Земля. Реалити-шоу, в котором за тебя уже все решили - Морено Элой - Страница 49

В компании вздохнули с облегчением, увидев, что все возвращается на круги своя: деньги снова начали поступать. Для списка еХо нужны огромные суммы. Иногда они думают, что даже слишком.

К счастью, этот ребенок помог привлечь бренды, которые захотели оплатить рекламу своих детских товаров. А потом на смену им придут компании по изготовлению одежды, игрушек, колясок… Ведь ребенок будет взрослеть.

Маркетинговая команда уже подготовила проект нового конкурса, который принесет им еще больше дохода. В нем примут участие миллионы людей, а, значит, организаторы получат еще больше долларов.

Была только одна маленькая проблема, которая омрачала спокойную радость последних нескольких дней. Человек, живущий в доме на севере Исландии, собирался сотворить нечто безумное. К счастью, его вовремя остановили. Им удалось перехватить посылку как раз в тот момент, когда самолет компании-перевозчика должен был вылететь из страны. Внутри было письмо с фотографией, которая могла разрушить абсолютно все, что они построили. Если бы это изображение дошло до адресата, дело многих лет жизни могло бы закончиться за несколько секунд.

– Мы должны что-то сделать, – говорит Дмитрий своему партнеру, – сейчас мы были просто на волоске, но в следующий раз…

– Следующего раза не будет, уверяю тебя, – отвечает самый богатый человек в мире. – Пусть свяжутся с ним и скажут, что завтра он должен приехать.

– Сюда?

– Да, сюда. Пусть оденется так, чтобы его никто не мог узнать. Пусть хоть в пижаме явится или как ему заблагорассудится, но он должен приехать.

Под дождем и сильным ветром мы продолжали ехать в сторону Рейкьявика. Было еще очень рано, но, несмотря на утренние часы, там было светло как днем, казалось, ночь так и не начиналась.

Звучала песня Nica Libres At Dusk Бена Ховарда.

– Знаешь, есть интересная поговорка об исландской погоде, – сказал мой брат, улыбаясь. – Если тебе не нравится погода, подожди несколько минут.

Я улыбнулась ему в ответ, глядя на светлое ночное небо.

Мы приближались к Рейкьявику.

– Где ты договорился встретиться со своим другом? – спросила я его.

– Нет, он не в Рейкьявике, мы встретимся с ним чуть позже. Я просто хотел воспользоваться тем, что еще рано, и показать тебе одно особенное место.

Мы проехали столицу и продолжили движение по дороге, на которой становилось все меньше и меньше машин. Плотность населения вокруг тоже начала уменьшаться – едва можно было разглядеть несколько домов, виднеющихся вдалеке.

– Некоторые из тех домов, которые ты сейчас видишь, являются не просто фермами, а конными фермами.

– Конными?

– Да, на них содержат особую породу лошадей – исландскую. Она обладает каким-то уникальным набором качеств. Для того чтобы сохранить чистоту своей породы, лошадь никогда не должна покидать пределы острова, иначе она уже никогда не сможет на него вернуться.

Мы съехали с главной дороги и повернули в сторону места, которое, согласно указателям, называлось Тингведлир. По пути нам не встретилось практически ни одного автомобиля.

Несколько минут спустя нашему взору открылось большое озеро.

– Как же тут красиво… – прошептала я.

– Это самое большое озеро в Исландии.

Обогнув это небесное зеркало за несколько минут, мы подъехали к автостоянке, где нас поджидало гротескное зрелище: за стеной из выстроившихся в ряд автобусов было невозможно даже рассмотреть пейзаж. Отстояв несколько минут в очереди, мы смогли выбраться из этого хаоса и припарковаться на обочине.

– Сколько же здесь людей! Это всегда так? – удивленно спросила я.

– Раньше такого не было, – ответил брат мне с грустью на лице. – Много лет назад, когда я впервые попал сюда, здесь, конечно же, были туристы, но другого типа. Они приезжали, чтобы сделать фотографии, погулять по этим местам, слиться с природой. Эти люди знали, что попали в особое место, к которому нужно относиться с трепетом и уважением. Сейчас уже все не так.

– Где мы вообще? – спросила я, пробираясь сквозь муравейник людей.

– В долине Тингведлир. Говорят, что это открытая рана, из которой и появилась на свет Исландия. Именно здесь произошел тектонический разлом материковых плит Северной Америки и Евразии. Мы дойдем до одного из таких разломов – это что-то уникальное! Но есть и другой повод, помимо геологии, почему я привез тебя сюда.

Мы отошли в сторону от туристического центра и начали спускаться по тропинке, петляющей между двумя скалами.

– Прямо сейчас мы проходим мимо того места, где разделяются два континента, – сказал мне мой брат, пока мы обгоняли очередную толпу людей.

Через несколько метров Алан взял меня за руку, и мы свернули с дороги. Несмотря на прошедшие годы, в которых были боль, упреки и отсутствие общения, я почувствовала ту же теплоту прикосновения, что и в детстве. Я сжала его ладонь.

Мы подошли к небольшому проходу, ведущему к нескольким рядам деревянных трибун. Там стояла высокая мачта с флагом Исландии. Люди поднимались, спускались и прыгали со всех сторон.

– Говорят, что викинги основали здесь самый первый парламент в мире. Представители различных кланов, населявших остров, собирались здесь раз в год летом, чтобы обсудить множество вопросов: принимались законы, проводились суды, а также заключались браки и союзы между кланами. Говорят, что эхо, отражающееся от скал, позволяло тем, кто говорил, донести слова до всех присутствующих.

Не было никаких построек, зданий или чего-то подобного. Люди просто приезжали со всего острова и садились вокруг того, что называли Скалой закона. Решение, принятое парламентом, должно было обязательно соблюдаться всеми. Фактически именно тут в 1944 году была провозглашена независимость острова. Здесь кипела жизнь и торговля не только из-за этого события, но и потому, что это было единственное место, где лучше всего можно было узнать, что происходит в остальных частях острова.

– Откуда ты столько знаешь об этом? – спросила я, снова испытывая сестринскую гордость.

– Ну, отчасти из любопытства, а отчасти потому, что об этом много говорили, когда изучали основные законы разных государств и составляли конституцию для Марса. По сути, она в значительной мере была основана на законодательстве Исландии.

Какое-то время мы молчали, в отличие от окружающих нас людей. Двое туристов не переставали кричать, только что бросив на землю два пустых пакета из-под чипсов, чей-то ребенок крутился на флагштоке и шумел, двое молодых парней царапали ножом спинку одной из трибун…

Я с грустью смотрела на ту чуму, в которую превратилось человечество. И здесь я вспомнила слова, которые однажды сказал мне мой отец: «Люди – это вирус, который однажды уничтожит Землю. Вот кто они такие».

Пользователи с нетерпением ждали, когда компания объявит следующий конкурс. Ровно в 20.00 главный канал компании вывел на экран следующий вопрос: «Как бы вы хотели назвать первого человека, родившегося на Марсе?»

Люди тут же хватаются за свои мобильные устройства и начинают, за отдельную плату, разумеется, голосовать. Такой простой конкурс – выбрать имя для первого человека, родившегося за пределами Земли! И разве можно было придумать что-то более гениальное, чем просто спросить мнение человечества? Поскольку пол ребенка еще не был известен, в конкурсе могло участвовать абсолютно любое имя.

С этого момента каждый человек мог придумать и предложить свой вариант. Не было никаких ограничений и условий, за исключением необходимости заплатить за отправку сообщения несколько долларов.

Всего через пару минут после активации платформы для голосования и обработки поступающих сообщений сразу несколько серверов вышли из строя. Одновременно с ней заблокировались некоторые платежные системы, которые не успевали обрабатывать слишком большой поток поступающих денег.