Древо ангела - Райли Люсинда - Страница 11

Следующие полчаса Грета провела, крепко зажмурившись и со сжатыми в кулак пальцами, побелевшими от напряжения. Наконец машина остановилась так резко, что Грета чуть не вылетела на капот через маленькое ветровое стекло.

– Будь такой милочкой, открой ворота, ладно?

Грета, дрожа, чуть не выпала из машины. Пройдя вперед, в свете фар она распахнула, толкнув, две огромные створки тяжелых кованых ворот. На стене возле одной из них была вычурная бронзовая дощечка с выгравированным на ней словом «МАРЧМОНТ». Машина въехала внутрь, и Грета закрыла за ней ворота.

– Садись, дорогая. Почти доехали! – прокричала шофер сквозь рев мотора.

Грета торопливо вернулась в машину, и они поехали по извилистой дорожке.

– Приехали. Это Большой Дом. – Машина резко встала, и водительница выскочила из нее, схватив с заднего сиденья Гретины чемоданы. – Дом, милый дом.

Выйдя из машины, Грета смотрела, как женщина идет мимо растущих неподалеку деревьев, освещенных яркой луной. Нервно поспешив за ней, она с облегчением вздохнула, увидев небольшой домик. В окне горела керосиновая лампа, освещавшая помещение теплым желтым светом. Женщина открыла дверь, и они вошли.

– Ну вот, – женщина сняла очки и повернулась к Грете лицом. – Вот оно. Как вам кажется, вас устроит?

Это была первая возможность Греты разглядеть свою компаньонку, и ее тут же поразило сходство этой женщины с ее сыном. Она была очень высокой, с длинными руками и ногами, с яркими зелеными глазами и копной растрепанных ветром седых волос с короткой, удобной стрижкой. На ней были вельветовые бриджи, кожаные ботинки до колен и твидовый жакет по фигуре, который казался одновременно и мужским, и очень элегантным.

Грета оглядела уютную обстановку дома, с особой благодарностью отметив камин и тлеющие в нем угли.

– Да. Тут просто чудесно.

– Хорошо. Боюсь, тут только самое необходимое. Сюда пока не подвели электричество. Мы как раз собирались это сделать, но тут началась война. Туалет на улице, на кухне есть жестяное корыто для праздников и торжеств, но его так долго наполнять, что проще помыться в раковине.

Женщина подошла к очагу, взяла кочергу, поворошила угли и подкинула к ним три бревна из корзинки, стоящей рядом.

– Вот так. Я растопила, перед тем как поехать за вами. Керосин для лампы в канистре в туалете, дрова в сарае позади дома, и я положила в чулан молока, свежего хлеба и сыра вам на ужин. Уверена, что вы проголодались. Поставьте чайник на плиту, он моментально вскипит. И не забывайте подкидывать дрова по утрам. Насколько я помню, страшно прожорливая штука. А теперь я должна идти. Боюсь, мы потеряли овцу. Подозреваем, она свалилась в колодец. Дэвид сказал, вы вполне самостоятельная девушка, но я загляну утром, когда вы уже освоитесь. Между прочим, я – Лаура-Джейн Марчмонт. – Она резко протянула Грете руку. – Но все зовут меня ЭлДжей. И вы можете тоже. До свидания.

Дверь хлопнула, и она исчезла.

Грета растерянно покачала головой, вздохнула и опустилась в обшарпанное, но удобное кресло перед огнем. Она была голодна, и просто до смерти хотела чашку чая, но сперва ей надо было посидеть хотя бы несколько минут и прийти в себя после всех испытаний этого дня.

Она смотрела в огонь, размышляя о женщине, которая только что ушла. Какой бы она ни ожидала увидеть мать Таффи, Лаура-Джейн Марчмонт такой не была. Если честно, она представляла себе простую сельскую вдовушку с пухлыми красными щеками и детородными бедрами. Она оглядела свой новый дом, внимательно присматриваясь к окружающей обстановке.

Маленькая гостиная с прелестным бревенчатым потолком и большим встроенным камином, занимающим целую стену. Обстановка была минимальной – только кресло, боковой столик и покосившийся шкаф, заполненный книгами. Она распахнула закрытую на задвижку дверь и, спустившись на две ступеньки, прошла в маленькую кухню. Там были раковина, буфет с разной разрозненной посудой, чулан, в котором она нашла буханку свежего хлеба, ломоть сыра, масло, несколько консервных банок супа и полдюжины яблок. Открыв заднюю дверь, она увидела слева погреб, играющий роль туалета.

Скрипучая лестница вела из кухни к двери наверху, за которой находилась спальня. Комната с низкими потолками почти целиком была занята большой кроватью из кованого железа, покрытой веселым лоскутным одеялом. Керосиновая лампа светила теплым неярким светом. Грета кинула мечтательный взгляд на кровать, но решила, что ради своего и ребенка благополучия должна что-нибудь поесть перед сном.

Поужинав у очага хлебом, супом и сыром, она зевнула. Умывшись, как могла, в кухонной раковине, она сообразила, что в будущем, если ей захочется теплой воды, придется ставить чайник. Потом, дрожа от холода, она взяла свои чемоданчики и наконец направилась вверх по лестнице.

Натянув через голову ночную рубашку и добавив свитер поверх нее, она отвернула одеяло и с благодарностью опустилась в удобную постель. Закрыла глаза и стала ждать, чтобы ее окутал сон. После шумной комнаты в Лондоне тишина здесь была оглушающей. В конце концов усталость взяла свое, и она провалилась в сонное забытье.

5

Проснувшись следующим утром, Грета услышала, как у нее под окном курлычет пара голубей. Не понимая, где она, Грета взяла свои часы и увидела, что было больше десяти утра. Она поднялась с постели, раздвинула занавески и выглянула в окно.

Небо было светло-голубым, а изморозь со вчерашней ночи растаяла под лучами неяркого зимнего солнца, оставив после себя обильную росу. Перед ней, внизу, расстилалась неглубокая долина, по сторонам которой рос густой лес. Огромные деревья в это время года были голы. Звук журчащей воды подсказал ей, что где-то неподалеку есть ручей. За рекой, пересекавшей долину, она увидала подымающиеся по склонам луга, испещренные светлыми точками, которые, наверное, были овцами. А слева, чуть поодаль, возвышаясь над долиной, стоял невысокий дом красного кирпича, окруженный густыми лужайками и рядами каменных террас. Его многочисленные сводчатые окна блестели на солнце, две из четырех высоких каминных труб испускали белый дымок. Она решила, что это и есть Марчмонт-Холл. Справа от дома были сараи и другие строения.

От естественного вида этого мирного пейзажа вокруг Грета вдруг ощутила совершенно неожиданную радость. Она быстро оделась, стремясь выйти наружу и скорее все осмотреть. Спускаясь по узкой лестнице, она вдруг услыхала стук в дверь и поспешила открыть.

– Доброе утро. Просто зашла проверить, что у вас все в порядке.

– Здравствуйте, ЭлДжей, – с достоинством поздоровалась Грета. – Спасибо, все хорошо. Я только что проснулась.

– Ничего себе! Я с пяти утра на ногах, все возилась с этой овцой. Она таки свалилась в колодец, и людям потребовались часы, чтоб ее вытащить. Но, похоже, она все же справится. Нам с вами надо обсудить, как и что, так что почему бы вам не зайти ко мне вечерком, заодно и поужинать? – предложила ЭдДжей.

– Это было бы чудесно, но мне не хотелось бы вас беспокоить.

– Никакого беспокойства. Если честно, немного женской компании – это хорошо.

– Вы живете в этом большом доме? – осведомилась Грета.

– Жила, моя милочка, жила. Но теперь я живу в привратной, у главных ворот. Мне отлично. Отсюда сразу направо и по дорожке. Всего пять минут, и вы на месте. У вас в чулане есть фонарь. Он вам понадобится. Тут у нас темно хоть глаз выколи, как вы могли вчера убедиться. Ну, мне пора. Жду вас к семи.

– Да, непременно. Спасибо.

ЭлДжей улыбнулась Грете, повернулась и быстро направилась по дорожке, махнув на прощание рукой.

День Грета провела, обустраиваясь в новом жилье. Она разобрала чемоданы и пошла прогуляться, ориентируясь на шум журчащей воды. Через какое-то время она нашла ручей и опустилась, чтобы попить прозрачной бурлящей воды. Воздух был холодным и бодрящим, но солнце светило ярко, а опавшие с деревьев листья образовывали под ногами естественный ковер. Домой она вернулась уставшей, но на ее обычно бледных щеках розовел румянец. Готовясь к ужину с ЭлДжей, она надела свою лучшую юбку и жакет.