Академия Дивинат, или Светлая для Темного принца (СИ) - Вин Милена - Страница 7

Впрочем, я догадывался, какова причина такого поведения. И сразу убедился в этом, как только Уилл нашел в толпе ту, что смогла выбить его из колеи.

Кэтрин.

Моя маленькая хитрая колдунья при желании могла очаровать любого, но Уильям долгие годы противился ее врожденным чарам — красоте и изысканности. В то время как она была от него без ума, будущий герцог оставался непреклонным, относясь к ней как к младшей сестре. Возможно, дело даже не в том, что она ему не симпатизирует как девушка, а в том, что он боится реакции короля Дерил-де-Лоя на ухаживания за его дочерью. Страх вполне оправдан, ведь Кэт с ранних лет обещана принцу из Сандарино, королевства эльфов. Разменная монетка, и от такого статуса не так-то просто избавиться.

Нашим участям нельзя позавидовать. Я тоже должен в скором времени жениться, но загвоздка в том, что жена — правильная, подходящая по одному важному параметру — еще не нашлась.

— Отличный бой, Ваше Высочество.

Передо мной замерла Софи с улыбкой милой, но уже настолько очерствевшей, что при виде нее возникает одна реакция — хочется скривиться и молча уйти. Прадес явно и сильно старается угодить мне, понравиться и набиться в невесты. Если закрыть глаза на скверный характер, который иногда проскальзывает в разговоре не со мной, то она могла бы стать отличной женой и королевой. Красива, изящна, с ярко-рыжими кудрями, своим оттенком указывающими на ее глубокую привязанность к огню. Да и знакомы мы с детства, дружили, пока Прадес не воспылала ко мне вовсе не дружескими чувствами…

Но в ней нет главного: способности стать сосудом. В адептке плещется мощное пламя, не утихает и может дать моему огню достойный отпор. Его нельзя подчинить в отличие от огня других стихийников. В ее источнике нет места для моей магии, а это все, что мне нужно от будущей жены — чтобы она забрала часть моих сил, пока те не разорвали меня изнутри.

Такого исключительного экземпляра я еще не встречал. Хаос меня побери… Почему в Эрисфейле нет ни одной слабой чернокнижницы?

— И это вы называете отличным боем?

На громкий, пропитанный вызовом и легким пренебрежением голос тут же отреагировали многие из собравшихся. В том числе и я.

Но я не ожидал услышать ее столь скоро.

Девушка из конюшни. Нахалка, притворившаяся любовницей Смотрителя Арсенала. Она хоть в курсе, что Итан до жути верен своей невесте и души в ней не чает?

Похоже, что нет. Хотя вполне возможно, что она имела в виду другого Итана: есть еще парочка в академии. Но один из них женат, второй свободный первокурсник. И лишь у одного Итана есть невеста.

Она не удивилась, когда я сказал о наличии у Смотрителя нареченной. Значит, либо была готова к подобной информации, заранее зная об этом, либо искусно притворялась. К последнему я склоняюсь больше, потому что…

… есть в этой девице что-то, что сильно напрягает и настораживает. Не дерзость во взгляде и тоне, не холодность облика и даже не острое внимание. Это нечто внутри, прямо у ее источника магии. То, чего не видно. То, чего я не чувствую.

В самом деле не чувствую — ни малейшего всплеска энергии. В отличие от остальных магов я острее улавливаю магию, а потому могу предугадать ход противника или определить, обессилен ли он. Но эта девушка словно пуста.

Пустой сосуд.

Нет. Абсурд. Даже и думать об этом не хочу. Кто угодно, но только не она. Конечно, я мог бы представить ее в роли своей жены, если бы наше знакомство случилось иным образом, отличным от того, что произошло ночью.

Вероятнее всего, нахалка меня ненавидит. И вчера, и прямо в эту секунду я вижу неприязнь в ее холодных серых глазах.

— Чем же тебе не понравился поединок? — вступилась Прадес. Ожидаемая реакция, но не к месту. — Его Высочество и Уилл всегда показывают высший класс в бою. Но когда они борются друг против друга — это захватывающее зрелище.

Медленно сбросив с плеча убранные в высокий хвост мглисто-черные волосы, девушка хмыкнула и намеренно выступила вперед, выбиваясь из толпы и оказываясь в кругу.

— Может, это и выглядит захватывающе… — начала она, скользнув по мне изучающим взглядом, — ... но лишь из-за крыльев. Они твое преимущество, Высочество. Огромное преимущество. За твоей спиной колышется оружие, способное уложить на лопатки всех во дворе. Поэтому ваш поединок лишен честности. А такие поединки — скука смертная. У них один исход: принц в любом случае выйдет победителем.

Она слегка перегнула палку. Всех победить я не смогу. По крайней мере, не сразу… Но, наверное, кое в чем она права.

Мои крылья действительно ценность и сила. Хотя в детстве они были подобны огромным мешкам с булыжниками, водруженным на спину. Было тяжело, крайне тяжело. Я был медленным, неуклюжим, легкой мишенью. Но со временем приловчился справляться с этой тяжестью, обратил ее в свое оружие и научился использовать в бою.

Крылья не мое бремя. Они величие и дар — наперекор всем слухам — но не главное оружие, а всего лишь часть меня.

От которой можно на время избавиться.

Я сделал шаг к девушке, оказываясь ближе, но недостаточно, чтобы уловить ее дыхание.

— Жизнь сурова, девочка. С какой стати она должна преподносить тебе слабых или равных по силе противников? Встречи с сильными неизбежны, и неважно, сколько мощи в них заключено: можно победить любого. Достаточно проявить смекалку.

Я посмотрел на нее в упор, но не уловил ни тени страха. Ничего, кроме выраженного отвращения. Любопытно, чем оно вызвано?

— Но раз уж мои крылья столь сильно мозолят глаза, я тебе уступлю. В этот раз.

— Рей… — начал было Уилл, но я остановил его жестом руки.

Напряг мышцы спины до боли в лопатках и, почувствовав, как крылья вздрогнули, резко расслабился, позволяя им расправиться и начать… опадать.

Я проделываю это уже не первый раз, но каждый приносит такие же боль и облегчение, какие возникли, когда я впервые сбросил со спины крылья. Перья закружились вокруг смерчем и, стремительно обратившись в воронов, дернулись вверх. Громадная черная стая сомкнулась высоко над нашими головами, закрыв путь солнечным лучам, а после, следуя мановению моей руки, вороны разлетелись в стороны. Кто-то скрылся в кронах деревьев, другие устроились на каменных навесах, выступах в окнах и на черепице крыш. На нас воззрилось множество горящих фиолетовым огнем мелких глазенок.

Живые. Мои крылья всегда были живыми. Всю жизнь помогали и одновременно губили.

— Теперь я стал для тебя равным противником? — спросил, заметив, как удивление все же промелькнуло на светлом лице. Всеми силами подавляемое удивление. — Сразимся?

— Бросьте, Ваше Высочество, — вдруг усмехнулась Прадес, не глядя на меня, почти все это время сверля взглядом нахалку. — Она и минуты не продержится.

Та скосила на нее глаза, выражающие неподдельную жестокость — говорящую, едва ли не кричащую жестокость, — но быстро вернула взгляд ко мне.

— Не посмею отказать тебе. Но при условии, — произнесла с натянутой улыбкой. Когда я кивнул, она продолжила: — Если я продержусь с тобой в бою минуту, ты исполнишь одно мое желание.

Какой интересный ход…

Что она задумала? Желает обогатиться, выведать тайны? Каким будет желание, если она победит?

Если.

Справится ли?

— Что получу взамен? — отбросив сомнения и терзающие вопросы, я сосредоточил все свое внимание на ней.

В ответ она повела плечами.

— Что захочешь. Твой выигрыш, как и мой, — желание.

Впечатляющее хладнокровие. Ночью она была довольно взволнована, хоть и пыталась это скрыть. Но сейчас ее спокойствию можно позавидовать. Это говорило о том, что она умелый воин и умеет держать эмоции под контролем. Ее не стоит недооценивать.

Будет не совсем просто, но это даже интересно.

— Я согласен.

Протянул руку, и она смело ее пожала. В серых глазах при этом появилось нечто похожее на победный блеск.

— Мое имя Элин. Запомни его, ведь я буду первой в этой академии, кто справится с тобой за двадцать секунд. Ровно двадцать. Даже не минута…