За тебя, Родина! (СИ) - "Илья83" - Страница 401

- Ох, командир, за что нам такая честь? - страдальчески воскликнул тот, начиная газовать двигателем. - Видит Бог, я бы с радостью этого избежал! Конечно, мне нравятся танцы но в обнимку с симпатичной бабёнкой, а не под пулями или, тем более, снарядами!

Шольке не ответил ему и просто начал стрелять короткими очередями из пушки, пытаясь попасть в цель. Снаряды рвали мешки перед орудием, оттуда высыпался песок. Часть из них, несомненно, пролетала рядом с зениткой но поскольку они были не трассирующими то корректировать собственный огонь оберштурмфюреру было трудно.

Над головой снова раздался оглушающий грохот, это эсминец явно начал охоту на его миномёты. Но у Гюнтера сейчас была своя война и он лишь мысленно пожелал парням поскорее накрыть зенитку и затем сразу сваливать прочь, пока корабль не добрался до них своими тяжёлыми снарядами.

А угрожающий ствол английского орудия, наконец, опустился горизонтально и уставился на него своим чёрным дулом. Смотреть прямо в лицо своей смерти было жутко и на миг Шольке оцепенел. Но, сделав усилие, преодолел ступор, дал последнюю очередь в кассете и закричал:

- Гони!

Только и ждавший команды водитель резко дал газ и Гюнтера откинуло на сиденье, так как он не успел ни за что схватиться. И снова началась пляска смерти, как Шольке метко назвал её про себя.. Ещё раз или два где-то над головой грохотал главный калибр эсминца а Гюнтер, собравшись с силами и вцепившись как клещ за все выступы, успел глянуть в прицел пока броневик несколько секунд ехал прямо.

На позиции тяжёлого орудия вздымались небольшие дымные облачка, то и дело закрывая саму зенитку. Не все мины попадали в цель, часть взрывалась на крыше пакгауза или с наружной стороны мешков с песком, постепенно разваливая их. И смертоносный ствол не двигался за "Малышом" а смотрел в одну точку! Неужели получилось?!

- Ну как, командир, мы там хорошо попадаем? - ему в уши ворвался встревоженный голос Виттмана на фоне атмосферных помех. - Если нет то скажите, поправим прицел! Приём!

- Майснер, остановись возле носа эсминца но будь готов по моему приказу снова сплясать! - приказал Гюнтер, стараясь не терять из виду ствол зенитки. И только потом ответил Михаэлю: - Кладёте хорошо, думаю там уже живого места нет! Дайте ещё пару залпов и валите из-за пакгауза вместе с пулемётчиками Бруно пока "томми" на корабле не размазали вас, поняли? Приём!

- Слышу, приказ поняли, выполня..! - конец фразы снова заглушил грохот и у него опять на время заложило уши.

Похоже, моряки всерьёз за них взялись, хорошо бы обошлось без потерь.. И тут, метрах в ста от них, на пирсе взметнулся сильный взрыв, подкинув вверх и разметав далеко в стороны куски асфальта и чьих-то тел! Шольке снова застыл, пытаясь понять откуда тот взялся, потому что все корабельные орудия главного калибра смотрели в сторону пакгауза а взрыв произошёл недалеко от борта эсминца. Что это было? Кто стреляет? И по кому?

Внезапно в наушниках зашипело и Гюнтер услышал чей-то усталый, требовательный голос:

- Вызываю оберштурмфюрера СС Шольке, командира разведывательного отряда полка СС "Лейбштандарт"! Ответьте! Приём!

И снова взрыв, ещё ближе к броневику и кораблю! Разразившись ругательствами Майснер, не дожидаясь его приказа, лихо развернулся и помчался к корме, подальше от роя осколков, вполне способных пробить их броню. Судя по султану взрыва это тяжёлый снаряд, не меньше 15-cm, а то и больше.

Лихорадочно вертя головой, чтобы не упустить из виду эсминец и до сих пор молчавшую зенитку, Гюнтер закричал в ответ:

- Шольке слушает! Кто вызывает? Приём!

- Наконец-то.. - раздражённо проворчал его невидимый собеседник. - Почему так долго не отвечали? Я вызывал вас уже пять минут! Вы там спали, что ли?.. А, неважно! На связи гауптман Борзиг, командир батареи! Мне приказано работать по вашим корректировкам в указанном районе! Доложите своё местонахождение и где именно находится этот чёртов корабль, который мы должны потопить! Приём!

У Гюнтера словно гора с плеч упала. Неужели Дитрих успел быстро связаться с артиллеристами и те уже начали пристрелку? Это же здорово! Правда, судя по словам этого Борзига, ему выделили всего одну батарею но и то хорошо, особенно если она вооружена 15-cm гаубицами. Только теперь возникла ещё одна проблема - как не попасть под собственный снаряд! Было бы очень обидно, извернуться ужом, чтобы тебя не разнёс огромный эсминец вместе с незамеченной зениткой, и погибнуть от "дружественного огня".

Шольке улыбнулся, несмотря на всю опасность ситуации, и ответил:

- Докладываю, господин гауптман! Моё местонахождение там где сейчас падают ваши снаряды! Последний взорвался метрах в восьмидесяти от нас! А корабль.. Мы находимся вплотную к нему! Так что если вы возьмёте метров на сто к северу то наверняка добьетесь попаданий! Приём!

- Что?! Вы спятили, Шольке?! - заорал артиллерийский капитан. - Немедленно уходите оттуда, пока ещё живы! Вам что, жизнь не дорога?! Какого дьявола вы сунулись вплотную к этому корыту?! Приём!

- Долго объяснять, господин гауптман, так получилось.. И немедленно уехать тоже довольно проблематично, эсминец никак не хочет нас отпускать! Но мы постараемся! Приём! - усмехнулся Гюнтер, понимая что капитан абсолютно прав. Они действительно загостились рядом с английскими моряками, пора бы и попрощаться.

- Вы что, пьяны?! Несёте какой-то бред.. Ваши координаты принял, открываю беглый огонь всей батареей! Отбой связи! - напоследок бросил раздражённый гауптман и отключился. Кажется, он не поверил словам Шольке и решил что тот смеётся над ним. И в чём-то даже оберштурмфюрер его понимал..

Но, как бы то ни было, сваливать нужно, причём срочно. До того угла почти разрушенного пакгауза, откуда они выехали всего десять минут назад, было примерно полкилометра открытого пространства, если не считать множества тел убитых и раненых противников, ставших жертвой его пулемётчиков и миномётчиков. И те и другие прекратили стрелять, спешно отступая назад, к воротам порта, вне зоны видимости экипажа эсминца. А теперь снова всё зависело от мастерства великого водителя всех времён и народов по фамилии Майснер..

- Георг, сейчас ты должен по моему сигналу сделать заключительный аккорд к своему танцу и вывезти нас обратно! - огласил истину Шольке, нагнувшись вниз и посмотрев ему в глаза.

Тот хмыкнул и недоверчиво покачал головой:

- Не уверен что снова получится, командир.. в первый раз нас никто не ждал, потому и проскочили. А теперь мы в главных ролях и на нас всё внимание. Трудно будет уйти со сцены без громких аплодисментов и криков на "бис".

- Ты уж постарайся, Георг, жить-то хочется, верно? Дам тебе тридцать секунд чтобы ты продумал маршрут отхода, больше не могу. Сам понимаешь, если тут останемся то наши снаряды разнесут нас на столько кусков что похоронщики собьются со счёта.

Майснер глубоко вздохнул, потёр лоб вспотевшей рукой, сбив пилотку на затылок, и криво усмехнулся:

- Хочешь чудо, командир? Хорошо, будет чудо! - потёр друг о дружку ладони и крепко схватился за руль. - Пятнадцать секунд мне хватит!

Возле кормы эсминца встали сразу три высоченных столба воды, взлетев выше мачт корабля, это батарея тяжёлых немецких гаубиц открыла беглый огонь. Тот прекратил разносить вдребезги остатки горящего пакгауза, чуть повернул стволы башен главного калибра, приподнял их.. и снова начал стрелять! Наверняка пытается ликвидировать новую угрозу, сволочь.. Но если этот гауптман Борзиг не полный кретин то должен был догадаться установить орудия под прикрытием каких-нибудь крепких строений, которые не дадут морской артиллерии какое-то время поразить сухопутную.

Но одновременно с этим Гюнтер удивлённо видел как корпус эсминца начал медленно но верно смещаться к востоку, отходя от пирса! Неубранные с берега трапы, по которым совсем недавно забегали на корабль окружённые солдаты, с грохотом упали на асфальт, окончательно решив судьбу тех кто не успел это сделать. Проклятье, моряки уходят, бросая своих неудачников! С одной стороны, конечно, это хорошо.. Но с другой, эсминец набитый пехотой как сельдью в банке, тоже не хотелось упускать! Там ведь внутри уже не меньше батальона скопилось, если не больше! Вот только лично они уже ничего не смогут сделать, только уехать, пока отошедший подальше корабль не разнесёт их..