Плененная грешником (ЛП) - Херд Мишель - Страница 24

Он обхватывает меня руками и крепко сжимает, пока я пытаюсь дышать.

— Мы справимся с этим.

Нет, я не справлюсь с этим.

Жизнь без Розали немыслима.

Кто бы мог подумать, что девушка с мягкими карими глазами станет моим концом?

Я вел войны и убивал сотни людей, и все, что потребовалось, – это женщина, которая поставила меня на колени.

Глава 19

РОЗАЛИ

Первые три дня в Нью-Йорке я жила в отеле, пока не нашла квартиру-студию над сицилийским рестораном. Она в старом районе, где я раньше жила со своей семьей, и это также не сильно ударит по деньгам, которые дал мне Виктор. Благодаря низкой арендной плате я смогу растянуть средства на восемь месяцев.

Не стану лгать. Я безумно напугана, что впервые в жизни осталась одна.

По крайней мере, тебя окружает сицилийская община. Тебе просто нужно время, чтобы приспособиться.

Я приехала в Нью-Йорк, потому что это последнее место, где я чувствовала себя как дома. Здесь я провела большую часть своей жизни до того, как умер мой отец, и мы начали переезжать из города в город.

Но я больше не чувствую себя здесь как дома, потому что у меня здесь нет семьи. Возвращение сюда только усилило горе, потому что я вижу знакомые места, куда ходила с семьей. Особенно Центральный парк, где по воскресеньям я гуляла с дедушкой. Он рассказывал мне истории из своей молодости, и мы легко проводили в парке по два часа.

Дом, в котором мы раньше жили, обветшал, и все цветы, которые я посадила, исчезли. Раньше во дворе перед домом росло большое дерево, на котором мой папа и дядя Рикко построили мне домик, но его тоже больше нет.

Я так много потеряла с тех пор, как уехала из Нью-Йорка. Глупо было думать, что после моего возвращения все волшебным образом наладится.

После бесполезных поисков работы в течение всего дня, я возвращаюсь в свою квартиру. Она была уже обставлена, когда я подписывала договор аренды. Это, по крайней мере, радует, и она меня вполне устраивает, пока я не смогу позволить себе что-то получше.

Я закрываю за собой входную дверь и запираю три засова, на установку которых у меня ушло несколько часов. Плюхнувшись на диван, я скидываю кроссовки и устало вздыхаю.

Я сижу всего несколько минут, прежде чем на меня обрушивается сильная душевная боль, и я разражаюсь слезами. Лежа на диване, я сворачиваюсь в комочек и пытаюсь справиться с нахлынувшей волной боли.

Я скучаю по играм с Луной и по тому, как она спит рядом со мной.

Я скучаю по тому, как Виктор приходит домой и уговаривает меня поужинать вместе с ним. Я скучаю по его запаху, по тому, как он ходит, по напряженному взгляду его глаз и по его сильным рукам.

Боже, я так по ним скучаю.

Шмыгая носом, я проглатываю слезы и достаю из кармана телефон, который дал мне Виктор. Я открываю приложение Messenger, и когда вижу, что Виктор все еще не прочитал сообщение, которое я отправила, чтобы сообщить о своем благополучном прибытии, мое сердце разрывается еще сильнее.

А чего ты ожидала, Розали? Ты сказала мужчине отпустить тебя, и он именно это и делает.

Однако я не думала, что это будет так сложно. Простое сообщение от него со словом ‘хорошо’ или даже эмодзи с поднятым большим пальцем заставили бы меня почувствовать себя лучше.

Боже, четыре дня, и ты уже распадаешься на части. Ты хотела этого, так смирись с этим и начни разбираться со своими эмоциями.

Встав, я готовлю себе чашку кофе, прежде чем сесть за кухонный стол. Я придвигаю блокнот поближе и просматриваю список плюсов и минусов, который я составила по поводу своих чувств к Виктору.

К минусам я отнесла участие Виктора в убийстве моей семьи, мое похищение, то, что он глава Братвы и убивает много людей.

Что касается плюсов, то их можно перечислять бесконечно. Он никогда не был жесток со мной. Он обеспечивал меня всем, в чем я нуждалась, и никогда ничего не ожидал взамен. Он не навязывал мне себя. Он был добрым и заботливым. Он подарил мне щенка.

Это глупо.

Как только я найду работу, я обращусь к психологу, чтобы он помог мне выяснить, реально ли то, что я чувствую к Виктору.

Это определенно кажется реальным.

Вздыхая, я бросаю взгляд на свой багаж, который мне все еще нужно распаковать. Я захватила только пару книг. Виктор пришлет остальное с Луной, как только я буду готова.

Найди работу, чтобы Луна могла присоединиться к тебе в Нью-Йорке. Благодаря ей все станет лучше.

Я снова достаю свой телефон, открываю Google и ищу вакансии. У меня нет никакого опыта, поэтому все очень сложно.

Может быть, тебе стоит изучить какой-нибудь короткий курс, который поможет тебе найти работу?

Я ищу курсы и вижу пару курсов по индустрии красоты, отчего у меня поднимается бровь.

Я могу этим заняться.

Я звоню в школу, которая предлагает курс, и когда леди говорит мне, что следующий курс начинается послезавтра, волнение захлестывает мою грудь.

Завершая разговор, на моих губах появляется улыбка. Курс – это начало правильного пути.

С чувством надежды я встаю и начинаю распаковывать свой багаж. Шкаф намного меньше, чем я привыкла, поэтому я выбираю самую практичную одежду, а остальное оставляю в сумках.

Стук во входную дверь заставляет меня вскинуть голову, а сердце бешено колотиться в груди.

Не надейся. Вероятно, это домовладелец.

Не желая открывать дверь кому попало, я спрашиваю:

— Кто там?

— Алисса.

Мои губы приоткрываются в судорожном вздохе, а глаза расширяются от удивления. Я быстро отпираю дверь и распахиваю ее.

— О. Мой. Бог.

— Сюрприз, — говорит она с милой улыбкой, которую я помню. — Миссис Карузо сказала мне, что ты вернулась и снимаешь квартиру над ее рестораном, поэтому я сразу примчалась.

— Как давно мы не виделись, — кричу я, бросаясь вперед, чтобы обнять девушку, которая была моим единственным другом. — Боже, я скучала по тебе.

Ее руки обвиваются вокруг меня.

— Я тоже скучала по тебе.

Мы долго обнимаем друг друга, прежде чем я отпускаю и приглашаю ее внутрь.

— Расскажи мне все, что я пропустила, — говорит она, садясь на диван.

— Есть о чем рассказать, — смеюсь я. — Не хочешь кофе?

— Пожалуйста. — Она оглядывает крошечную квартирку, затем наклоняет голову. — Я должна спросить, почему ты здесь живешь?

— Эта квартира приемлема по цене.

Ее лоб хмурится.

— Но твоя семья богата. — Она дарит мне успокаивающую улыбку.

Отец Алиссы – один из глав Коза Ностры, поэтому она знает, к какому образу жизни я привыкла, ведь мы с ней из одного мира.

Помешивая теплую жидкость, я качаю головой.

— Больше нет.

Я передаю чашку Алиссе и сажусь рядом с ней.

— Что ты имеешь в виду, больше нет?

Я глубоко вдыхаю и поднимаю глаза на девочку, с которой раньше делилась всеми своими секретами. Нет, она больше не девочка. Алисса выросла в красивую женщину. Ее волосы больше не струятся по спине, а уложены в милую пикси-стрижку.

Шрам на ее подбородке потускнел. Она получила его, когда выпала из домика на дереве.

Она изменилась во многих отношениях, но все еще выглядит так же.

Подумав, что отец должен был рассказать ей о том, что случилось с моей семьей, я спрашиваю:

— Ты слышала о нападении на нас в Канаде? Верно?

Она снова хмурится, ее глаза расширяются.

— Нет. Какое нападение?

— Твой отец тебе не сказал? Я уверена, что он бы услышал.

— Папа никогда мне ничего не рассказывает. Что случилось?

Необходимость поговорить с кем-то обо всем, что мне пришлось пережить, на мгновение овладевает мной. И тут я понимаю, что никогда не говорила об этом. Я все держала в себе.

Однако момент проходит, потому что я не готова говорить о своей травме. Кроме того, я не видела Алиссу несколько лет, и сваливать на нее гору горя и душевной боли так скоро после того, как увидела ее снова, было бы неправильно.