Одна ошибка (СИ) - Коулт Дарк - Страница 51

— Боюсь вас разочаровать, но мне придется отказать вам! — ухмыльнулась Елена ему в ответ.

— Не стоит торопиться с отказом.

— Вы уверены, что Сони жаждет этого временного похищения?

— Это сюрприз!

— Ах, даже так! Почему вы так уверены, что после нашей беседы, я не поспешу сообщить о предстоящем преступлении кому следует? И, к тому же, как быть с вашей «подопечной»?

— Ну, вы же не хотите испортить жизнь подруге, которая может зависеть от вашего благоразумия?! А насчет второго, не волнуйтесь, это уже моя забота. Хотя в любом случае, с вашей помощью либо без, я доведу до конца задуманное.

Елена заколебалась.

— Ну, если вы гарантируете ей полную безопасность…

— Клянусь честью! — торжественно заявил Камал и встал, — значит все окей, и я могу идти.

— Подождите, зачем же вы пришли, если в любом случае сделали бы то, что задумали?

— Лишь для того, чтобы предупредить вас. Чтобы вы не беспокоились за нее, она в надежных руках.

Подойдя к двери, Камал обернулся и, перед тем как скрыться за дверью, сказал:

— И да, кстати, менеджер Риммы уже в курсе, что вы придете. Вам осталось всего лишь позвонить ему и договориться о дате и месте встречи.

***

Сони собиралась идти на работу, когда, открыв дверь, обнаружила на пороге Камала. В ней проявилась обычная реакция — замешательство вперемежку со страхом. За эти пять лет она с трудом избавилась от кошмарных ощущений при виде мужчин, лихорадочной дрожи, но тень страха все еще мелькала в ее глазах при неожиданных обстоятельствах. Особенно ясно он проявлялся в присутствии Камала. Воспоминания возвращались, и слабый блеск страха проскальзывал во взгляде янтарных очей.

Сони слегка вскрикнула, столкнувшись с Камалом лицом к лицу, и отпрыгнула на шаг назад.

— Можно?! — скорее утверждая, чем спрашивая, произнес он.

— Что т-тебе н-надо? — заикаясь, впустила его Сони, медленно отходя и придерживаясь рукой за стену.

— Что ты так вылупилась? Я не дьявол и не собираюсь забирать твою душу, причиняя боль. Успокойся!

— Т-ты причиняешь мне боль с-своим п-присутствием, — отвернулась Сони и прошла в гостиную. Уняв дрожь в голосе и нервно сглотнув, она заявила:

— Какого дьявола ты бесцеремонно врываешься и заявляешься тут. И вообще мне пора н-на работу.

— Послушай, — он схватил ее прорывающуюся к двери, — я пришел сюда не ссору затевать.

— А зачем же тогда???

— Внизу ждёт Джимми, — Сони подняла на него глаза при имени сына, и он продолжил, — я обещал ему небольшой пикник втроем: ты, он и я.

— Что? — удивилась Сони.

— Надеюсь, ты подаришь ему этот уик-энд и не будешь огорчать? Собирайся, мы едем прямо сейчас.

— Я никуда не поеду с тобой, — взорвалась Сони, она была ошеломлена его наглостью, — как ты мог, даже подумать…

— Послушай, крошка, — Камал схватил ее за запястье, больно сжал и притянул к себе, — надеюсь, ты не хочешь огорчить нашего сына. Ему не очень-то понравится смотреть на наши разборки.

— Я… я… — запаниковала Сони.

— Ты отлично знаешь, что он у нас очень чувствителен, и поэтому будешь паинькой. Поняла?

Сони опустила глаза и задержала взгляд на его груди, покрытой густой, черной порослью, выглядывающей из расстёгнутой до середины груди рубашки. Она нервно сглотнула и прикрыла веки.

— Я обещал ему незабываемый отдых, и ты будешь послушной девочкой. Ты меня поняла? — слегка вздернул ее Камал. — Поняла?

— Д-д-да… — хрипло выдавила Сони.

Послушно забросав в спешке все необходимое в спортивную сумку, Сони покорно последовала за ним. Но, спустившись вниз и увидев сына в машине, она замешкалась:

— Камал, пожалуйста, не мучай меня! Езжай с ним один. Пощади мои чувства…

— Улыбайся, — велел он, процедив сквозь зубы слова, когда заметил приближение сына, и больно сжал её локоть, который держал силком всё время, пока они спускались по лестнице.

Джамшид со счастливой улыбкой бежал к матери в ее долгожданные объятия.

— Мама, мамочка! — он обнял ее и поднял головку, чтобы взглянуть на родителей, — Мы едем на речку. Там есть лес, огромный лес и звери. Я пойду на охоту, папа обещал мне. Я взял Полароид, и мы много-много будем фотографироваться. Я всем покажу, какая у меня мама красивая. И теперь никто не будет дразнить, что у меня нет мамы. Правда, мам! Скажи, пап, правда, же?!

Малыш тараторил без умолку, и родители слушали его внимательно.

— Правда, сынок, — с улыбкой ответила Сони, — никто не осмелится дразнить тебя!

Радуясь, мальчик схватил родителей за руки и потянул к машине.

Сони обреченно села в машину и была вынуждена терпеть присутствие человека, который внушал противоречивые чувства, но в большей степени страх и панику.

Они выехали за город и долго ехали в южном направлении. Изрядно наболтавшись с матерью и напрыгавшись в трясущейся машине, малыш заснул на коленях Сони.

Поглаживая сына по вспотевшей голове и убедившись, что он спит, Сони тихо произнесла:

— Как ты мог? Какое ты имеешь право манипулировать мной, сыном, подавлять мои чувства. В тебе не осталось ничего святого, если ты играешь на чувствах собственного ребенка.

— Потише, сына разбудишь, — без каких-либо эмоций ответил Камал, и вскоре, заехав в густую заросль леса, остановился глубоко в чаще у реки.

Машина с визгом остановилась, отчего Джамшид резко поднял голову и, хлопая сонными глазами, хрипло спросил:

— Мы приехали?

— Да, сынок, — выходя из машины, бросил Камал.

Мальчик поспешно выкарабкался из машины и, подпрыгивая, побежал обследовать местность.

Сони обреченно окинула взглядом окружающую местность, вдыхая свежий аромат леса, который, к сожалению, не принес успокоительного благоговения. Раньше она любила совершать такие поездки за город, где все дышало свежестью и жизнью. Но, к сожалению, присутствие Камала омрачало все прелестное в данном случае.

— Сони, — Камал подошел к ней и ласково взглянул в ее глаза, отчего ее сердце ёкнуло и забилось сильнее. — Выслушай меня без предвзятости и упреков.

Сони наклонила голову не в силах смотреть в его глаза, полные нежности, под которыми, ей казалось, прячутся его злоба и ненависть. Минуту спустя она тихо прошептала:

— Хорошо.

— Джимми пять лет не виделся с тобой…

— Но, ведь… — хотела было возразить Сони, но Камал остановил ее.

— Выслушай, пожалуйста, — и продолжил, после легкого кивка Сони, — я обещал малышу пикник с тобой, то есть втроем: он, ты и я. Потому что он так захотел. Я никогда ни в чем не отказывал сыну, и поэтому мне пришлось сдержать обещание, даже ценой принуждения. Я знал, что ты не согласишься, у меня не было выбора. Я не хотел тебя чем-то уязвлять, лишь сделать приятное сыну. Кстати, и твоему сыну тоже. Если ты еще не забыла, что он твой сын?

Сони с упреком взглянула на него, прожигая насквозь своим взглядом.

— Прошу тебя сделать одно одолжение, — продолжил Камал, сделав вид, что не заметил ее недовольства, — сделай более счастливое лицо, доставь сыну удовольствие, чтобы он хорошо провел время. Осчастливь его, ты нужна ему не меньше, чем я. Не расстраивай его и не показывай так открыто свое нежелание присутствовать здесь. Обещаю тебе, это продлится всего пару недель, после чего ты вернешься целой и невредимой, — Камал не удержался, чтобы съязвить в конце, — вернешься к своему бойфренду, не волнуйся.

Стрела несправедливости пронзила Сони, а разбитое сердце кровоточило от жестоких обвинений. Но она сжала волю в кулак и стерпела, чтобы не показывать ему свою боль.

За что он ее так ненавидит? Почему бросает такие необоснованные обвинения? В чем она провинилась? Ведь во всем, что произошло в их жизни, он виноват не меньше, чем она сама!

Все же она сумела взять себя в руки и, как всегда, спрятала свою боль за вуалью улыбки.

— Хорошо. Ради сына, чтобы доставить ему удовольствие, я постараюсь быть менее раздражительной. Но с одним условием, ты перестанешь язвить, хотя бы на время нашего совместного пребывания здесь.