Измена. Я отыграюсь! (СИ) - Гут Этта - Страница 21

Я заерзала, вздохнула, тронула лоб, который показался сильно горячим, а после повела ладонь вниз — так, словно стремилась прикрыть ею глаза от нарисовавшейся картины. Но она-то была не перед ними, а внутри, в голове, в фантазиях, столь острую реакцию на которые вот ну никак нельзя было предвидеть! Казалось ведь, что я буду сидеть и с наслаждением подмечать, как смущается Стас, появившийся перед кучей деловых партнеров в костюме, надетом поверх кружавчиков. Смущается только потому, что понимает: я знаю про него кое-что стыдное, шокирующее. Но получалось как-то так, что смущалась, шокировалась и, как следствие, возбуждалась я сама! Сначала, когда облизывала взглядом сухощавую мужскую щиколотку, а после залипала на губах Стаса, когда он в задумчивости привычно потянул в рот кончик ручки! Ручка! Простая ручка! Даже не сигара, чтоб ей! А вот те ж на…

Теперь мне стало так жарко, что пришлось снять пиджак, радуясь тому, что пришла сегодня не в платье, а в брючном костюме и тонкой блузке. Стало, с одной стороны, легче, а с другой — я невольно привлекла к себе внимание. И ладно бы только китайцев! Но самая ж засада была в том, что, избавившись от пиджака, я тут же наткнулась на полный затаенной иронии взгляд Стаса.

Это что же получалось? Эта сука меня сейчас целенаправленно соблазняла? Ножку в чулочке, понимаешь, на свет выставляла? С обычной канцелярской ручкой целое порно-шоу устроила, попутно продолжая легко болтать по-китайски… Ах ты ж!

«Страпон тебе? Будет тебе страпон! Будет, блин, и дудка, будет и свисток! — мстительно думала я. — На войне как на войне!»

Я как раз начала выстраивать план на сегодняшний вечер, когда сидевший в непосредственной близости к Стасу невысокий пожилой китаец вдруг указал тому в область живота — как раз в то место, где через светлое полотно рубашки отчетливо просвечивал черный корсет. Я затаила дыхание. Китаец по-прежнему лопотал, теперь жестами показывая, что сначала обратил внимание на то, что Стас держится слишком прямо, а после вновь указывая ему на корсет. Стас молчал и посматривал на меня. Стало неловко, хоть наконец-то и наклевывалось то, к чему я подспудно и стремилась, — конфуз с оправданиями. Но ничего такого не произошло! Стас проговорил что-то, скривившись, а после с улыбкой кивнул в мою сторону.

Он, что же, признался, что?.. Захотелось немедленно провалиться сквозь землю.

— Что? — почти что выкрикнула я нервно, а после повторила по-английски: — Whаt?

— Я тоже пару лет назад сорвал спину и понимаю, насколько это серьезно. Боже, что это было! Какая боль! Ужасно, просто ужасно, — тут же заговорил, тоже меняя язык общения, китаец. — Специальный пояс, как у господина Смирнова — это хорошо, но совсем не панацея. И я рад, что есть мастер, — полупоклон в мою сторону, — который может помочь ему иглоукалыванием и профессиональным массажем. Но все же главные чувства, которые я испытываю, — это уважение и безмерная благодарность. Господин Смирнов не счел свое состояние поводом перенести переговоры со мной и моими коллегами. Это характеризует его как человека слова и надежного партнера.

— Благодарю вас, господин Лян, — промурчал бархатно Стас, а после вновь перешел на китайский, оставив меня в полном офигении.

Значит, пояс для облегчения боли в сорванной спине и массажистка с играми, сука, наготове? Значит, «ужасная боль», мнимое преодоление которой ради деловой встречи еще и сделало из «господина Смирнова» супернадежного партнера, у которого сделка теперь, считай, в кармане? Вот ведь зараза изворотливая и хитрозадая! Вот ведь воистину учиться и учиться у него!

Если бы я не была уверена, что корсет стал для Стаса полным сюрпризом, то легко бы предположила: тот заранее узнал о проблемах со спиной у главного партнера по переговорам и воспользовался полученным знанием, нарочно показав ему свой «наряд»! Или Стас на самом деле информацию о проблемах господина Ляна получил загодя и теперь просто все красиво обыграл?..

Вспомнились «Пираты Карибского моря» и вопрос одного из второстепенных персонажей по поводу Джека Воробья: «Как вы думаете, он импровизирует или всё-таки планирует заранее?» В фильме и для того, кто спрашивал, и для того, кто в ответ лишь глянул убийственно, все кончилось плохо. Чем ситуация обернется с одной наивняшей, которая из-за дурацкого азарта вновь решила играть с тем, кто сильнее, опытнее и хитрее? Засосало под ложечкой. «Но выиграла-то теперь я!» — попыталась я успокоить сама себя. Вышло так себе, но не сбегать же теперь…

Глава 25

Глава 25

Переговоры завершились, как я и напророчила, подписанием договора. Заметно удовлетворенный Стас проводил китайцев до двери кабинета, там перепоручив их оживленно защебетавшей на таком же уверенном инязе секретарше, а потом вернулся к себе за стол. Так, будто забыл, что не один. Я посидела-посидела, не придумала, что бы сказать такое, способное подколоть, поддеть, зацепить за живое, а потому встала, подхватывая с подлокотника кресла снятый ранее пиджак.

— Уже уходите, Елена Георгиевна? — невозмутимо поинтересовался Стас и поднял на меня веселые глаза.

«Рано радуешься, сволочь!» — подумала я про себя, а вслух сказала:

— Когда вам, Станислав Дмитриевич, будет удобно вновь принять меня у себя? Во сколько сегодня вы освободитесь? Нам предстоит еще столько интересного…

— Будьте добры, напомните мне, какое мы заключили соглашение, когда начинали сегодня игру, — откидываясь на спинку офисного кресла и постукивая долбаной, ранее лишившей меня покоя ручкой по разложенным на столе документам, вдруг перебил меня Стас.

— Не валяйте дурака! Вы же прекрасно помните…

— Мне важно знать, что и вы не забыли!

— Мы договорились, что вы до конца рабочего дня не будете снимать…

— Стоп. Формулировки, Елена Георгиевна, формулировки! Помните ведь, что дьявол кроется в деталях? Мы договорились, что я надену все то, что вы мне купили, и проведу в этом весь свой рабочий день. Ну а вы оставили за собой право наблюдать за мной и проверять, чтобы твердо знать, что где-то в промежутке между совещаниями и переговорами я не избавлюсь от всей этой красоты, — Стас провел ладонью по животу — как раз по все еще сжимавшему ему талию корсету. — Так?

— Так, — согласилась я. — А еще я сказала, что это только первая часть…

— Не-не-не. Это было сказано касательно того, что я должен устроить вам стриптиз. Потом вы озвучили свои пожелания по поводу формы одежды, в которой желали видеть меня. И на этом все, Елена Георгиевна! Ни моего повторного раздевания перед вами, ни тем более всего, что вы явно нафантазировали себе за последний час, этот договор в себя не включал и не включает.

— Но я…

— Уже размечтались, как заставите меня делать что-то пикантное? Нет? Да я же видел это по тому, как вы все это время смотрели на меня, пылая щеками, одним только этим доказывая, что думать у вас получается только о моем члене, упакованном в кружева! Что, скажете, я обманулся?

— Нет, — смиряясь с очевидным, выдохнула я. Скулить, что Стас нарочно сбил, отвлек неспешным стриптизом, заговорил и заморочил, этим не дав оформить в слова все мои планы, было совсем стыдно и как-то по-детски, да и думалось сейчас уже совсем о другом. — Я и предположить не могла, чем эта игра обернется для меня…