Моя родословная (ЛП) - Кин Кей Си - Страница 54

— Мне кажется, я только что кончил в штаны, — выдыхает Оскар.

Замешательство на моем лице заставляет его указать на меня, но он не раскрывает рта.

Гребаные идиоты, по-видимому, сейчас даже не могут поддержать беседу, поэтому я вальсирую на кухню и беру воду, я не хочу терять бдительность из-за стольких угроз сегодня вечером. Чьи то пальцы гладят мою спину, привлекая мое внимание, Кай смотрит на меня так, словно я сотворила рай или что-то в этом роде.

— Ты выглядишь по-настоящему прекрасно, Сакура, никакие слова не смогут передать твою красоту, — бормочет он.

Играя с его галстуком-бабочкой, я улыбаюсь ему в знак благодарности за комплимент.

— Ты выглядишь очень привлекательно, Кай, тебе идет галстук-бабочка, — шепчу я.

В нашем собственном замкнутом пространстве, подобном этому, я могла бы смотреть в его глаза вечно. На каблуках я могу легко прикоснуться своими губами к его губам, поэтому я не отказываю себе в этой связи. Мы легко теряем себя, и ласки его пальцев вдоль моего позвоночника электризуют. Прежде чем мы успеваем зайти слишком далеко, он слегка отстраняется.

— Черт, Сакура, — бормочет он, он только что выругался?

— Что это значит, Сакура?

Наконец-то решаюсь спросить, о том почему он называет меня так с самого начала.

— Я вырос в Америке, мой отец американец, а мать наполовину японка, наполовину датчанка. Она научила меня, что каждое слово в японском языке прекрасно, но цветы сакуры — это просто нечто другое. Они такого же уровня красоты, как и ты.

Я таю от его слов, из такого маленького предложения я узнала то, чего никогда не знала, в то время как он просто делал мне комплименты. На этот раз я целую его легко, пока его пальцы продолжают выводить узоры на моей коже.

— Перестань приставать к ней Кай, — ворчит Роман, передвигаясь к нам. Заставляя Кая отступить назад, предлагая свое место Роману.

Прежде чем я успеваю оплакать потерю контакта, Роман предлагает мне другое прикосновение, которого я жажду не меньше.

— Ты самая красивая принцесса, которую я когда-либо видел, — говорит он, одновременно обхватывая мое лицо и бедро. Медленно провожу руками по его рубашке спереди, я изучаю его.

— Думаю, ты сойдешь, — говорю я с улыбкой, которую он возвращает, прежде чем соединить наши губы. Нет проблем с тем, что я только что прикасалась к кому-то другому. Страсть другая, но она зажигает меня точно так же.

— Отстаньте от нее, машины здесь, и я не собираюсь переделывать ее макияж, — кричит Рыжая из гостиной.

Потребность в глазах Романа необузданна, что заставляет меня усомниться в том, что мяч того стоит. Кажется, так и должно быть, когда он отступает назад, предлагая мне свой локоть.

Заходя в гостиную, все готовы выйти. Паркер отталкивает Романа с дороги и берет меня за руку, в то время как Оскар встает с другой стороны. Я думаю, все немного удивлены силой Паркера, но здесь чертовски жарко, а Роман даже не ворчит. Я бы хотела узнать больше о том, что между ними, но сейчас не время.

Оскар и Паркер оба наклоняются, нежно целуя меня в щеку, шепча мне на ухо сладкие комплименты. Боже, они точно знают, как выразить себя, как только поднимут свои челюсти с пола.

Быстрая поездка на лифте, и мы выходим на улицу к ожидающему лимузину, что застает меня врасплох. Я думала, мы просто добираемся как обычно. Я смотрю на остальных, и именно Оскар отвечает на вопрос в моих глазах.

— Мы не хотели ссориться из-за того, кто поедет с тобой, и мы не хотели оставлять тебя с Джесс в машине одних, поэтому мы пошли на компромисс в отношении лимузина.

Качая головой на их выходки, мы забираемся внутрь, и я сажусь рядом с Рыжей.

— Ты выглядишь великолепно, не слушай ничего из того дерьма, которое нес Оскар, я на самом деле думаю, что он тебя защищает, — шепчу я.

— Я знаю, не волнуйся. Кто знал, что он на это способен, а? — хихикает она, когда мы забираемся внутрь.

Когда мы подъезжаем к главному зданию, я поражаюсь тому, как красиво оно выглядит: маленькие огоньки и красная ковровая дорожка у входа — это именно то, чего можно было ожидать от этого места.

Паркер помогает мне выйти из лимузина и идет впереди с Романом, в то время как Кай и Оскар прикрывают тыл позади меня и Рыжей.

— Боже, они как телохранители. Раньше парни не подходили ко мне, потому что я была никем, а теперь, когда меня видят с этими парнями, я недосягаема. Я не могу победить, — ворчит она.

— Рыжая, ты прекрасна, и если какой-то парень не готов постоять за тебя, несмотря ни на что, то он в любом случае не стоит твоего времени, — говорю я, как будто я королева советов. Да, точно.

Войдя в Главный зал, я удивлена пространством, из которого убрали всю мебель. Повсюду толпятся люди, ожидающие, когда опустят веревку и их отведут наверх. Оглядываясь по сторонам, я замечаю всех остальных. Я чувствую, что глаза людей смотрят на меня в ответ, но я не поддерживаю зрительный контакт. Хотя я натягиваю на лицо полуулыбку, чтобы выглядеть доступной.

Это была моя новая тактика — не делать спокойного сучьего лица. Если я собираюсь доказать этим людям, что я не слаба и не собираюсь терпеть их дерьмо, тогда мне нужно показать, что я лидер среди людей. Для этого мне нужно, чтобы я нравилась людям.

Чувствуя руку на своем бедре, я знаю, что это Оскар, его большой палец не в силах удержаться от поглаживания моей кожи.

— Детка, меня еще никогда в жизни не заводила чья-то спина, но я просто не могу оторвать от тебя рук, — шепчет он мне на ухо, отчего по моей спине пробегают мурашки.

Срань господня, хорошо, что это платье было с подкладкой, потому что я, скорее всего, выколола бы кому-нибудь глаз тем, какие у меня твердые соски. Им не нравится, что моя обнаженная кожа привлекает всеобщее внимание.

Я смотрю на него через плечо, наслаждаясь его вниманием. В комнате, полной людей, кто я, черт возьми, такая?

— Не смотри на меня так сексуально-застенчиво, детка. Я и так достаточно борюсь, и я тоже чувствую, как Роман метает в меня кинжалы.

Я не могу удержаться от улыбки, глядя на него, он пытается быть серьезным, но он всегда заставляет меня улыбаться. Кажется, он действительно послушался, когда я сказала ему заткнуть свой длинный рот. Прежде чем он успевает что-то сказать, раздается звонок, привлекающий всеобщее внимание.

— Добрый вечер, дамы и джентльмены, для меня большая честь пригласить вас на осенний бал Академии Фезерстоун в этом году. Если вы будете так любезны следовать за мной, мы можем начинать. — какой-то парень, которого я никогда раньше не видела, объявляет об этом в комнате и бросает веревку.

Все начинают толкаться, как на гонке, но это платье создано не для этого. Я доберусь туда, когда доберусь. Рыжая хватает меня и парней, которые окружают нас, когда мы пробираемся в хвосте толпы вверх по лестнице.

Бальный зал великолепен. Много места занимают большие столы с золотистыми атласными скатертями и крупными украшениями в цветочек по центру. Все стулья винтажные, грязно-белого цвета, а люстры из черного кованого железа, что на удивление стильно смотрится. Я в основном нервничаю из-за такого количества столовых приборов и стаканов на столах. Сцена и танцпол занимают центр зала, в то время как по краям расставлено несколько стендов с напитками.

Я с удивлением обнаруживаю, что за двумя столами сидят учителя, а за другим — люди, которых я здесь раньше не видела.

— Дерьмо, — ворчит Роман. Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть, в чем проблема, но он слишком сосредоточен на Паркере.

Что происходит? Что не так с Паркером?

Затем Кай наклоняется и шепчет мне на ухо.

— Кольцо здесь.

Кольцо? Типо элита Физерстоуна?

Подождите, черт возьми, типо это их семьи? Я к этому не готова.

Подождите.

Но ведь здесь нет никого из Стил, верно? Потому что я определенно не могу с этим смириться.

Черт, возможно, мне все-таки нужно выпить.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ