Измена. (не) Любимая жена (СИ) - Зорина Лада - Страница 29

Герман успел подавить неуместное желание рассмеяться. Он был прав — жену его слова поразили. Наверное, стоило записать этот плюс себе в карму.

Да, определённо стоило. Потому что теперь её голос звучал увереннее, и она перестала так сильно запинаться.

— Я действительно надеюсь, что ты не поймёшь мой вопрос превратно. Просто… ситуация сложилась очень уж необычная. Ты упоминал, что решал личные вопросы. Я не стала лезть с расспросами. Но… Алексеев пропал. На звонки не отвечает. Ты же… ты с ним не виделся?

Теперь и он не удержался, приподнял брови в немом удивлении как минимум по двум причинам. Значит, Лиля всё-таки согласна предположить, что он мог настолько сорваться с цепи… И значит, Алексеев действительно куда-то запропастился, раз не один он его ищет. Его кто-то предупредил? Сам почуял неладное? Если да, то почему именно сейчас?

— Если ты предполагаешь, что я мог стать причиной его внезапной пропажи, то вынужден разочаровать — я не имею никакого к ней отношения. В глаза не видел вашего Алексеева.

Ему показалось или в трубке действительно послышался вздох облегчения? Видимо, всё-таки не показалось, потому что после недолгой паузы Лиля ответила:

— Ты не разочаровал. Скорее наоборот.

Но прежде чем он нашёлся с ответом, добавила:

— Это всё, что мне нужно было знать. Спасибо. Мне нужно возвращаться к работе.

Он вспомнил всё, что рассказала ему Ольга, и всё-таки не удержался:

— Больше ничего не хочешь мне рассказать?

Снова пауза, и робкое:

— Нет.

Но она всё-таки вознаградила его за терпение и отказ от попыток на неё надавить.

— Вчера я тебе не сказала, что заезжала в твой офис. Собственно, ради этого и заезжала. Хотела спросить про Алексеева. Но потом… потом перенервничала и вообще ничего не спросила. Хоть и могла. В машине и… и дома.

— Понял, — он пытался подавить дурацкую радость от того простого факта, что она не стала играть с ним в тайны-загадки. — Спасибо, что рассказала.

— Не за что. Хорошего рабочего дня.

— И тебе, — едва успел отреагировать он, прежде чем она отключилась.

Радоваться всё-таки было слишком уж рано. Потому что Лиля не стала ему признаваться, что не просто в офисе у него побывала. Она ещё и с Мариной успела поговорить. Да так «удачно», что уехала из его офиса в слезах.

Но ничего, он и об этом всю правду узнает. Даже если ему придётся силой вытряхивать её из своей подчинённой.

Герман покосился на экран по-прежнему открытого видеоплеера на ноутбуке. На стоп-кадре неплохо угадывалось лицо Алексеева.

— Куда ж ты, козлиная морда, запропастился? — пробормотал он, и в этот момент в дверь постучали.

— Не помешал? — на пороге нарисовался Артур.

— Не помешал, — Герман встал из-за стола.

Кажется, переговорами его день наполнится ещё до начала тех самых деловых переговоров.

Вот только кто ж знал, что диалог с младшим братом станет самым важным и ценным для него за весь этот день…

Глава 46

— Я ненадолго, — Артур прикрыл за собой дверь и послал старшему брату виноватую улыбку. — Но всё-таки чашку кофе у Ольги твоей попросил.

Герман хмыкнул, кивнул. Упоминание имени секретарши, однако, заставило его вспомнить:

— Слушай, ты случайно Игнатьеву сегодня не видел?

Артур наморщил лоб, припоминая.

— Сегодня точно не видел. Вчера пару раз пересекались… А что?

— А то что она вконец обнаглела. Рабочий день давно начался, а её нет на месте. И телефон не отвечает.

— Ну, Марина это Марина, — развёл руками Артур. — Она вроде бы вчера упоминала, что у неё сегодня какие-то дела, но я думал, она о делах фирмы говорила. Если честно, я особо не вслушивался. Сам вчера был занят по горло.

Герман не обратил внимания на извиняющийся тон брата — он ни в чём его не винил. Артур и так его вчера неплохо прикрыл, пока он сбросил на него все первостепенные обязанности и свои личные дела разрулить пытался.

— Пора эту дичь прекращать.

— Ты о чём?

— О Марине.

Артур приподнял брови, ожидая хоть каких-нибудь вменяемых пояснений.

— Она уверовала в свою безнаказанность.

Обрывки рассказанного Ольгой всплывали в мозгу, заставляя сцеплять зубы в усилии не проговориться. Ни к чему грузить младшего своими личными проблемами. Плакаться он ему не собирался. И на свою сторону перетягивать тоже.

Артур ценил в Марине её исполнительность и деловую хватку. Она действительно очень удачно дополняла команду. Пока не вообразила, что ей всё позволено. Пока не начала открыто вредить его жизни.

— Слушай, ты тут хозяин. Я тебе не указ, — Артур смотрел на него с видом искренне озабоченного человека. — Но ты с плеча не рубил бы…

— Шутишь? — Герман раздражённо покосился на брата. — С какого плеча, если её выходки начались далеко не вчера?

— Да я всё понимаю, но… ну, знаешь, она друг семьи, и её родители…

— Да плевать я хотел, — аргументы младшего брата оказались предсказуемы до зубовного скрежета. — Ты разве сам не понимаешь, что такая позиция никакой критики не выдерживает? Если отец с матерью души в ней не чают, я тоже должен в задницу её целовать?

— Уж она-то не отказалась бы, — пробормотал Артур, и Герман, не выбирая особенно выражений, выругался.

— Блин, Герман, ну не бесись. Ты ж понимаешь, о чём я! — Артур от досады запустил пятерню в свою тёмную шевелюру. — Я вообще считаю, что она потому так и старается, что у тебя под боком работает. Ну, типа, пытается тебя впечатлить. Ей на фирму по большому-то счёту плевать, а деньги ей и папочка может давать.

— Вот пусть и даёт.

— Дело твоё, — вздохнул Артур. — О том, что это лишний повод с родителями любезностями обменяться, я заводить разговоров не буду. Вы и так на ножах.

Герман бросил на брата взгляд исподлобья:

— Кстати, как день рожденья отметили?

Артур скривился:

— Сам как думаешь? Мать весь вечер вздыхала и трепала нервы отцу. Она не теряет надежды вас помирить.

— По поводу примирения я ей всё объяснил.

Артур кивнул:

— Я понимаю. И здесь я на твоей стороне. Отец… он странную позицию занял.

— Артур, я не ожидаю от тебя порицаний его мудачества, — Герман устало повёл плечами в надежде расслабить напряжённые мышцы. — Мне просто без разницы, решит он что-то делать с этим или нет. Я знаю, чего точно не сделаю я. Не сдам назад, не пойду на примирение, пока он не извиниться перед Лилей.

Артур прочистил горло прежде, чем спросить:

— Кгм… а как… как у вас-то там… с Лилей?

Конечно. Такого вопроса стоило ожидать. И он ценил, что брату было всё-таки не наплевать на то, что творилось в его жизни за пределами фирмы.

— Сложно, — лучшего ответа он, к сожалению, пока не нашёл.

— Просто… раз уж ты до сих пор так принципиально настроен по отношению к отцу… ну, я к тому, что... я надеюсь, у вас там как-то всё уладится.

Надеяться мало. Действовать нужно, пока для надежды ещё оставалось хоть какое-то место.

И он пытался, но на каждом шагу обнаруживались всё новые тайны и новые, мать его, неожиданные препятствия.

— Я тоже, — успел он ответить, прежде чем раздался деликатный стук в дверь, и Ольга внесла Артуру его свежесваренный кофе.

Она опустила разнос на столешницу, потянулась за опустевшей кружкой начальства:

— А вам, Герман Александрович, нового не сварить?

Герман мотнул головой:

— Игнатьева так и не появлялась?

Спросил для проформы. Знал же: если бы появилась, его секретарь тотчас же доложила бы.

Ольга покачала головой и по его молчаливому знаку удалилась из кабинета.

Артур невольно скосил взгляд на часы и вздохнул.

— М-да, что-то Марина и впрямь…

Герман перехватил его взгляд:

— Рад, что ты меня понимаешь.

Артур подошёл к столу, чтобы забрать свою кружку, поднял глаза на экран раскрытого ноутбука и на мгновение застыл.

Герман про себя чертыхнулся — на экране так и остался стоп-кадр остановленного видео с камер с бредущим по коридору Алексеевым.