Северная верность (СИ) - Ольшанских Анна - Страница 19

Доротея как раз спускалась вниз по лестнице и заплетала еще влажные волосы в косу, когда услышала Таин крик. Ноги сами перешли на бег, руки пытались нащупать на поясе эссу. Ее, конечно же, там не было, но возвращаться за ней в покои было слишком долго.

На кухню Тея влетела, как бешеная кошка, чуть не снеся косяки, за ней, дыбыря шерсть и путаясь в собственных лапах, вбежал Урка. Тая, не сбиваясь с ноты, наверное, от шока театрально медленно замахнулась. Император вытер руки о бумагу, не спеша, развернулся и перехватил несостоявшийся предмет убийства. Тая со звука «и-и-и-и» перешла на глубокомысленное «о-о-о-о» и, кажется, готова была упасть в обморок. Урка все таки запутался в своих лапах и завалился на бок, а Доротея заливисто расхохоталась.

— Ваше Величество, простите, что приветствуем Вас не по этикету, — Тея присела в безупречном реверансе, — такого больше не повторится. Таисия, да отпусти уже этот веник!

Таис наконец-то пришла в себя, отбросила веник, словно ядовитую змею, и склонилась в изящном реверансе:

— Прошу меня извинить, Ваше Императорское Величество. Я имела глупость Вас не узнать.

Дамиан немного ошалело улыбнулся в ответ:

— Леди Таисия, леди Доротея, это я должен перед вами извиниться, что напугал, а также, что не позаботился о том, чтобы дать вам время привести дом в порядок. Признаться, у меня и в мыслях не было, что он может пустовать.

— Ваше Величество, не стоит переживать по этому поводу, тем более, что Вы решили наши проблемы с провизией, топливом и водой, а лорд Оллир любезно предложил нам помочь с персоналом. Спасибо, что накрыли на стол. Мы очень голодны. Вы же присоединитесь к нам, Ваше Величество?

— Да, благодарю. Честно говоря, я не обедал. — Дамиан зашуршал бумагой и протянул Доротее букет нежно-розовых пионов. Тея немного засмущалась, но цветы взяла.

— Спасибо, Ваше Величество! Они очень красивые. Присаживайтесь, я пока поставлю цветы в воду.

Дамиан снова пошуршал бумагой и поставил на стол бутылку превосходного кетонийского вина и большую коробку пирожных и шоколадных конфет. Все уселись за стол. Урка залез к Тее на колени и смешно высовывал мордочку. Пришлось ссаживать его на пол, к своей миске, полной сметаны, и снова мыть руки. Заодно Тея разлила по кружкам травяной взвар и достала из печи забытую птицу.

Сначала ели молча, утоляли первый голод. Когда дело дошло до десерта, император предложил открыть вино.

— Это кетонийское золотистое, верно? — спросила Тея, рассматривая бутылку.

— Да, — кивнул Дамиан, довольный тем, что в винах Тея тоже разбирается.

— Я лучше еще чаю выпью, — Таисия поднялась, чтобы налить себе взвара.

— А я не откажусь от вина. Слышала, что оно невероятно вкусное, — Доротея протянула Дамиану свой бокал, — но боюсь, что могу позорно уснуть прямо за столом, потому что редко пью вино и немного устала.

— Не переживайте, один бокал Вам не повредит.

Дамиан, не спеша, распаковал горлышко бутылки из темного стекла, аккуратно вытянул пробку. В воздухе разлился кисло-сладкий аромат незнакомых Доротее ягод, легкая горчинка степных трав, пряная нота белого перца. Все вместе напомнило Тее о теплых летних ночах и ночевках у костра, блеске звезд на черном бархате небосклона и о том ощущении, которое дарит ночь, об ощущении волшебства. Девушка прикрыла глаза, пригубила напиток и, словно нырнула в ночное озеро, а в нем вода, как парное молоко, обволакивает, ласкает, убаюкивает. Все это пронеслось в голове за пару секунд и подарило чувство неги и умиротворения.

— И вправду чудесное вино. Тая, тебе обязательно нужно попробовать.

— Да, я обещаю, только как-нибудь в другой раз. — Таисия изо всех сил сдерживала зевоту. — Позвольте, я вас оставлю. Очень устала.

— Да, конечно. — Дамиан поднялся, соблюдая этикет, хотя статус позволял ему сидеть в присутствии стоящей дамы. — Приятных снов.

— И Вам, Ваше Величество.

Тая присела в реверансе и сонно поплелась на второй этаж, в свои покои.

Доротея быстро убрала лишнее со стола, оставив пирожные и вино.

— Вы прибыли порталом, Ваше Величество?

— Нет, через дверь.

Тея удивленно посмотрела на него:

— Разве дверь была не заперта?

— Именно, — с самым серьезным лицом подтвердил Дамиан, — и это очень неосмотрительно с Вашей стороны. Конечно, еще никто не знает о Вашем приезде, но ведь есть же просто лихой народ. Я стараюсь заботиться о безопасности граждан империи, но за всем и за всеми углядеть проблематично. Я жду от Вас благоразумия, Тея, и тогда мне будет проще уберечь Вас.

— Я понимаю, Ваше Величество. Будьте уверены, я своей жизнью и здоровьем дорожу. Прошу и Вас тоже быть осмотрительнее. Я полагаю, Вы приехали сюда один, без сопровождения?

— Вы правы, Тея, но в данном случае мне безопаснее ездить к Вам одному и не пользоваться порталом.

Тея на самом деле беспокоилась о нем, и это согревало душу лучше любого огня. Дамиану этот вечер казался волшебным. Он любовался Доротеей, а она даже не подозревала об этом. У нее была очень светлая матовая кожа и легкий румянец на щеках, длинные волосы цвета стали и удивительные бирюзовые глаза. Они не были слишком большими и кукольными, но в них, словно драгоценные камни, сияла сама жизнь. Они смотрели то с лукавством, то с заботой, то в них таилась легкая грусть, то плескалась усталость. Дамиан понимал, что засиживаться не стоит, нужно дать Тее отдохнуть. Одни только боги знали, как ему хотелось остаться, и он откладывал возвращение во дворец до тех пор, пока совесть совсем не замучила его.

— Тея, Вы поколдуете над моими шрамами?

— Конечно, Ваше Величество. Уже поздно. Вам, наверное, нужно возвращаться.

Девушка выглядела немного расстроенной его скорым отбытием, не смотря на усталость, а мужчина почувствовал себя идиотом, не умеющим ухаживать за женщинами. Да и что говорить, он на самом деле не умеет. С его статусом этого не требовалось ровно до настоящего момента.

— Честно сказать, я не хотел утомлять Вас своим присутствием. Я понимаю, что Вы устали, — Дамиан решил, что честность — это лучшее из доступных ему средств покорения неискушенных женских сердец.

— Тогда пойдемте в лабораторию. Мазь там.

Доротея легко вспорхнула из-за стола и поспешила по коридору в сторону единственной закрытой на первом этаже двери. Здесь еще не был наведен порядок, и девушка засмущалась, опустила взгляд в пол, а щеки заалели ярче обычного.

— Не успела здесь прибраться.

— Меня трудно смутить беспорядком.

— Тогда раздевайтесь. Придется стоя. Кушетки у меня пока нет. — Тея после секундного раздумья поняла, что сказала что-то двусмысленное, вскинула взгляд и поймала ответный лучащийся весельем взгляд Дамиана. Снова засмущалась. — В смысле, снимайте рубашку, Ваше Величество. — И уже совсем тихо добавила. — Ох уж это вино.

Девушка подошла к столу, раскрыла свой дорожный ридикюль, покопалась в содержимом и достала уже знакомую императору баночку. Дамиан снял камзол и рубашку. От него не укрылось, что Тея любуется его телом, и ее не смущает этот ужасный клубок шрамов. Она без лишней суеты зачерпнула мазь и, задумавшись о чем-то, начала своими длинными пальчиками обводить каждый рубец, не забывая при этом посылать искры Силы. Мазь ужасно жгла поврежденные участки кожи, и Дамиан кусал внутреннюю сторону губы. Эта привычка осталась у него с детства. Своими прикосновениями Доротея дарила одновременно боль и удовольствие. Вино или, может быть, чувства кружили Дамиану голову, и желание поцеловать Тею стало непреодолимым. Он аккуратно сжал ее руку в своей и поцеловал тыльную сторону ладони. Тея наконец выпала из задумчивости и удивленно посмотрела на свою ладонь в его руке. Мужчина замер, обуреваемый целым коктейлем чувств. Ему было страшно, что он напугал ее и поторопился, хотелось отступить и в то же время хотелось продолжения. Но Тея снова удивила его, шепнув на грани слышимости:

— Еще!

И он поцеловал снова, но уже запястье, а потом каждый пальчик, пахнущий травами уже впитавшейся мази. Почти невесомо коснулся губ.