Обуздать огненного демона (СИ) - Чен Алиша - Страница 101

Мужчина облокотился на косяк внутренней двери, задумчиво и со здравым скепсисом глядя на очередную мазню. Он не был ценителем искусств, но в его библиотеке висели куда более достойные демонстрации оного.

— Знаешь, Лецилла, у тебя хоть, безусловно, и много талантов, живопись там всё же довольно условно.

— Дамиан? — Любовница оживилась, моментально опуская кисточку в ёмкость в водой и подымаясь с атласных подушек. — Надо же, а я начинала думать, что ты забыл про меня.

В умело поставленном голосе скользнула наигранная обида. На самом деле, если бы девушка знала, что он не просто отдал предпочтение другим заботам, а действительно про неё забыл, упрёк бы стал куда более искренним.

Оправив кудри медового цвета, любовница изящно опустилась на подлокотник небольшого диванчика, закинув ногу на ногу таким образом, чтобы отчётливо продемонстрировать мужчине отсутствие какого-либо нижнего белья под и без того вызывающе откровенном шелковом пеньюаре.

Дамиан на лёгкую провокацию лишь усмехнулся. Как же, не ждала, но предварительно разделась и подготовилась. Накрасилась, надушилась. Прекрасно вспомнила, что он предпочитает минимум одежды. Что любит смотреть. Но его не ожидала, даже не думала, ага. Какие же вот все женщины… такие.

Интересно, а Минри когда-нибудь пользуется своими чисто женскими чарами? Как она любит… соблазнять? Зная девушку, вряд ли ей приходится сильно раздеваться или интриговать. Да бездна, какое ещё раздеваться, он порой теряет самообладание даже от того, как она умеет разговаривать!..

Демон мотнул головой, начиная отгонять стремительно налетающие мысли.

Только этого не хватало, нет уж, хотя бы не прямо сейчас.

Лецилла заметила перемену в его настроении. Озадаченно склонила голову чуть вбок, отчего небольшая прядь волос упала вперёд, коснувшись кончиком очертаний пышной груди.

— Всё нормально, милый?

Дамиан лишь шагнул в центр комнаты, подошёл к столу у того самого дивана.

Бумаги в его левой руке легли на столешницу. Сверху опустилась квадратная, крайне крупная бархатная коробочка. Мужчина её приоткрыл, развернул в сторону блондинки, демонстрируя содержимое.

— Нравится?

Лецилла приоткрыла рот определённо от восхищения. Медленно приподнялась с подлокотника, шагнув к демону и подарку.

На бархатной подложке миллиардами искр переливался роскошный золотой гарнитур. Ожерелье, серьги, браслет, два кольца, даже небольшая диадема. Чистейшие, идеально огранённые камни светло-бежевого отлива выглядели крайне дорого. И в то же время элегантно, сливаясь и подстраиваясь под тон светло-золотистой кожи. Девушка припоминала драгоценности — азалит, один из исконно царских камней Западных эльфийских и человеческих королевств. В Империи Темных он стоил куда дороже, считался ценным приобретением любой коллекции. Что ж, Дамиан Вефириийск всегда был щедр к своим женщинам.

— Потрясающе… Мне безумно нравится, это просто восхитительно, я же…

— Хорошо, — спокойно перебив восторженный шёпот, наследник Дархэнаатра отодвинул коробочку, хлопнув ладонью по нескольким листам бумаг под ними. Сейчас там виднелись строчки мелкого почерка, пару круглый печатей снизу. В одной из них Лецилла узнала родовой оттиск любовника.

— Ты хотела дом на берегу Златой Дернии? Поместье Алдерри. Штат прислуги, окружной сад, два экипажа и полное обустройство твоей новой резиденции. Доход там неплохой, ещё твоим правнукам достанется. Наслаждайся.

Девушка перевела взгляд с бумаг на мужчину. Спокойный серьёзный профиль привлекательного смуглого, словно вдоволь загорелого лица, равнодушный взгляд чёрных глаз. Понимание ситуации кольнуло, предательски неприятно засосало под ложечкой.

— Дамиан, мы что… расстаёмся? — Тихий голос.

— Я помню, что ты хотела перейти в управление под руководством эльфийских герцогств. Мою личную рекомендацию Сануш ЛареГких получит завтра с посыльным. На этом всё, Лецилла, — он спокойно глянул на неё. — Думаю, моя благодарность и соучастие в твоей судьбе вполне могут завершиться.

Любовница немного заторможенно обдумывала сказанное. Не сразу сообразила, но когда мужчина повернулся уходить, распахнула ярко-зелёные глаза, схватив его за закатанный выше локтя рукав рубашки.

— И это всё? — Она чуть ли не задохнулась от удивления и небольшого возмущения. — Тьма, Дамиан, ты серьёзно?!

— Ты хочешь что-то ещё? — Вялый интерес. — У меня закончились солидные предложения, тебе что, платье купить?

— Да при чём тут твои подарки, я о том, как ты ведёшь себя! Ты бы хоть сказал, как так вышло… объяснил почему. Почему мы расходимся, Дамиан? Из-за чего? Ты же вроде как отказался жениться на кронпринцессе, я наоборот думала, что тебе наверное… всё же хватило только меня…

Он поморщился. Ну вот, видимо придётся исходить на какие-то разговоры и объяснения. Больше всего огненного демона раздражали выяснения отношений.

— У тебя… другая женщина? Нашёл мне новую замену, так ведь? — сдержанно сохраняя лицо, спросила она. Кукольно красивое личико отобразило лёгкое волнение. — Стоило догадываться, что рано или поздно это случится.

Его немного покоробило от брошенного слова. Замену? Фарх дери, это вы все: каждая оказавшаяся в его постели, каждая, кому он позволял к нему прикасаться и ублажать — все вы оказались своеобразной заменой. Той, что коротала время и потребности.

— И кто же новая любовница самого наследника Дархэнаатра? — Не без горечи произнесла Лецилла. — Учитывая сколько лет я была подле, императорский двор просто всколыхнется от таких новостей.

— Двор может хоть взорваться, — прохладно заметил Дамиан. — Богов ради. У наследника Дархэнаатра отныне будет лишь одна невеста и, по совместительству, любимая женщина.

Лецилла замерла на секунду. Меньше всего она планировала услышать самое страшное.

Ни она девушка не могла затмить её перед высшим огненным демоном. Ни одна не стала бы желанней. Но рядом с единственной парой бессмысленно было даже пытаться.

— Будет? Почему будет? Ты ещё ведь не…

— Не обручён. Пока нет. Сути это не меняет.

Лецилла подавила в себе желание издать чуть облегчённый вздох.

За все эти годы, почти семь лет — Дамиан успел стать для неё крайне близким. Несмотря на грубости, колкости и порой лёгкое пренебрежение, мужчина демонстрационно желал её, подчеркивая это перед обществом. Любви как таковой Лецилла не искала. Но от трепетного предвкушающего отношения к любовнику так и не избавилась. И к расставанию оказалась не готова.

— Дамиан… — ладошки заскользили по предплечьям, потом вернулись вверх, провели по обтянутым тёмной рубашкой мускулам. Остановились на плечах, после чуть ниже — на мускулистой широкой груди. — Ты ведь ещё свободен… пусть немного… может быть, нашему прощанию позволительна одна ночь? Ты не помолвлен, сам же сказал. И никому пока ещё ничего не должен…

Он почти с оскорбительным равнодушием следил за тем, как она приблизилась вплотную. Прижалась откровенно соблазнительным телом. Щекотно скользнула губами по щетинистому подбородку.

— Две минуты назад я сказал тебе, что у меня есть любимая женщина, — Дамиан глянул на неё чуть сверху, пока ещё не останавливая даже мягкие прикосновения к его губам. — Всегда было интересно, почему женщины так уверены в похоти мужчин, что предпочитают манипулировать лишь этим?

— А что, милый, кронпринцесса также реагировала на ваше расставание? — она почти промурлыкала это, проводя коготками по мужской шее сзади. Знала, как его провоцирует данный жест. — Или что, ты меня уже не хочешь? Не возбуждаю?

— Я физиологически здоровый мужчина, Лецилла. Мне сложно не возбуждаться в таких ситуациях, — он перехватил её руку, начавшую играть с ремнем на его бёдрах. — И да, я ещё никому и ничего не должен. Но зато у меня есть стойкое ощущение, что моей избраннице сие не понравится. Так что — ты свободна, дорогая. С сегодняшнего дня вольна раздвигать свои прелестные ножки перед кем угодно.

— Ммм, какой грубый, — Лецилла довольно усмехнулась, чувствуя низом живота сквозь ткань одежды чуть затвердевшую мужскую плоть. — И изголодавшийся, судя по всему…