Черный Волк, Белый Ворон (СИ) - Стинг Ксения - Страница 25

Борис и Маша оседлали лошадей и закрепили все сумки и мешки. Пришло время прощаться. Веда поджала нижнюю губу, Мила сделала то же самое.

— Будьте осторожны, — девушка прижала травницу к себе, поправляя ее заплетенные в хвост волосы. — Никто не ходит сейчас на ту сторону. Все бегут сюда, везут все, что копили годами. Проход перестали быть безопасным, разбойников стало больше. Игорь поэтому и уехал, ему нужны люди. Тех, что есть в Нижнем Горьевске, недостаточно. Я могу распорядиться, с вами пойдет несколько стражей. Но всего несколько, — Мила грустно выдохнула, понимая, что не в силах помочь чем-то еще.

— Стражи должны защищать город, не стоит тратить их на нас. Я смогу защитить себя и Веду, поверь мне, — ответила на предложение Владислав.

— Но…

— Никаких «но», Мила. Влад прав. Тем более скрываться проще вдвоем, если нас будет больше, то и заметить нас проще. Не хочешь верить малознакомому парню, поверь мне. Я знаю, как быть незаметной, — отчеканила травница, и хозяйка дома не сразу, но кивнула.

— Вечно ты так, Слава, — качнула светлыми волосами девушка, а затем взгляд ее светлых глаз стал неожиданно жестким. — Попробуй только не защитить ее, Влад! Ты понял меня?

Охотник с улыбкой кивнул, он сделает все, чтобы они пересекли Мертвый Хребет и остались целы. Чтобы его травница осталась цела.

— Мы еще увидимся, Мила. Я тебе обещаю, — тихо сказала Ведеслава, вновь обнимая подругу, и залезла на Весну. — До встречи.

— Очень рад знакомству, Мила, — кивнул Влад, сидя на Призраке. — И до встречи.

— До встречи, — эхом отозвалась хозяйка.

Охотник и травница медленно удалялись от особняка Милы. Девушка даже спустя десять минут езды по заполненной улочке чувствовала спиной взгляд подруги.

Влад несколько раз хотел завести разговор, но останавливался, понимая, что разговор точно закончится после его первой фразы.

Когда они подъехали к выезду из города, проходящие и проезжающие мимо жители смотрели на них искоса. Мила была права, они единственные, кто хотел покинуть город именно с этой стороны, кто хотел выйти к Мертвому Хребту.

Их снова проверили, записав в книгу. На этот раз никто не решил поговорить ни с девушкой, ни с парнем.

— Красиво, — тихо сказала травница, когда они оказались у подножья. — Мы с бабушкой шли тут, только в тот раз все выглядело намного опаснее. Может из-за снега, может я была трусливой девчонкой.

— Никогда не поверю, — ответил Влад, хлопая по плечу Призрака.

— Что снег наводит ужас? — усмехнулась Веда.

— Что ты когда-то была трусливой девчонкой, — ответил он, толкая пятками коня.

Через Мертвый Хребет шло две дороги. Одна на ту сторону, другая на эту. Это сделали для того, чтобы путники не сталкивались на узких участках и могли идти спокойно вместе с лошадьми и даже телегами.

Яркие цвета лета, которые сопровождали их весь прошлый путь, сейчас резко сменились на серость и мрачность камня. Ветер угрюмо свистел между расщелинами, наигрывая только одному ему известную мелодию.

Лошади шли рядом друг с другом, но по мнению Веды дорога все равно была опасной для кареты или телеги. Она даже представить себе не могла, как здесь когда-то шел караван с мужем Милы. Высоты она не боялась, но все же сорваться вниз вместе с Весной очень не хотела. Глупо умереть вот так просто.

Девушка старалась отвлечь себя, забыться в разглядывании скучных, однотонных пейзажей, но не выходило. Мысли продолжали упрямо возвращать ее к Владу. К тому, что произошло ночью. К его кошмарам, к его крикам.

Ведеслава понимала, она не знала Охотника. Его прошлое все еще было темным пятном, да и настоящий Влад был изучен всего лишь на небольшую часть. То, что она успела осознать за несколько дней их короткого путешествия. Мало, очень мало.

Сильный, отчаянно смелый член ордена Белого Ворона. Тот, кто вышел против Болотного Змея и победил, кто бросился в лесную чащу, думая, что травнице грозит страшная опасность, тот, кто спас ее от пьяницы… И он боится чего-то, боится настолько, что готов орать до скрипа и боли в горле, лишь бы его не тронули.

Веде не хотелось думать, что это что-то связанное с детством. Лучше бы Влад просто боялся тварей Чернобога, или кого-то еще. Так было бы намного проще. Но жизнь добра лишь к тем, кто уже мертв.

Охотник почувствовал на себе чужой взгляд и повернулся. Посмотрел в чужие, привычно холодные глаза. Но в этот раз девушка отчего-то вздрогнула, резко отворачиваясь. Ее сердце неприятно ударилось о ребра, а дыхание на мгновение сбилось. Но уже через несколько секунд Ведеслава как ни в чем не бывало смотрела вперед, почесывая шею весны двумя пальцами.

Влад улыбнулся. Веда напоминала ему нахохлившегося после нескольких неравных битв птенца. Сокола или ястреба, может ворона. Такой выглядит совсем безобидно, даже забавно, но уже сейчас может клюнуть так, что кровь несомненно выступит. А как подрастет, так и вовсе глаза лишить может и лицо изуродовать.

Только пока парень не мог решить, была ли Веда на самом деле просто птенцом, или только делала вид, давно превратившись в опасную птицу? Но он точно хотел бы узнать все, что с ней связано. Услышать, как она получила этот страшный шрам на спине. В ответ он бы без страха быть осужденным рассказал о двух своих отметинах на руках. Это был бы честный обмен правдой. Возможно, позже он и предложит ей его совершить, но точно не сейчас.

Сейчас он пожирал себя за то, что девушка видела его жалкое состояние во время кошмаров. Такая нелепость! Он дал обещание защитить ее от любой опасности, а сам не может справиться с тем, что преследует его во сне. Отчего-то ему было даже стыдно. Охотников за слабость презирают. Слабый охотник — мертвый охотник. Так говорил ему его наставник.

Может быть, Влад неопытен, побывав всего лишь в нескольких битвах с нечистью, но все же слабым его назвать тяжело. В Вороньем Доме он всегда был одним из лучших на тренировочных сражениях. А про его кошмары никто и не знал.

Влад ехал и думал, иногда поглядывал на ровную спину молчаливой девушки, потом начинал рассматривать окружающие их скудные виды. Высоко над головами пролетали крикливые птицы, ищущие, чем бы поживиться. Чем выше поднимались травница и охотник, тем холоднее становился совсем уж не летний ветер.

Они петляли по дороге, проходя крутые повороты, граничащие с обрывом. От такого захватывало дух и бежали по коже мурашки. Но большая часть пути была более чем безопасной и не стоило переживать о возможном падении вниз.

Пальцы Веды начали потихоньку замерзать, но она упрямо терпела, пока и вовсе перестала их нормально разгибать. Тогда она полезла за перчатками, которые уж очень не любила носить даже зимой, обычно пряча руки в рукавах одежды или карманах.

Воронья метка грела Влада, и охотник ей даже не застегнув полностью свой кафтан. И не такой холод он переживал, когда тренировался, а тогда Белобог еще не успел выбрать его.

Все стало совсем туго, когда начался дождь. Тучи налетели так резко, что путники и понять ничего не успели, когда на них обрушилась тысяча крупных капель. Веда и Влад промокли моментально. Пришпорив коней, они бросились к ближайшей пещере, которая использовалась для перевалок и отдыха. Там всегда был сухой хворост для костра, иногда оставалась вода от прошлых путешественников.

Травница спрыгнула с коня первой, бормоча что-то о собственной забывчивости и подношениях. Недовольно сбросила на землю часть промокшей одежды и принялась за то, чтобы развязать прилипшие к коже влажные волосы.

Они прошли не так много, как хотели. Пока небо было ясным, они планировали ехать до самой ночи, если бы света луны было достаточно для освещения дороги. Сейчас же солнце только начало крениться к горизонту, и в запасе было еще несколько часов, но дождь помешал.

Пока девушка шипела от злости на погоду, Влад развел костер и расседлал лошадей, позволяя им передохнуть. Затем сам начал переодеваться, ловя на себе быстрые взгляды травницы. Благо, запасной одежды они взяли достаточно.