Плененная грешником (ЛП) - Херд Мишель - Страница 43

Прижавшись к моему боку, Розали кивает.

Взгляд дяди Алексея мечется между нами, затем он говорит:

— Разве я не говорил об этом?

— Мы все говорили об этом, — бормочет папа.

— Да, но я сказал это первым.

Мы смотрим, как они спорят, пока идут в столовую. Наклоняясь, я шепчу.

— Они говорят о том, что мы должны быть вместе.

— Я так и поняла, — шепчет Розали. — Они очень напряженные. Я понимаю, откуда это у тебя.

Когда мы направляемся в столовую, Луна следует за нами и ложится рядом со стулом Розали.

— Она не собирается выпускать тебя из виду, — усмехаюсь я, садясь во главе стола, а Розали справа от меня.

Розали наклоняется, чтобы погладить Луну по голове.

— Мамина хорошая девочка.

Когда она выпрямляется, я встречаюсь с ней взглядом и шепчу так, чтобы услышала только она:

— Папина хорошая девочка.

Щеки Розали загораются, и она быстро проверяет, слышали ли папа или дядя Алексей, но они слишком заняты разговором о планируемом отпуске.

— Куда вы собираетесь в этом году? — Я спрашиваю.

— Бали, — отвечает дядя Алексей. — Сейчас очередь выбирать женщинам.

К моему удивлению, Розали говорит:

— Фотографии, на которых я видела Бали, прекрасны.

Как раз в этот момент мама и тетя Изабелла приносят еду.

Мама улыбается нам:

— Вы могли бы поехать с нами? — Ее взгляд останавливается на мне. — Ты не брал отпуск с тех пор, как возглавил Братву.

Я бросаю взгляд на Розали.

— Что ты думаешь?

— Я? — задыхается она. — Почему я?

Я наклоняю голову, уголок моего рта приподнимается.

— Потому что мы поедем в отпуск. У тебя тоже есть право голоса.

Ее глаза расширяются.

— На Бали? Мы? В этом году?

Все начинают смеяться, что заставляет Розали краснеть сильнее.

Поднимая руку, я провожу костяшками пальцев по ее щеке.

— Ты хочешь поехать в отпуск с моими родителями?

— Ах... — Розали оглядывает стол, прежде чем снова посмотреть на меня. — Решай ты.

Переключив свое внимание на родителей, я говорю:

— Дайте нам немного времени подумать об этом.

Когда все рассаживаются и мы наслаждаемся маминым тушеным мясом, беседа течет легко, и Розали, кажется, расслабляется.

Это первый раз, когда мы делаем что-то вместе, как пара.

Мне это нравится.

Глава 34

РОЗАЛИ

Просыпаться, прижавшись спиной к твердой груди Виктора и его руками, обнимающими меня, все еще нереально.

Прошло уже две недели с тех пор, как я столкнулась с Коза Нострой. Синяки на моем лице зажили, но я все еще работаю над теми, что в моем сердце.

Изменилась одна большая вещь: мне разрешено выходить на улицу, если я беру с собой Джозефа и его команду, чтобы они меня охраняли. Не то чтобы я часто выходила на улицу, но знание того, что я могу это делать, многое меняет.

Я возобновила игры с Луной и чтение своей коллекции книг в течение дня, а также начала помогать по дому.

Правда, готовить я не умею, так что этим по-прежнему занимается Виктор, а по вечерам мы обнимаемся перед телевизором. Мы никогда не досматриваем фильм до конца, потому что в конце всегда целуемся, что приводит к жарким моментам.

— Доброе утро, — ворчит Виктор мне в волосы.

— Доброе утро. — Я поворачиваюсь к нему лицом, сонно улыбаясь.

— Третью ночь подряд не снятся кошмары, — бормочет он в полудреме.

— Еще одна победа. — Поднимая левую руку, я провожу пальцами по его растрепанным волосам. — Это несправедливо, что утром ты выглядишь так сексуально.

— Говорит спящая красавица в моих объятиях. — Он наклоняется, запечатлевая нежный поцелуй на моих губах, затем жалуется. — Я не хочу вставать. Позвони Луке и скажи ему, что ты держишь меня в плену и планируешь заниматься со мной своими нечестивыми делами весь день напролет.

— Как будто он мне поверит, — усмехаюсь я.

Виктор смотрит на меня умоляющим взглядом.

— Пожалуйста.

Качая головой, я потакаю ему ради удовольствия.

— Хорошо. Дай мне свой телефон.

Он передает его с озорной ухмылкой на лице. Я нажимаю на номер и жду звонка, пока Виктор целует мое плечо.

— Тебе лучше быть в пути, — отвечает Лука угрожающим тоном.

Виктор срывает одеяло с моего тела и стягивает с меня шорты.

— А ... это Розали. — Я хмуро смотрю на Виктора, качая головой. — Я держу Виктора в плену на сегодня.

Мужчина помещает свое лицо между моих бедер и начинает сосать меня так сильно, что я почти пищу.

О, Господи.

Лука издает веселый смешок, и его тон становится намного мягче, когда он говорит:

— Скажи ему, хорошая попытка, но, черт возьми, нет. Я приду и вытащу его задницу из этого дома.

— Угу, — бормочу я, мое тело быстро охвачено пламенем, когда язык Виктора творит волшебство с моим клитором.

О, Боже.

— Пока. — Я почти стону это проклятое слово, затем изо всех сил пытаюсь закончить разговор, бросаю телефон на кровать и хватаюсь за растрепанные волосы Виктора. — Черт. Черт. Черт. Виктор, — я задыхаюсь и стону, мои бедра дико дергаются, чтобы потереться о его острые зубы и бархатистый язык.

Я зажмуриваю глаза, пальцы на ногах начинают подгибаться, и когда мое тело напрягается, отчаянно требуя освобождения, Виктор вводит в меня два пальца и толкается резко и быстро. Моя спина выгибается, каждый мускул в моем теле напрягается, затем оргазм обрушивается чертовски сильно, вырывая из меня крики экстаза.

Я снова начинаю выгибать бедра, мое наслаждение покрывает язык Виктора, а затем я падаю на кровать, задыхаясь.

Когда удовольствие проходит, и я расслабляюсь на матрасе, Виктор ползет вверх по моему телу, ухмыляясь от уха до уха.

— Спасибо за завтрак, моя маленькая Роза.

— Э-э... — Я разражаюсь взрывом смеха. — Я почти уверена, что должна благодарить тебя.

— О, ты поблагодаришь, — грохочет его голос, когда он оказывается возле моей груди. Он упирается рукой в стену у изголовья кровати, одновременно спуская спортивные штаны, чтобы освободить свой твердый член. — Откройся для меня.

Мои губы приоткрываются, и когда он проникает в мой рот, соленый вкус его предэякулята попадает на мой язык. Я сосу его так сильно, что мои щеки болят.

Виктор откидывает голову назад, издавая стон, затем он начинает входить глубже.

— Иисус. Вот так, моя маленькая Роза. Расслабь горло и дыши через нос.

Я делаю, как он говорит, и когда его большой член проникает в мое горло, я задыхаюсь, но мне удается принять его. Его глаза прикованы к моему лицу с такой страстью, что мне кажется, будто вся власть принадлежит мне.

— Блять, — ворчит он. — Не подавляй рвотный позыв. Это чертовски потрясающее чувство, когда твое горло пытается вытолкнуть меня.

Виктор ускоряет темп, и из-за рвотных позывов слезы текут из моих глаз. Я быстро моргаю, чтобы мое зрение не затуманилось, потому что я не хочу пропустить ни секунды вида его лица, застывшего в чистом экстазе.

Я поднимаю левую руку вверх, и моя ладонь впитывает ощущение его пресса, сокращающегося с каждым толчком.

— Блять, Розали, — стонет он. — Продолжай брать меня, детка. Блять. — Он погружается так глубоко, как только может выдержать мое горло, а затем сильно кончает.

Я пытаюсь сосредоточиться на дыхании через нос во время глотания, но когда я начинаю сопротивляться, Виктор быстро вытаскивает и сжимает свой член в кулаке, его сперма струится по моему подбородку и шее.

— Блять, — шипит он, экстаз на его лице делает его зверски привлекательным. Его глаза фиксируются на моем подбородке, затем медленная ухмылка искривляет его рот. — Ты выглядишь такой чертовски горячей с моей спермой на лице.

Чтобы доставить ему удовольствие, я медленно провожу пальцем по подбородку и засовываю его в рот, высасывая с него сперму.

— Работа, блять, подождет, — говорит он низким и глубоким голосом, обещая мне целый день удовольствия между простынями.