Похищенная грешником (ЛП) - Херд Мишель - Страница 45

— Мы переехали в Сиэтл, когда я был ребенком, и там открыли пекарню. Мои самые ранние воспоминания о них всегда были связаны с тем, что я видел, как они работают. — Прочистив горло, я делаю глубокий вдох. — Я начал помогать им в возрасте шести лет, в основном заставляя полки. — На моих губах появляется ностальгическая улыбка. — Мне нравилось смотреть, как моя мама готовит. То, как двигались ее руки, гипнотизировало меня на несколько часов.

Глаза Лары прикованы к моему лицу.

— Это был жаркий день. Я помню, как моя рубашка прилипла к телу от пота. Мазур неделями угрожал моим родителям, и в тот день он послал людей застрелить их. Сначала отца, потом мать. Я видел, как они упали, и их кровь закапала на пол. Я видел, как жизнь покидала глаза моего отца, и я пообещал заставить Мазура заплатить.

Когда я снова смотрю на Лару, по ее щеке скатывается слеза. Я ловлю каплю и, поднося ее к губам, ощущаю солоноватый привкус ее сострадания ко мне.

— Прости, — шепчет она, опускаясь на колени и обнимая меня за шею. — Ты страдал намного дольше меня из-за Мазура.

Обнимая ее, я глубоко вдыхаю ее аромат.

— Несмотря на то, что я сделал все возможное, чтобы развратить тебя, ты все еще пахнешь невинностью.

— Тогда тебе просто придется развратить меня еще немного, — дразнит она, отстраняясь.

— Мне придется найти творческие способы, учитывая, что тебе будет больно по крайней еще пару дней.

Мы проводим всю ночь, разговаривая и поддразнивая, узнавая друг друга на более глубоком уровне. Только когда начинает всходить солнце, мы, наконец, погружаемся в сон, и с Ларой в моих объятиях я чувствую, что нашел вторую половину себя.

Глава 39

ЛАРА

После душа я стою в своей ванной, глядя на свое отражение в зеркале.

Я изо всех сил пытаюсь увидеть горничную, которой была раньше. Мои волосы стали здоровее, а с прибавленным весом мои формы округлились, что делает меня похожей на женщину, а не на голодающего ребенка.

Прошлой ночью у меня впервые был секс. Хотя это был мой выбор – отдаться Габриэлю, меня поражает, что он выбрал меня.

Он мог заполучить кого угодно, но все равно, он был похоронен глубоко внутри меня.

Он кончил в меня.

Моя кожа горит, когда я вспоминаю интимные моменты, которые мы разделили. Каким горячим он выглядел, когда испытывал оргазм. Каким жестоко привлекательным и сильным он выглядел, когда кончал мне в рот.

В моем животе порхают бабочки от воспоминаний.

Я все еще чувствительна между ног, и это заставляет мои губы изгибаться, потому что я все еще чувствую его внутри себя.

Габриэль любит меня.

Мой взгляд скользит по лицу, и мне интересно, что он видит, когда смотрит на меня.

Я знаю, что не красавица, но Габриэль несколько раз называл меня так.

Я рассматриваю свой нос, скулы и изгиб губ.

— Что ты делаешь? — Внезапно спрашивает Габриэль.

Мои глаза устремляются к нему, мои щеки вспыхивают, потому что меня поймали, когда я пялилась на себя.

— А... ничего.

Одетый в черные брюки-карго и рубашку с длинным рукавом, он выглядит потрясающе красивым. Придвигаясь ближе ко мне, его глаза медленно скользят по моему обнаженному телу.

— Это не было похоже на ничего. — Встретившись со мной взглядом, он бросает на меня острый взгляд. — Я ненавижу, когда ты что-то скрываешь от меня.

Мои плечи опускаются, и, выдыхая, я признаюсь:

— Мне было интересно, что ты видишь, когда смотришь на меня.

Он поднимает руку к моему лицу и проводит пальцем по переносице до кончика носа.

— Милый носик. — Он продолжает водить пальцем по моему подбородку и нижней губе, затем обхватывает мою щеку и наклоняется, так что наши глаза остаются прикованными друг к другу. — Я вижу опьяняющую невинность и завораживающие голубые глаза, которые пленили меня.

Моя грудь наполняется уверенностью, когда его рука опускается к моей груди, его ладонь следует за выпуклостью, прежде чем коснуться моих ребер и талии.

— Твое тело идеально, Лара. Твоя грудь. Твои изгибы. — Его рука скользит у меня между ног, подушечка среднего пальца нежно поглаживает меня.

Дыхание срывается с моих губ, и мое тело инстинктивно наклоняется ближе к его. Поднимая руки, я кладу ладони ему на плечи, наслаждаясь тем, какие они широкие.

Он продолжает массировать меня, затем делает шаг ближе, так что его тело прижимается к моему. Черты его лица приобретают хищный вид, глаза начинают гореть желанием.

— Одного прикосновения достаточно, чтобы возбудить меня. Я хочу трахать тебя, Лара. Пока мы не упадем в обморок от полного изнеможения.

Мое дыхание учащается, когда удовольствие раскрывается глубоко внутри меня.

— Насколько тебе больно? — спрашивает он.

— Немного, — лгу я, зная, что он остановится, если я скажу ему, что все еще чувствительна там, внизу.

Медленно он вводит палец внутрь меня. Я приподнимаюсь на цыпочки и чувствую, как его дыхание овевает мой лоб. Наклоняя голову, я обнимаю его сзади за шею и притягиваю ближе, пока не чувствую его дыхание на своих губах.

Это странная смесь боли и удовольствия. Это только заставляет меня хотеть Габриэля еще больше. С умоляющим выражением лица я шепчу:

— Пожалуйста, трахни меня.

— Иисус, Лара. — Слова грохочут из глубины его груди.

— Пожалуйста, — умоляю я. — На этот раз не сдерживаясь. Я хочу испытать, как ты предпочитаешь заниматься сексом.

Его глаза прикованы к моим, он проверяет меня, сильно вводя в меня палец, а потом замирает. Ощущение острое, но все побои и порка научили меня не показывать боль на лице.

— Пожалуйста, — снова шепчу я, на этот раз касаясь своим ртом его рта. Мой язык высовывается, касаясь его нижней губы, и когда он приоткрывается, я проскальзываю внутрь. Я подражаю тому, как Габриэль целовал меня в прошлом, надеясь, что делаю это правильно.

Опуская правую руку, я провожу ладонью вниз по его груди и прессу, пока не достигаю выпуклости в его штанах. Я начинаю потирать его мужское достоинство, он уже тверд. Мое тело, кажется, вот-вот воспламенится, и мне нужно, чтобы он продолжал ласкать меня.

Я прикусываю зубами его нижнюю губу и сжимаю его твердый член, что, кажется, выводит его из равновесия.

Габриэль начинает расстегивать свой ремень, и когда он расстегивает молнию, по моей коже бегут мурашки. Он позволяет мне вытащить его член, и я начинаю поглаживать его, пока мой рот ищет его.

Он поднимает руку к моему затылку и завладевает поцелуем, наполняя мой рот желанием и доминированием.

Мои пальцы сжимаются вокруг его толстого члена, а большой палец проводит по капле, вытекающей из него.

С рычанием Габриэль хватает меня за бедра и прижимает к своему телу. Он опускает меня на стойку в ванной и встает между моих ног. Подняв руку к моему лицу, он проводит большим пальцем по моей нижней губе, его глаза наполнены таким голодом, что он выглядит жестоким.

И таким, таким грешным.

— Ты уверена, что сможешь справиться со мной?

Меня не волнует, если это причинит такую же боль, как прошлой ночью, я хочу быть связанной с ним.

— Да.

Такая боль хороша, и она не похожа на ту, что я испытывала в прошлом.

Сильные пальцы Габриэля обхватывают его член, и когда он поглаживает себя, у меня от этого вида начинают течь слюнки.

Господи Боже, я действительно сгорю в огне, если он в ближайшее время что-нибудь не предпримет.

Прижимая головку своего члена к моему клитору, он начинает тереть меня. Удовольствие сжимает мою сердцевину, только создавая потребность в большем.

Он продолжает дразнить меня, пока мой живот не превращается в тугой шар, а мои бедра начинают извиваться, когда я пытаюсь создать большее трение.

— Умоляй меня трахнуть тебя, Ödülüm , — требует он напряженным голосом, как будто ему требуется весь его самоконтроль, чтобы не врезаться в меня.