Ты моя. Бывшая - Рахманина Елена - Страница 10

И с каждой секундой дышать становилось всё сложнее.

Чтобы не взвыть на всю квартиру, согнулась, утыкаясь лицом в собственные колени. Крича внутри себя от избытка чувств, переполнявших меня. Я трещала по швам от злости и какого-то нечеловеческого разочарования. Они рвались наружу сквозь образующиеся раны.

Марат.

Как он мог смотреть мне в глаза и всё отрицать? Как? Выходит, я для него совершенно ничего не значу…

Ведь были чувства. Была любовь. Такая осязаемая, что я всегда её ощущала. Жила и дышала, преисполненная уверенностью в этом.

Но, видимо, со временем она прошла. Оставив после себя… Привычку. И возможно, он не сумел признаться в этом даже самому себе.

Нет. Любя меня, он бы не изменил.

Ведь перед этим поступком он взвесил все риски. Оценил последствия и решил, что страсть с новой женщиной важнее меня. Моих чувств и моей любви. А этим выбором он опустил меня на дно в своей иерархии ценностей.

Какое-то время я так и сидела, уткнувшись в колени, дожидаясь, когда вновь смогу нормально дышать. Переваривая увиденное. Поражаясь объёму своего доверия, выделенного супругу. Ведь я так хотела верить его словам, даже тем, что слишком походили на ложь.

Но после видео сомнений не осталось. К горлу подступала тошнота. Мутило, и кружилась голова. Кое-как добрела до кровати и свалилась на неё, прижимая к груди подушку. И дожидаясь, когда боль хоть немного отступит. Но с каждой секундой она лишь росла. А вместе с ней любовь к мужу сменялась ненавистью.

Пялилась в темноте в одну точку, пробуя сообразить, как смогу ему отомстить. Причинить ту же боль, что и он мне.

Изменить с Ильей? От одной этой мысли тошнота подкатила вновь. Почему-то секс с другим мужчиной, когда я жду ребёнка от другого, показался особенно омерзительной идеей.

Да и есть ли в этом смысл? Может быть, Строева разозлит и унизит моя измена. Ответная. Но, к сожалению, совсем не факт, что он способен испытать весь спектр моих эмоций.

Единственное, чего мне хотелось на самом деле, – больше никогда его не видеть. Не слышать вранье, слетающее с губ каждый раз, когда он раскрывал рот.

Но наш ребёнок…

Это так несправедливо – лишать его отца. Ведь малыш ни в чём не виноват.

Только вот дата и время съёмки прожигали мне сетчатку. И даже закрывая глаза, я могла с точностью до минуты сказать, когда произошла измена. Два месяца назад во время очередной командировки. А сколько их было до и после?

Сон не шёл. Во мне всё бурлило. Нужно было немедленно что-то предпринять. Решить. Возможно, правильнее было бы дождаться утра, но после увиденного разумного во мне осталось мало.

Села на кровати, прикладывая ладони к лицу. С удивлением обнаруживая мокрые щёки. Вновь и вновь прокручивая в голове сцены из видео.

Вероятно, Илья решил не занимать моё время, а вырезал лишь нужный момент.

Так странно, что Марата не смутила камера за спиной. Видимо, когда он был в порыве страсти, его даже не волновал риск разоблачения.

Посмотрела на часы на своём сотовом. Так хотелось закрыть глаза. И проснуться лет семь спустя. Когда боль уляжется. Осядет на дно неприятным, но не колючим воспоминанием.

Отыскала сообщение Ильи.

Уверена, он преследует какие-то свои корыстные мотивы. Неужели все эти годы желал возмездия? Так глупо. По-детски.

Ломала голову, как поступить. Дожив до своих лет, я оказалась совершенно не готова к самостоятельной жизни. Ресурсов, что сорваться с места и уехать в другой город, у меня просто не было. Обратиться за помощью к родне я не могла. Потому что в ответ получила бы лишь злые ухмылки и отказ.

В этот момент я ощутила себя такой слабой и беспомощной, что поняла, что сделаю всё, чтобы вновь обрести самостоятельность.

Но пока я всё же вынуждена попросить Илью помочь мне исчезнуть.

«Мне не нужна помощь в разводе. Делить с Маратом мне нечего. Я хочу уехать из города».

Отправила сообщение и услышала стук в дверь. На дворе уже глубокая ночь. А Марья предупреждала, что останется с ночёвкой у кого-то из родни. Неужели передумала?

Посмотрев в глазок, обнаружила за дверью знакомый силуэт. Наверное, вычислить, где я прячусь, моему супругу не составило большого труда.

Уткнулась лбом в дверь, ощущая, как натягиваются, а затем рвутся струны моей души. Марат меня просто выпотрошил своим поведением.

– Вика, открой, – раздаётся глухой голос по ту сторону двери.

Такой знакомый. Такой родной. Такой преисполненный страдания, словно он способен на чувства.

Глава 13

Опустилась на пол рядом с дверью. Сил стоять не было. Припала к ней щекой, дожидаясь, когда муж уйдёт.

– Вика, – супруг вновь обращается ко мне, будто знает, что нас разделяет лишь старая дверь. – Прошу тебя, нам нужно поговорить. Так не может продолжаться вечность. Не знаю, что ты там видела, но меня с ней ничего не связывает. Беременность её – бред. Уверен, что ребёнок не от меня. Сделаем тест ДНК, раз не веришь мне.

От каждого слова мужа становилось лишь хуже. Обняла себя за плечи, опасаясь, что сердце просто выпрыгнет из грудной клетки. И ускачет куда подальше.

Хотелось ответить ему, вступить в диалог. Сказать, что я знаю о том, что каждое его слово – вранье.

Но это слишком опасно. Даже несмотря на это треклятое видео, мне хотелось верить Марату и только ему. Слышать его сладкие речи. Позволить ему убедить себя в том, что белое – это чёрное, а чёрное – это белое.

На какое-то время за дверью становится тихо. Я замираю, словно могу прислушаться к его дыханию. Одновременно надеясь, что он уйдёт. И молясь, чтобы оставался.

– Мне невыносимо без тебя, – произносит он после долгого молчания. – Открой, если ты хотя бы немного любишь меня.

Сгибаюсь в три погибели, закусывая губу. Но приглушённый стон всё равно срывается.

Когда-нибудь станет легче. Но не сейчас. Мне казалось, мне в рот вливают кислоту.

Не знаю, когда Марат ушёл. Может, через десять минут. Может, через час или позже. Дверь я так и не осмелилась отворить.

Лишь когда утром пришла Марья Владимировна, я поняла, что Марат всё же ушёл.

– За дверью никого не было? – тихо спрашиваю, встречая её в коридоре.

Бывшая коллега осматривает меня тревожным взглядом.

– Ох, девочка, выглядишь не очень, – явно смягчает увиденное Марья.

Чувствую себя так, будто по мне проехал поезд.

– Марат приходил ночью, – сообщаю ей, и слёзы вновь начинают течь по щекам.

Женщина, словно ощутив, что ещё немного и я просто распадусь на атомы, подошла ко мне и обняла. Крепко обнимала её в ответ, благодарная за поддержку.

– Ты не стала с ним говорить? – мягко интересуется.

Качаю головой.

– Нет. Не верю ему больше. Не вижу смысла в этих разговорах.

Отпускаю Марью, вытирая слёзы рукавом рубашки.

Она тяжело вздыхает. Словно хочет поспорить со мной, но не решается.

– Девочка, ты только не совершай поступков, о которых потом пожалеешь. Не действуй сгоряча.

Слушать эти речь было невыносимо даже от человека, не желавшего мне зла.

– Марат уже все поступки, какие мог, совершил.

Поняв, что я не готова к диалогу, Марья заставила меня поесть. И если бы не беременность, я не смогла бы проглотить и кусочка. Вкус еды совершенно не ощущался. Чувство голода притупилось. Только слабость говорила о том, что я довожу себя до истощения.

Должно быть, не получив от меня ответа, Илья отправил ещё СМС. И когда оно всплыло, я обнаружила, что он написал мне сообщение почти сразу.

«Давай встретимся, всё обсудим».

Меня воротило из-за необходимости просить у кого-то помощи. Тем более у Ильи. Но пока ничего не оставалось, кроме как засунуть свою гордость подальше.

Приведя себя в более пристойный вид, добрела до парка, где назначила место встречи. Вопреки моему настроению, погода радовала. Солнечная, морозная. Снег ровным блестящим слоем покрывал землю. На мгновение я представила, как играю в снежки с ребёнком. И в эту мечту тут же влился Марат. Как привычный атрибут всех моих фантазий.