Моя родословная (ЛП) - Кин Кей Си - Страница 20

Вчера Рыжая упомянула, что нас сопровождают в лекционные залы, так что мне не нужно беспокоиться о том, чтобы ходить туда на этих каблуках. Хотя это означает, что я должна подчиняться придуркам из "Туз".

Хотя вчерашняя стычка с Оскаром выбила меня из колеи, он действительно горяч, как грех.

Он заставил меня потрогать себя, как только я вернулась в свою комнату. Мне пришлось представить его с закрытым ртом, и я ничего не могла с собой поделать, но мои мысли тоже обратились к парню из спортзала. Между ними я была взвинчена и кончила слишком быстро.

Я могу сказать, что Оскар "мужчина-шлюха", но меня это не смущает. Секс — это просто так, мне не нужны эмоции или переживания. Мне просто нужно удовлетворение, и я могу сказать, что он может дать мне это. Как раз тогда, когда мне здесь будет более комфортно, если это когда-нибудь случится, и мне нужно больше, чем я могу сделать сама.

Быстро просматривая, я проверяю, есть ли у меня все необходимое для сегодняшних занятий. Мне не нужно много для техники или бизнеса, но сегодня днем у меня будет оружие, поэтому я приготовила небольшой дорожный чемодан для своих пистолетов и клинков.

В моем расписании также было небольшое уведомление о том, что нам предоставят место для хранения на каждом занятии, так что в будущем нам не нужно будет брать все с собой. Надеюсь, оружие достаточно надежно защищено, чтобы мне было удобно оставлять свои новые вещи, в противном случае я просто заберу их с собой.

Услышав звонок моего телефона, я понимаю, что горит красный и пора двигаться. Все еще отказываясь пользоваться лифтом, я тащусь вниз по лестнице. Что на таких каблуках оказывается непросто, поскольку я сразу же спотыкаюсь на первых ступеньках.

— Дайте мне кто-то гребаных сил, справиться с этим, — говорю я, пытаясь восстановить равновесие. Моя сумочка и дорожный чемодан только усугубляют ситуацию.

Зайдя в вестибюль, я вижу группу людей, болтающих между собой, — трех девушек и четырех парней. Все развалились на черных кожаных диванах. Среди парней Оскар и придурок из спортзала, а также двое других, которых я раньше не видела.

Черт возьми, быть сексуальным — это обязательное условие для посещения этой академии?

Остальные девушки с Романом, должно быть, это его марионетки, и я не в настроении иметь с ними дело.

У меня есть свободный путь прямо к выходу, где я вижу Рыжую, ожидающую по другую сторону стеклянных дверей. Я надеваю авиаторы, выпрямляю спину и прохожу туда так, словно это дерьмо принадлежит мне, с сумочкой на плече и чемоданом за спиной.

Мои каблуки стучат по мраморному полу, и все разговоры прекращаются. Я чувствую на себе их взгляды, но не чувствую, чтобы кто-то двигался. Я продолжаю идти, не сбиваясь с ритма. Я как раз прохожу мимо них, когда слышу, что их разговор возобновляется.

— Гребаная сука, — говорит девушка, хотя это не Рен.

— Она могла бы быть моей сучкой, когда захочет.

Это говорит Оскар, и я слышу звук удара, как будто кто-то только что ударил его по голове.

— Ты получишь по заслугам, шлюха, просто подожди, — кричит Рен.

Я не отвечаю, но не могу удержаться и показываю ей средний палец свободной рукой над головой. Я не слышу никакого ответа, потому что я уже на улице, иду к Рыжей.

— Эй, Луна, ты готова? — спрашивает она, нервно потирая руки.

— Так, как я когда-либо смогла бы, я полагаю, а ты?

Она пожимает плечами, но потом вспоминает, что я сказала вчера.

— Ты должна притворяться, пока не посинеешь, всегда буть уверенной, поняла?

С этими словами она выпрямляется, расправляет плечи и переводит дыхание. Смотрит на меня в поисках подтверждения, а я просто улыбаюсь ей.

— Ты готова к тому, что будет позже? — спрашиваю я.

Мы сравнили расписания, и у нас нет свободных периодов в одно и то же время. Поэтому мы договорились тренироваться по вторникам, пятницам и воскресеньям. Я по-прежнему буду тренироваться каждый день, но для Рыжей это было бы слишком, и как бы сильно ей ни хотелось наверстать упущенное, я не хочу давить на нее слишком сильно, слишком быстро.

Она улыбается: — Да, у меня как раз свободное время, так что я возьму кофе, просто дай мне знать, когда освободишься.

Я киваю, и она продолжает: — Ты хочешь сесть в машину и надеяться, что Рен не будет вторым пассажиром? — я морщусь, но киваю в знак согласия.

Я хотела бы запрыгнуть с ней во внедорожник, но каждый квартал мы должны проезжать вместе, не смешиваясь. Я вижу, что в квартале Джокера есть два автобуса, и чем выше по цепочке вы поднимаетесь, тем меньше и удобнее транспортное средство. Рыжая садится в черный внедорожник с тремя другими студентами, а я беру машину с водителем и еще одним пассажиром, и, учитывая, что нас в Тузе шестеро, у меня нет шансов поехать одной.

Подходя к первой машине, я замечаю, что это "Rolls Royce", какая нелепость. Я имею в виду, что это чертовски красиво, и бензиновая наркоманка во мне возбуждена, но в этом совершенно нет необходимости.

Хотя внутри я просто фанатею, я знаю, что у этой малышки двигатель V12 с двойным турбонаддувом, разгоняющийся до 100 километров в час за 5,3 секунды, и планки на этой штуке, черт возьми. Чувак, мне нужно посмотреть, что внутри. Подойдя к багажнику, водитель открывает его, обнаруживая два отдельных запертых отделения, и протягивает мне висячий замок и ключ.

Открыв левое отделение, я вижу, что там достаточно места, очевидно, для моего оружия или чего-то еще, что я считаю достаточно важным, чтобы держать его под замком. Я ставлю чемодан внутрь и запираю его, решив оставить свою огромную сумку с остальными вещами при себе.

Кивая водителю, он обходит меня и открывает дверь, чтобы я села. Я не могу не спросить.

— Как тебя зовут?

Он выглядит слегка удивленным тем фактом, что я с ним разговариваю.

— Йен, Йен Портер, мэм, — отвечает он.

— Спасибо тебе, Йен, — говорю я с легкой улыбкой.

Раф воспитал меня в хороших манерах и уважении, несмотря ни на что, и самый большой секрет того, как оказаться на вершине, — подружиться с теми, кого считают — ничтожествами. Именно там вы иногда можете найти свою самую сильную преданность.

Йен просто улыбается в ответ.

Я сажусь, и боже, до чего же это красиво. Полностью черный кожаный салон, панели для обеспечения конфиденциальности на месте и встроенные мониторы на передних сиденьях. У меня есть мягкая подставка для ног, а в открывающимся подлокотнике, бутылки с водой ждут своего часа. Это моя роскошь. Я готова к тому, что мы начнем двигаться, чтобы почувствовать, насколько плавно едет машина.

Я достаю свой телефон, ожидая, когда тот, кому выпадет короткая соломинка, присоединится ко мне, чтобы мы могли двигаться дальше. Просматривая мои сообщения, я вижу, что Раф отправил еще несколько этим утром, явно расстроенный тем фактом, что я до сих пор не ответила.

Раф: Привет, Луна, я знаю, ты сейчас злишься, но, пожалуйста, сделай мне перерыв на пять секунд и дай знать, что с тобой все в порядке. Я знаю это место, этих людей, и какая бы ты ни была сильная, я волнуюсь.

Вздохнув, я смягчаюсь и даю краткий ответ.

Луна: Я в порядке.

Через несколько секунд мой телефон снова начинает жужжать.

Раф: О, слава богу. Я рад, что с тобой все в порядке. Постарайся насладиться своим первым днем, я помогу, что смогу, клянусь. Если я тебе вообще понадоблюсь, я здесь.

Раф: P.S Я договорился, что Дот будет отправлен тебе. Должен быть там в пятницу. Я уточню ближе к назначенному времени.

Дот? О боже, сейчас я бы ничего так не хотела, как свой мотоцикл. Мысль о свободе, о ветре, кружащемся вокруг меня, заставляет мое сердце учащенно биться. Мы можем покидать кампус на выходные, и перспектива прокатиться на нем меня возбуждает. К черту все остальное дерьмо, я сосредоточена на том, чтобы дождаться моего ребенка здесь. Я уверена, Томас сказал, что в "Туз" есть гараж, когда провожал меня в мою комнату, я проверю, когда вернусь.