Любовь поневоле (СИ) - Лошкарева Виктория Витальевна - Страница 17

Наоборот, с каждым днем мне становилось всё страшнее и страшнее – казалось, будто я стою в центре карточного домика, а карты уже начали падать…

Я стала проводить всё время в своей комнате, закрывая дверь на ключ и включая на полную громкость новости – так, что когда в дверь стучали, я делала вид, что не слышу. А во время редких общих трапез внизу отвечала Курьянову так односложно и отстранённо – что у Великого и Ужасного, в конце – концов, закончился весь запал. Теперь, если мы и встречались на кухне, то за мной просто следили серые, со странным черным оттенком, внимательные глаза.

А взгляд – замораживал.

Благо, мы встречались всего пару раз за… четыре – пять дней?

Я перестала считать дни, и совсем не хотела есть.

Зато новости да – смотрела. И слушала.

Изредка перезванивалась с родными и друзьями.

С родителями я предпочитала общаться через сообщения в WhatsApp (не хотела их пугать своим убитым голосом; пару раз звонил брат, один раз – Регина, которая сразу после приветствия начала что – то говорить про маникюр - мол, ладно волосы: цвет я вернула свой родной, секущиеся концы подождут сколько надо, а вот ноготочки надо срочно привести в порядок.

-Регин, всё и так в порядке – я девочка большая. Сама стерла лак, сама подпилила ногти.

-Даша, но ты же не можешь ходить просто с ногтями по дому, когда у тебя… когда ты живёшь не одна. Ты вообще понимаешь, какого уровня человек с тобой живёт??? А ты тут ногти ему демонстрируешь – без нормального ухода. Что он подумает о твоём брате?

-Что у его сестры здоровая кутикула. – На полном серьёзе ответила я.

-Даша!

-Я за нее.

- Ты просто не можешь… Я пришлю к тебе на дом девочку – она тебе такие ноготочки сделает – закачаешься, - Регина томно рассмеялась. – И тогда мы точно кое – кого поймаем этими красивыми пальчиками.

-Регин, не надо.

-Ты не думай, девочка правда хороший мастер. Она раньше в крутом салоне работала, потом забеременела – а парень сбежал. Вот она и мыкается на полставки – когда сестра или мать могут посидеть с мальчишкой.

-Регина, ты совсем дурная! – не сдержавшись, заорала я в трубку. - Я приехала из Китая меньше двух недель назад. Из Китая, понимаешь? Оттуда, где свирепствует новый вирус. А ты предлагаешь девушке с ребенком придти ко мне домой?

- Она оденет маску.

-Наденет, - рявкнула я и бросила трубку.

А на следующий день уже сам Курьянов решил вывести меня из себя. До этого тщательно соблюдавший наше «деловое соглашение», он внезапно «забыл» помыть посуду за обедом. При том, что я в этот день даже не ела – а спустилась около четырех часов вечера сделать себе кофе – первую кружку за целый день.

А кухня… кухня выглядела как после нашествия десяти неопрятных холостяков. Или дюжины?

Ну, если учесть, что в холодильнике всё оставалось в порядке, то всё – таки только десяти.

Не знаю, что там думал о себе Курьянов, но ругаться с ним сил у меня не было – я как раз разговаривала с Агнесс по поводу того, как она заново адаптировалась у себя на родине. Включив разговор на громкую связь, я просто молча принялась за уборку.

-У тебя тоже было такое чувство? – спросила я подругу, убрав хлеб и лаваш в хлебницу. – Как будто выть хочется. Вроде бы ничего страшного не произошло. Ты в безопасности. И родные твои тоже в безопасности. И вроде всё хорошо. А вспомнишь новости – и кажется, что мир и жизнь летит в тартарары. И даже подушка на лицо не помогает – хочется выть, орать, драться.

- А потом вдруг наступает апатия, - хмыкнула Агнесс. – Посттравматический синдром.

Я присела на стул, уронив руки на колени.

-И как ты с этим справляешься?

-Дария, то что мы с тобой пережили– страшно. Я даже врагу бы не пожелала оказаться на нашем месте – одним, в чужой стране во время эпидемии страшного вируса – выкинутыми фактически на улицу. Но… оставь прошлое позади. Я когда домой вернулась – плакала много, как одержимая смотрела новости и мыла руки каждые полчаса. А когда я уже стала носить маску внутри фермы, Генри сказал, что хватит.

-И?

-В результате он устроил для меня ужин … мы напились … ну и дальше тоже особенно себя не ограничили. Так, на минуточку, весь уикенд.

-Эмм…

-И в результате меня отпустило, - засмеялась подружка. – Генри считает, что он привёл мои гормоны в порядок. Знаешь, может он прав? В конце – концов, мы не монашки, Дария. Выпей вина, проведи ночь с горячим парнем – и выкини из головы все мысли о вирусе. Всё перемелется – вот увидишь.

Ага, перемелется – мука будет.

Посмотрев на бардак на столешнице, я тяжело вздохнула.

-Ладно, Агнесс, я поняла.

-Найди себе хорошего парня, Дария! – прощаясь, пропела Агнесс. – И затащи его в койку.

-Найди себе парня, Дария, - передразнила я подружку. Легко ей говорить… Как будто нормальные парни на дороге валяются.

-А подруга – то дело говорит, - закрыв дверцу над моей головой, лениво протянул Курьянов, невесть как оказавшийся на кухне. – Секс – отличный способ скинуть напряжение.

Как – то так вышло, что я оказалась прижата к столешнице Курьяновым: оперившись руками на кухонный гарнитур, он словно поймал меня в капкан.

И при этом улыбался – всё – равно что довольный пойманной добычей кот.

-Дашка, прекращай хандрить, - улыбнулся он, дунув мне на волосы, отчего несколько локонов тут же быстренько выбились из общего порядка. – Хорошеньким молоденьким девушкам не стоит огорчаться по пустякам. Лучше давай воспользуемся этим временем с пользой.

-Это как? – прищурившись, спросила я. – Уточните, пожалуйста.

Нет, дурой я не была – просто рассчитывала на то, что у начальника Андрея хватит воспитания не предлагать…

- Ну, подружка – то твоя совершенно прямо тебе посоветовала, - хмыкнул Великий и Ужасный, наклоняясь к моему лицу.

….воспитания всё же не хватило. А жаль.

Я сумела не только уклониться от чужих губ, но ещё и вывернуться из захвата – просочившись под рукой соблазнителя.

-Знаете что, Михаил Конст…

Странные серые – с черным оттенком глаза – так опасно сверкнули, что я на всякий случай прикусила язык.

-Вы можете пользоваться ситуацией как вам угодно… Кажется, мой брат собирался вызывать вам профессиональную подмогу в этом деле? Я не дам вам осквернять спальню моих родителей, но… у вас же ведь есть временный спортзал?

И даже рукой махнула – мол, идите, даю добро.

Михаил задумчиво посмотрел в сторону окна.

-Мммм…. Нет. Я – экстремал, но не настолько. К тому же, мы всё - равно вынуждены соблюдать карантин полных две недели – так что если ты не проявишь человеколюбие, придётся мне тоже хандрить.

И он с такой укоризной на меня посмотрел, что мне почти стало неловко.

Наверное, этот случай должен был как –то ослабить возникшее напряжение в доме – но стало ещё хуже. Нет, поговорив с Агнесс, я окончательно поняла, что это не норма – это настоящий стресс, который может легко перерасти в затяжную депрессию, а потому стала заставлять себя проявлять активность.

Почти насильно запихивала в себя еду.

Два раза в день «выгуливалась» на участке – просто ходя по кругу под новости из телефона. Заниматься в спортзале мне не хотелось – там постоянно торчал Великий и Ужасный, который продолжал действовать мне на нервы.

А вечером, когда за окном раздавались звуки настоящей весенней грозы, я решила, что пора завязывать со всеми этими психами. В конце – концов, я дома, живая и здоровая…

И родители скоро вернутся – мама обещала, что на майские праздники они точно будут дома.

Так что осталось перетерпеть чуть больше месяца – совсем пустяки, если учесть, как давно я видела своих родителей.

Я решила ненадолго выйти на улицу, подышать свежим, чистым воздухом перед сном.

Настраивала себя на позитивные мысли, прогоняла тревоги… И очень обрадовалась, когда к дому доставили посылку.

Сообщив курьеру, что «мы тут недавно приехали из Китая, поэтому на карантине», я уже приготовилась бежать назад в дом за маской и перчатками. Но парень что – то чёрканул у себя в планшете и поспешил назад к своему фургончику, оставив посылку валяться бесхозной перед калиткой.