Черный Волк, Белый Ворон (СИ) - Стинг Ксения - Страница 29

Он подбежал к лошадям, отталкивая людей, прильнул к белоснежной, влажной от пота шее. Конь издал утробное ржание, приветствуя хозяина. Весна осталась холодна, никак не отреагировав на встречу с охотником, лишь предупреждающе поглядывала на окруживших её людей. Влад помог отвести животных в конюшню и, только когда убедился, что они в полном порядке и безопасности, направился за ожидающей его прислугой.

Он лежал в кровати долго, не в силах заснуть, хотя плотные шторы были задернуты и не пускали в комнату яркий свет. Он думал, как там Веда. Может, ему стоило пойти к ней в комнату, посидеть рядом, проследить, что она спит спокойно и ей не больно. Потом решил, что к ней, скорее всего, приставили сиделку, или Захар остался с ней. Только вот вряд ли Ведеславе понравится просыпаться в обществе незнакомых людей. Всё же стоит сходить к ней.

Влад метался в раздумьях, то практически вставал, собираясь к девушке, то вновь утопал в мягкой подушке. Так и уснул, слегка тревожным сном с несколькими пугающими сновидениями.

Веда очнулась с хриплым кашлем и болью в плече. Всю левую сторону и грудь сковывало из-за плотно затянутых бинтов. Проклятье, ей надо обучить Влада своим настойкам и тому, как правильно бинтовать человека, чтобы не перетягивать ему сосуды и суставы.

Она замерла, только сейчас понимая, ей помогал не Влад, его вообще рядом нет. А она не в какой-то пещере, куда бы смог донести её охотник, а в чужом доме и чужой кровати. Мысли в голове путались, девушка огляделась, думая о двух вещах: где сейчас парень и лошади, и что им стоит выбираться.

Она огляделась, тут же замечая большие ножницы на маленьком столике у кровати, такими обычно режут бинты, и концы у них тупые, но ничего, на первое время Ведеславе хватит. С небольшим усилием она встала на ноги, с трудом накинула рубаху на голый верх тела и медленно пошла к двери. Выглянула в коридор, мысленно оценивая дорогую, деревянную отделку вокруг, дом был в разы дороже и по ощущениям больше дома Милы.

Слева с легким шорохом открылась дверь, и появился сухой старик, держащий в руках несколько склянок с разноцветными жидкостями. Заметив девушку, он было открыл рот, но сказать ничего не успел, Веда рванула в противоположную от него сторону.

Бежала быстро, сама не зная куда, скользя на поворотах. Хотела как можно скорее отыскать Влада и спросить его, что здесь происходит и где они вообще находятся. И на очередной развилке ее маленькое желание сбылось, она налетела на охотника, чудом не сбив его с ног. Он покосился на ножницы в ее руках, подмечая для себя, что травница найдет себе оружие в любом месте, а затем прижал к себе. Обнял за плечи, прикоснулся теплыми пальцами к шее, вдохнул травяной запах запутанных волос.

Ножницы выпали из ее ладони и с грохотом приземлились на деревянный пол. Веда опешила от поведения Влада, дыхание перехватило, что-то больно шевельнулось в районе солнечного сплетения. Она думала, что объятия будут продолжаться недолго, что охотник вот-вот ее отпустит, но он не отпускал. И отчего-то девушке захотелось поддаться этому приятному чувству, которое дарит ей тепло тела Гордеева. Она осторожно приподняла руки и обвила его талию, ощущая, как напрягаются мышцы от прикосновений.

Потом прижалась щекой к груди, сама не понимая, зачем. Влад тут же зарылся пальцами в ее волосы на затылке, неторопливо, нежно поглаживая. Девушке на мгновение показалось, что он прижался губами к ее макушке, но она не успела распробовать это чувство и определиться наверняка, когда ковыляющий за ней Захар, наконец-то смог ее догнать.

— Госпожа! Куда же вы убежали, госпожа? Вам требуется лежать, и пора бинты заменить, эти грязные уже поди, — пыхтел старик, тряся все теми же бутылочками.

Веда тут же отпустила Влада, оказываясь рядом с ним, смерила лекаря тяжелым взглядом, а потом подняла глаза к парню, требуя объяснений.

— Я не госпожа, — буркнула она, перед тем как охотник заговорил.

— Не беспокойся, Захар. С Ведеславой все в порядке, она всегда бегает после пробуждения, помогает телу проснуться, — усмехнулся Владислав, уже сейчас зная, что эта маленькая шутка ему дорого обойдется. — Давай мне настойки, мы справимся сами.

Он, не дожидаясь, когда старик начнет сопротивляться и возмущаться, выхватил у него бутылочки и повел девушку обратно к комнате.

— Выброси это, бесполезная вещь, у меня плечо до сих пор болит, — сказала Веда, когда они отошли подальше от Захара. — Мне бы сумку мою.

— Я знал, что ты это скажешь. Все в твоей комнате, из которой ты сбежала. Скажешь мне, что надо сделать, и я помогу справиться с плечом, — продолжил улыбаться охотник.

Травница неожиданно послушно кивнула, только и думая о том, как крепко пальцы Влада держат ее за руку.

Веда следила за тем, как парень копается в ее сумке, доставая все, что находит. Она хотела уже несколько раз его остановить, говоря, что сама прекрасно справится, но Владислав только махал на нее рукой, прося помолчать и принять помощь.

— Мы в доме у моего дяди, помнишь, я говорил о нем? — сказал Гордеев, поднимая глаза на девушку. Понял, что забыла, от того и выбежала в панике из комнаты. — Ты долго спала, уже три часа. Я сказал дяде, что мы останемся здесь на ночь, чтобы ты отдохнула.

Травница согласна кивнула, думая, что расспросит Влада позже про его дядю, сейчас ей доставляло удовольствие, наблюдать за его действиями.

Закончив копаться в сумке, он с легкой беспомощностью оглядел все бутылочки, мешочки, коробочки, которых было достаточно много. Наугад потянулся к одной бутылочке с прозрачной, слегка желтоватой жидкостью.

— Если ты решил, что рука мне больше не нужна, то давай, смелее, — на выдохе произнесла Веда, выгибая бровь. Она не знала, чем именно обработал ее рану Захар, но чувствовала, что еще немного, и снова пойдет кровь, из-за того, что она начала двигаться.

— Я просто хочу знать, что из этого убивает, а что лечит. Чтобы мог помогать тебе и себе самостоятельно, — начал бубнить Влад, протягивая руку к какой-то коробочке.

— У тебя есть я. Ты меня для чего с собой взял? — спросила она, опираясь спиной о спинку кровати. — И не трогай это, пожалуйста.

— Тебя тоже могут ранить, если не заметила, — фыркнул охотник.

— Все, что помечено белым, — для лечения. В коробочках мази для ран, в бутылочках — настойки, если что-то болит внутри, в мешочках — ингредиенты, — смиловалась Ведеслава, сразу замечая, как воспрял духом Влад, тут же хватая ближайшую к нему белую коробочку.

Мазь пахла неприятно, но взглянув в зеленые глаза, парень понял, что на этот раз выбрал верно. Взяв бинты, он подошел к травнице, которая молча подкалывала волосы, чтобы они не мешались, а затем развернулся к охотнику спиной, сам разрезая повязки и снимая рубаху, прикрывая ей грудь.

Она знала, что Влад смотрит на ее шрам, обводит его взглядом, меняясь в лице. Веда надеялась, что он не будет спрашивать и не будет прикасаться к нему. И парень действительно молчал и не трогал, помнил, что было в прошлый раз. Старался не думать о грубой полосе, пересекающей всю спину, и о том, кто именно посмел причинить девушке такую боль, и как она смогла ее вытерпеть. И почему остался след, если при ее умениях и умениях ее бабушки раны исчезают бесследно.

Осторожно зачерпнув пальцами мазь, довольно холодную, он, прежде чем наносить ее девушке на рану, погрел ее в ладонях. Несмотря на возражения Ведеславы относительно помощи Захара, ее плечо уже начало заживать, хоть и намного медленнее, чем от приготовленных ею средств.

Нагрев мази, Влад аккуратно прикоснулся к коже, намазывая края небольшой раны от стрелы, затем перешел к центру. Он мог поклясться, что уже сейчас видит, как увечье начало заживать.

— Повернись ко мне, — тихо попросил Влад, и Веда молча выполнила просьбу.

Теперь она смотрела ему в глаза, слегка наклонив голову в сторону, чтобы охотнику было удобнее. Он постарался выдохнуть тихо и незаметно, но девушка это заметила, ее губы странно дрогнули. Парень повторил все свои действия, но только наклонился ниже, отчего челка упала ему на лоб и глаза. Нервно сдув светлые пряди, он заканчивал наносить мазь, и вернул взгляд к ее лицу.