Северная верность (СИ) - Ольшанских Анна - Страница 1

Северная верность

Анна Ольшанских

Глава 1

Прошло пятнадцать лет с той страшной ночи, которая принесла столько горя нашей семье и империи. До сих пор эта ночь мне снится в кошмарах.

Сегодня мы с маркизой фон Нордлесс, моей бабушкой поминаем дедушку и моих родителей, накануне самой длинной ночи, когда души умерших дольше всего бродят по земле. Нужно пережить еще одну ночь, а завтра день пойдет на прирост. Летом кошмары приходят реже. Бабушка, не смотря на годы, выглядит превосходно. Средний рост, стройная фигура, прямая спина, очень светлая кожа, золотистые волосы и по-северному голубые глаза. Мне она всегда напоминала снежную королеву. Годы почти не имеют власти над ее внешностью — сказывается кровь древних могущественных предков. Во мне почти не осталось этой Силы. Я, как и всегда, немного грустно вздыхаю из-за своей слабости, а бабушка в ответ качает головой, и печаль возвращается в ее льдисто-голубые глаза.

— Милая, Сила не означает счастье, — леди Эстель гладит меня по щеке, а потом садится рядом со мной на немного выцветший диван.

Ее Огонь с легкостью бы восстановил эту обивку. Достаточно лишь пожелать, но она не хочет. Иногда мне кажется, что в этой жизни ее держу только я. Она до сих пор носит траур. Мы живем уединенно в небольшом особняке. Родовое гнездо сложено из круглоструганных бревен. В нем три этажа и подвал. Подвал отведен под хозяйственные нужды; на первом этаже располагается большой холл-гостиная, кухня, столовая, одна небольшая гостевая спальня; второй этаж состоит из спален — хозяйской и двух гостевых; третий этаж мансардный — это полностью мое царство. Здесь тоже есть небольшой холл, библиотека, напротив нее лаборатория, небольшая гостиная, совмещенная с кабинетом, и собственно моя спальня с гардеробной весьма скромных размеров и ванной комнатой. В гостиной мне очень нравился второй свет с арочными окнами до самого пола, обращенными к Льдистому морю. У нас почти нет прислуги. Бабушка считает, что я должна уметь делать все, а не только вышивать и танцевать. Впрочем она дала мне очень достойное образование, и мне совершенно не стыдно называть себя «леди» и при этом заниматься самой грязной работой по хозяйству.

Маркиза Эстель фон Нордлесс вот уже пятнадцать лет управляет весьма обширным Северным краем. К слову, со своими обязанностями она справляется отлично.

— Бабушка, почему они так поступили? — я каждый год задаю один и тот же вопрос.

— Милая моя девочка, я и сама хотела бы знать, — маркиза надолго замолчала, а я заглядывала ей в глаза и видела те же картины, что снились мне в кошмарах. — Знаешь, я думаю, в этом есть моя вина и вина дедушки. Эдвин был долгожданным ребенком. Возможно, мы его слишком баловали. Это трудно объяснить. В общем, он вырос с мягким характером и несколько радужными представлениями о жизни. Мы часто гостили во Дворце и были желанными гостями при Дворе. Эдвин оставался при Дворе дольше и бывал там чаще. О нем всегда говорили в положительном ключе. Сыну Императора Дамиану было десять лет, когда прибыла делегация из Шираза. Кроме мудрых послов приехала принцесса Самина, смуглая, черноволосая, черноглазая. Она в своих ярких нарядах и звенящих браслетах была словно райская птичка, такая же легкая и миниатюрная. Как ты знаешь из уроков политики, географии и истории, Шираз — это небольшая и не слишком развитая южная страна с большими амбициями, очень гордая и стремящаяся, во чтобы то ни стало, стать независимой, процветающей и иметь большой вес в мировом сообществе. Наша Империя могла бы стать для Шираза отличной кормушкой и незаменимой поддержкой, сумей Самина влюбить в себя Императора Эльдариона. Но он так и не смог смириться со смертью своей первой супруги, леди Летиции, матери Дамиана. Самину он вежливо игнорировал. К тому времени Эдвин осознал, что Сила и Власть Огня ему не передались, и он возжелал получить иную власть иными путями. Эдвин стал добиваться расположения Самины. Через некоторое время, понимая, что император к ней равнодушен, Самина отвечает взаимностью твоему отцу. Они заключают брак, нерасторжимый, по законам Храма богини Лады. После этого Самина призналась твоему отцу, что не наследует в Ширазе ничего, что все наследство достанется ее старшему брату, о существовании которого ничего не было известно. Эдвин был в бешенстве. Мы никогда его таким не видели. Он спустил все на тормозах только потому, что Самина уже была беременна тобой.

Твой дед Генрих говорил ему, мол, зачем тебе еще какая-то власть? Кем ты собрался повелевать? Скоро я передам тебе все дела, забот тут хватит выше головы. Эдвин слушал и кивал. Перебесился он довольно таки быстро, вернулся ко Двору вместе с Саминой. Дальше жизнь пошла по накатанной колее. Самина и Эдвин жили душа в душу. У них росла красавица-дочурка. Они часто и надолго оставляли тебя у нас, до нескольких недель. Накануне той страшной ночи мы привезли тебя в Столицу к родителям и заодно решили получить аудиенцию у императора, доложить о ситуации на Северных рубежах. Но увидеться с императором Эльдарионом мы не успели.

Личная гвардия императора застала нас заканчивающими завтрак и предложила пройти вместе с ними.

Глава 2

В какой-то момент я провалилась в сон. И сегодня мне снова снился кошмар, который мучает меня вот уже пятнадцать лет.

Я, бабушка Эстель и дедушка Генрих сидим за небольшим круглым столом в гостиной. На столе белая скатерть в мелкую синюю клетку. Я в лавандовом платье и с короной волос на голове доедаю свою любимую ячневую кашу. Дедушка подмигивает мне серыми глазами и ласково гладит по голове своей большой и теплой ладонью. За окном моросит мелкий дождь. Небо серое, низкое. Осень уже вступила в свои права. Отзвенело бабье лето, и наступила промозглая, мутная, осенняя погода. Но это в Столице, в Янтарии, а в Северных пределах в конце октября нередко кое-где уже лежит полутораметровый слой снега.

Неожиданно в нашей столовой появляется четверо гвардейцев в темно-зеленой форме с золотыми нашивками.

— Лорд Генрих, леди Эстель, — обращается к нам старший по званию, — маленькая леди Доротея, Ваша аудиенция перенесена императором на ближайшее время. В мои обязанности входит поставить Вас в известность и сопроводить к Его Величеству немедленно. Мое имя капитан Захария Залеских.

— Что же, капитан, — дедушка кивнул, — мы будем готовы через пару минут.

Мы надели теплые плащи и отправились в карете во дворец. Я с любопытством глазела по сторонам. Императора я уже видела раньше. Он мне понравился.

Когда мы прибыли во Дворец, бабушку с дедушкой отвели на нижний уровень, а меня оставили с незнакомой женщиной, по-видимому, горничной. Она смотрела на меня со смесью презрения и отвращения. Мне стало страшно. Я забилась в угол дивана и старалась не привлекать внимание этой злой женщины. Время шло, а бабушка и дедушка не возвращались за мной. Меня кормили и водили в туалет. Я успела несколько раз задремать и проснуться. Наконец бабушка с дедушкой вернулись за мной. Мне бросилось в глаза, насколько леди Эстель бледна, растеряна и как-то не то растрепана, не то помята. У дедушки же поседели виски, он постарел лет на пятнадцать, а глаза его стали тусклыми и пустыми. Я расплакалась. Нас отвели в гостевые покои, принесли нам еды.

— Бабушка, что случилось? Где мама и папа? Когда мы пойдем к императору?

— Милая, — голос у бабушки надломился, в глазах стояли слезы, — твои родители совершили ужасное преступление. Они убили императора Эльдариона.

— Императора Эльдариона больше нет? Совсем? Он умер? — я уставилась на дедушку своими огромными бирюзовыми глазами. — Зачем папа и мама сделали это, он же был хороший?

Дедушка Генрих снял галстук и сюртук, присел на край кушетки и закрыл лицо руками:

— Если бы я знал, Дороти. Если бы я знал.

Мы были измучены и очень устали, поэтому все дружно легли спать. Уже на грани сна я услышала шепот деда: