваченный праведным гневом. В данный момент ему хотелось со всей дури вмазать самонадеянному подчинённому по роже но нельзя, фрау Грюнер сразу заметит появление на лице и теле своего молодого любовника новых "украшений". Определённо, Орлов проявил совершенно ненужную и даже вредную инициативу, а это чревато печальными последствиями для них обоих..

- Тсс, тише-тише, командир, успокойся! - Василий/Петер вскинул обе руки над плечами, даже не пытаясь вырваться, хотя вполне мог это сделать, пользуясь состоянием Юрия. Мало того, на губах этого дурака расцвела весёлая улыбка, что ещё сильнее разозлило Кузина. - Если ты меня пощадишь и не станешь убивать прямо под этим красивым деревом то я тебе всё расскажу, обещаю! И давай, на всякий случай, говорить на немецком, хорошо? Мало ли, вдруг где-то по кустам рядом шныряет рыбак с удочкой? Представь что случится если он увидит или услышит как два офицера Вермахта лопочут на языке русских варваров?

Потребовалось неимоверное усилие воли чтобы Хайнц смог взять себя в руки и отпустить Петера. Шумно дыша, он оторвался от подчинённого и тяжело сел на траву, привычно массируя ногу для снятия боли. Злость всё ещё клокотала в нём но мозг уже взял тело под контроль. Проглотив комок в горле Гротте опёрся спиной на ствол того самого дерева и закрыл глаза, ощущая предательскую слабость. Да, сейчас из него боец никакой, к сожалению. Последствия ранения по-прежнему дают о себе знать, поэтому нужно усиленно питаться и выздоравливать, пользуясь относительным затишьем. Найди их сейчас гестапо то единственное что он сможет сделать так это геройски погибнуть, отстреливаясь от фашистов. Так-то не самая плохая смерть, забрать с собой нескольких немцев, но ведь его группу сюда послали вовсе не для того чтобы они устроили напоследок жаркий бой в тиши сельской глубинки под Берлином.