Северная верность (СИ) - Ольшанских Анна - Страница 12

Я спросонья, думая, что снова нужно ехать в крепость, подскочила на кровати, как ужаленная. Бабушка мелодично рассмеялась, поправляя одеяло, в котором я запуталась.

— Все хорошо, милая, никуда не нужно торопиться. Гости еще спят, и я решила позавтракать вдвоем с тобой.

Только сейчас я рассмотрела еду на столике, и то, что бабушка полностью одета и причесана. Выглядела она превосходно, как будто и не было тяжелого ранения совсем недавно. Льдинки глаз сияют, на щеках легкий румянец, а платье стального цвета подчеркивает ее холодную и неприступную красоту.

Я потянулась, потерла глаза и побрела умываться. Бабушка не просто так подняла меня в такую рань. Светать еще не начало. Скорее всего, речь пойдет о моем визите в столицу. Ей нет нужды волноваться о моем поведении или о моей репутации. Скорее, речь пойдет об общих, так сказать, организационных моментах. Пока приводила себя в порядок, вспомнила вчерашний визит императора, еще раз подивилась тому, какой он крепкий мужчина, после такого отравления, пребывания на грани между жизнью и смертью, так быстро восстановиться. Я уверена, что это сила дара помогает. Бабушка вот тоже быстро восстановилась, а мне бы пришлось неделю проваляться в постели, не иначе.

За завтраком бабушка не дала мне даже глоток чая сделать, сразу приступила к делу.

— Доротея, к тебе вчера вечером приходил император?

— Да, бабушка, — я вздохнула, но все равно откусила оладушек. Буду разговаривать с набитым ртом, а то все остынет.

— Ты ответила согласием?

— Да, бабушка.

— То есть ты вовсе не против быть представленной ко Двору?

— Скорее, у меня нет выбора, верно?

Бабушка рассеянно махнула рукой:

— Не совсем так, — задумчиво пожевала губу. — Это не является приказом, скорее это личная просьба императора. И я не вижу в этом ничего плохого.

— Угу, — я засунула в рот очередной оладушек.

— Как тебе лорды Гвейн и Оллир?

— Мммм… колоритные, вызывают симпатию и доверие. Пока на этом все.

— Хорошо, — бабушка, до этого размешивающая мед в чае, сделала глоток и зажмурилась от удовольствия. — Жить будешь в нашем городском доме. Во дворце не живи. Найми слуг, пусть наведут там порядок. Платьев много не бери. Найми портниху, пусть сошьет по моде. Не выделяйся хотя бы в самом начале. Хотя с твоей внешностью и с твоей фамилией — это заведомо провальная идея. По крайней мере, не блещи умом на каждом углу, почаще хлопай ресницами и растерянно улыбайся. Тебе многое откроется. Не пренебрегай знакомствами ни в коем случае. О репутации забудь. Живи в свое удовольствие, но и скандалы напоказ не устраивай. Зачем я тебе все это говорю? Ты же умненькая девочка, сама все знаешь. В компаньонки возьмешь Таисию. Уверена, она быстро сможет найти себе достойного супруга. Какой будет скандал при Дворе, когда выяснится, что она неблагородного происхождения.

Бабушка покачала головой, прищурилась, как сытая кошка, и спрятала лукавую улыбку за чашкой чая. Леди Эстель та еще штучка. Мне это в ней безумно нравилось. Она никогда не строила из себя во всем положительную леди, образец монашеской святости. И даже пребывая в трауре, умудрялась задавать многим и многим перца. В сочетании с ее ледяной внешностью это оказывалось очень сильным оружием.

— И помни, что едешь ты туда не на две недели. Скорее всего, тебе придется там задержаться. По возможности решишь некоторые дела Северного края. Связываться будем почтой. Кстати, как тебе император?

— Ммммм… Колоритный, вызывает симпатию и доверие. — На данный момент я сосредоточенно вычерпывала остатки меда последним оладушком, и мне было совсем не до императора. Бабушка немного скисла.

— Совсем не понравился?

— Ну почему же. Очень понравился. — С оладушка все таки упала большая капля меда, пришлось срочно снимать ее пальцем с края тарелки.

— Вот как?

— Угу.

— Чудесно. Мне показалось, что ты тоже ему приглянулась. Тебе замуж пора, а ему жениться — тем более.

— Кто бы говорил, — немного смущенно буркнула я, — ты Грачу тоже приглянулась.

— Тея, — возмущенно вскинулась бабуля.

— Что Тея? Мне же не десять лет. Думаешь, я ничего не вижу? — и, о чудо, эта ледяная женщина засмущалась.

— Давай не будем об этом.

— Давай, — я пожала плечами и допила чай.

— Тебе помочь собрать вещи?

— О, нет, бабушка, не нужно. У меня целый день на сборы, а собирать-то и нечего.

— Возьми немного наличных, а по приезду обратишься в банк. Ты имеешь полный доступ к счету, а сумма там очень даже внушительная.

— Хорошо.

— Ну вот и ладушки. Гостей я завтраком попотчую. Присоединишься к нам за обедом. Пока можешь заниматься своими делами.

Я кивнула, а леди Эстель, забрав поднос с посудой, царственно удалилась.

Я отправилась в лабораторию, собирать свои баночки-скляночки, мешочки, тигель, лопатки, ступки, травки, порошочки и, конечно, умную тетрадку с рецептами. Все сложила в специально отведенный для этого чемодан. Все по порядку, для каждого предмета свой мешочек, свое место. В дорожный ридикюль положила травы и мазь для лечения императора, а также травы от простуды и обеззараживающую мазь, как говорится, на всякий случай. Потом пошла проведать котенка рыси. Он уже каким-то образом попал к Илире, матери Таисии, под крыло. Рысенок уверенно трусил по периметру кухни, смешно переваливаясь и отчаянно косолапя. То тыкался носом в ногу Илире, отчего она беззлобно бурчала, то шипел на веник, то бежал к чашке с молоком. Но самое главное — котенок не проявлял никакой неконтролируемой агрессии.

— Доброе утро, Илира. Котенок все время ест?

Илира схватилась за левую грудь, охнула и поправила косынку:

— Доброе утро, леди Тея. Напугали. Вы все время так бесшумно ходите, что когда-нибудь доведете до сердечного приступа. Оболтуса этого кормлю от пуза, худенький он больно, голодал, наверное. Без мамки малыш — жалко.

— Ведет себя хорошо? — Я присела на корточки, а рысенок, переваливаясь, уже добежал до меня, обнюхал и ткнулся носом в ладошку, мол, признал. На ощуп он был одним шерстяным комком, только теплым и урчащим. — Назову тебя Урка. Вон как ты урчишь.

— Ведет себя хорошо, леди Тея. Не пакостничает, но поиграть любит. Как только с ним играть, когда вырастет с небольшого медведя? Придушит ведь и не заметит, — Илира покачала головой, возвращаясь к кухонным делам.

— Илира, я завтра заберу его с собой. — Женщина кивнула. — Таисия тоже должна быть готова утром.

— Она уже почти все собрала. Вещей-то немного. Даже не знаю, зачем ей в столицу. Там совсем другая жизнь. Мы же люди простые, куда нам до аристократов. Испортится девка.

— Зря Вы так не верите в Таю. Она получила хорошее образование, манеры. У нее своя голова на плечах и отнюдь не пустая. Ее все равно уже не сможет сделать счастливой простая жизнь Севера. Найдет себе видного жениха.

— Да кто ж ее возьмет в жены-то? — Всплеснула руками Илира, запачкав мукой фартук, и снова принялась остервенело мять место. — Мы же приданное не можем ей соответствующее дать. Ни один аристократ на бедноту без титула не позарится.

— Зря Вы так. Вполне могут позариться, в том числе и маги, и купцы, и ремесленники зажиточные, да и те, кто соображает, что умная жена — это очень выгодное вложение. А если и не позарятся, то и на Север вернуться никогда не поздно. Илира, Вы мои любимые пирожки с ревенем будете печь?

— Да, леди Тея, с ревенем. Много напеку, чтобы с собой вам в дорогу положить. — Илира светло улыбнулась, увидев мой щенячий восторг.

— Вам помощь нужна?

— Сейчас нет, только тесто завела. Часа через четыре, когда подойдет. Лепить нужно будет. Мне одной долго.

— Я приду.

— Хорошо, леди Тея.

Глава 13

С самого утра меня одолевало какое-то непонятное и неконтролируемое раздражение. Может, таким образом выходило волнение перед сменой обстановки. Во всяком случае, гостей, и тем более Его Императорское Величество я видеть не желала. Чтобы немного прочистить мозги и унять раздражение, взяла эссу и немного отъехала от поместья. Не хотелось, чтобы кто-то мог нарушить мое уединение и, не дай Боги, присоединился к тренировке. Лошадь оставила в стороне и прошла немного вперед по смерзшемуся снегу. День радовал солнцем и морозом, но уже не таким крепким, как вчера. С эссой я могла тренироваться долго и с полной отдачей, входя в некоторый вид транса. От этого здорово прочищались мозги и успокаивались эмоции.