То, что мы прячем от света (ЛП) - Скор Люси - Страница 22

— И новую шторку в душе повесишь.

— Опять новая шторка? Что случилось с предыдущей, чёрт возьми?

Она дерзко отхлебнула бурбона.

— Что-то это похоже на отказ, да, Лина?

— Определённо не похоже на согласие, — поддакнула она.

— Ладно. Часы и шторка в душе. А теперь уходите, — сказал я.

Миссис Твиди похлопала меня по щеке.

— Ты хороший мальчик, Нэш. Постарайся не засовывать голову в собственную задницу слишком надолго. Рано или поздно это состояние станет перманентным, — она повернулась к Лине. — Увидимся завтра утром в спортзале. С утра пораньше!

— Приятно было познакомиться, — крикнула ей вслед Лина.

Всё веселье испарилось в ту же секунду, когда дверь на другом конце коридора закрылась.

— Если ты пришёл сюда продолжать свой допрос…

Я опёрся предплечьем на её косяк.

— Нет, мэм.

— Не мэмкай мне. Это северная Вирджиния. У вас тут почти нет южного акцента. Так что и южным очарованием ты свою задницу не спасёшь.

Позади меня дверь квартиры миссис Твиди чуточку приоткрылась.

— Я пришёл извиниться, — сказал я, игнорируя подслушивающую аудиторию.

Лина скрестила руки на груди.

— Ты не собираешься упрощать мне задачу, да?

— А с чего бы мне это делать?

Я решил испытать удачу. Положил ладонь на её плечо и мягко, но твёрдо заставил её попятиться внутрь, затем закрыл за собой дверь.

— Конечно. Заходи. Чувствуй себя как дома, — сухо произнесла она.

Но сама она, похоже, не слишком озаботилась домашним уютом.

Единственные личные вещи, которые я подметил — это комнатное растение перед окном да та коробка с файлами на столе.

Я попятил Лину ещё на шаг, затем убрал руку.

— Убавь громкость музыки. Пожалуйста, — добавил я, когда она стрельнула в меня взглядом.

Лина заставила меня ждать так долго, что я уже думал, что придётся сделать это самому. Но в итоге она подошла к столу и взяла свой телефон. Музыка притихла до приглушенного рёва.

От меня не укрылось и то, что она по дороге задержалась, чтобы накрыть крышкой коробку с файлами.

— У тебя был момент, когда ты едва не умерла? — спросил я у неё.

Лина замерла.

— Вообще-то был, — ровно ответила она.

— Попозже я хотел бы получить кое-какие ответы на этот счёт, — предупредил я её мгновение спустя. — Но пока я посчитаю, что ты лучше большинства знаешь, каково это — очнуться и осознать, что ты всё ещё дышишь, хотя едва не погиб.

Она не дала мне никакого ответа кроме ровного взгляда глаз цвета виски.

Я нервно выдохнул.

— Ангел, я едва не истёк кровью в канаве. Большая часть меня до сих пор живёт и дышит, но какая-то часть умерла в той канаве. Если ты здесь отчасти из-за этого, я заслуживаю знать.

Лина на мгновение закрыла глаза, и её длинные ресницы легли на загорелую кожу.

Открыв глаза, она удерживала мой взгляд.

— Я здесь не из-за тебя.

Это казалось правдой.

— Это всё, что ты мне дашь? — настаивал я.

Она поджала губы.

— Посмотрим, как пройдёт извинительная часть твоей презентации. И лучше бы она включала «Я сожалею, что я такой придурок и позволил федеральному маршалу думать, будто у нас был секс».

— Я прошу прощения за допрос. Я не вернул себе почву под ногами и просто делаю лучшее, что могу в данной ситуации. Мне показалось, что ты что-то скрываешь, особенно когда я этим утром увидел, как Усатая Заноза В Моей Заднице подкатывал к тебе. Я привык доверять своему чутью. До сих пор привыкаю к тому факту, что теперь не могу это делать.

Её глаза сощурились.

— Почему не можешь?

— Потому что я подошёл в упор к той машине.

Лина опустила руки вдоль боков и издала раздражённый вздох.

— Ну вот и как девушке держать обиду против этого образа угрюмого раненого героя?

— Я надеялся, что она не сможет держать обиду, — признался я.

Она шумно вдохнула и выдохнула.

— Ладно. Я приехала в город в поисках кое-чего, — она указала на меня пальцем, когда я раскрыл рот. — Я приехала не потому, что кто-то всадил в тебя парочку пуль. Я ищу нечто, украденное у нашего клиента. Пара наводок указывает в этом направлении. Нолан и я пересекались много лет назад на другом задании. Я не знала, что он в городе, и он тоже не знал про меня.

— Ты планируешь пересекаться с ним, пока вы оба здесь?

Нас разделяло около полуметра, и клянусь, я почувствовал, что воздух потрескивает как перед ударом молнии.

— Интересно, почему это ты решил, что тебя это касается, — сказала Лина.

— Я скажу, если ты примешь мои извинения.

— Ладно. Извинения приняты.

— Быстро ты, — заметил я.

— Прекрати тянуть резину, — велела она.

— Я буду честен, и тебе это наверняка не понравится.

— Есть лишь один способ узнать.

— Мне нравится выводить тебя из себя. Я провоцировал тебя, и об этом я сожалею сильнее всего, — признался я.

— Почему?

— Почему я сожалею?

— Нет. Несмотря на то, как ты вёл себя сегодня утром и за ужином, ты не идиот. Ты знаешь, что если меня выбесить, я могу оказаться весьма грозной соседкой. Почему ты провоцировал меня? — спросила она.

— Ты заставляешь меня чувствовать. И после долгого периода отсутствия каких-либо чувств, почувствовать что-либо, даже если это злость или адреналин — это лучше, чем ничего.

Искра света в её глазах превратилась в тлеющий взгляд.

Я сделал медленный шаг в её сторону.

— Каждый раз, когда я рядом с тобой, каждый раз, когда ты смеёшься или смотришь на меня как сейчас, или злишься, я что-то чувствую.

— Какое такое что-то?

Я сделал ещё один шаг и сократил расстояние между нами.

— Что-то хорошее, — сказал я, рискнув и мягко положив ладони на её бицепсы. Лина не отстранилась. — Хотя если честно, хорошим можно назвать абсолютно всё, кроме того, что я чувствовал прежде. Возможно, я набираюсь смелости побороться за право оставаться рядом. Но я не могу сделать это, если в твоей кровати другой мужчина.

Лина поджала губы и подумала.

— В данный момент никто не занимает это пространство, — сказала она наконец.

— Тебя не смущает, когда я к тебе прикасаюсь? — уточнил я.

Она закатила глаза.

— Я так понимаю, Нокс трепал своим длинным языком?

— Возможно, он упомянул, что у тебя есть проблема.

— И всё же ты тут распускаешь руки, — заметила она. — Весьма нагло с твоей стороны.

— Мой брат удивился, что ты позволила мне так приблизиться к тебе, и мои яйца не пострадали. Это заставило меня задаться вопросом. А что, если?

— Что если что?

— Что, если тебе нравятся мои прикосновения так же сильно, как мне нравится прикасаться к тебе?

Я находился достаточно близко, чтобы поцеловать её. Так просто было бы наклониться и сократить расстояние. Почувствовать этот дерзкий ротик под моими губами, ощутить вкус её секретов. Что-то в этом ощущалось таким правильным. Таким, бл*дь, неизбежным.

— Ладно. Я подыграю. Допустим, это так, — в этих карих глазах, изучавших меня взглядом, виднелись искорки золота и топаза.

— Что, если ты позволишь мне подойти ближе?

Она выгнула бровь.

— Насколько именно ближе?

Я сделал последние полшага, отчего моё тело вплотную прижалось к ней. От контакта каждое нервное окончание в моём теле ожило, будто она была проводами прикуривателя, а я был сдохшим аккумулятором.

— Так близко, как ты мне позволишь. Я не просто хочу этого, Ангелина. Я нуждаюсь в этом.

— Хочешь сказать, ты просишь, чтобы я переспала с тобой ради эмоциональной поддержки?

— Я говорю, что хочу быть к тебе так близко, как ты мне позволишь. Чем ближе я к тебе, тем лучше я себя чувствую. Например, как сейчас, — тихо произнёс я. — Мне кажется, что я наконец-то могу легко дышать.

Лина положила ладонь на мою грудь и слегка надавила.

— Это… немалое давление.

— Я знаю, — признался я. Это не поиски перепиха на одну ночь. Это поиски якоря. Чего-то, за что я мог бы удержаться в шторм. — Выложить все карты на стол?