Неверный муж. Я тебя (не) прощу - Кросс Вита - Страница 10

– Да. У меня тут всё записано.

– Тогда пойдём в мой кабинет.

Весь этот день я усердно закапываюсь в работу. Делаю даже то, что входит в обязанности администратора, но намеренно увожу мысли подальше от реальности.

Если Алёна и в курсе того, что происходит в моей жизни, то ничем этого не выдаёт. Ни сострадательных взглядов, ни чрезмерного любопытства. Администратор ведёт себя, как и раньше, строго по-деловому. Девочки мастера, кстати, тоже.

– Сегодня Татьяну Сергеевну тоже не ждать? – спрашивает Алена на следующий день, уже после того, как менеджер «Диаманта» уезжает, довольный нашим плодотворным общением.

– Не знаю. Мы и сами справимся со всем, правда?

– Конечно, – расплывается она в широкой улыбке и выходит из моего кабинета, но через пару минут возвращается, – Извините, Маргарита Алексеевна, тут Вам доставка.

Заносит большую круглую коробку, наполненную голубыми розами.

Мне в сердце словно дикие звери клыками и когтями вонзаются при виде этих цветов.

Алёна подносит её ко мне, но я спешно указываю ей на кофейный столик.

– Поставь туда, пожалуйста, – взгляда оторвать от бутонов не могу.

Больно… так сильно больно…

– Хорошо. Тут записка ещё.

– Потом посмотрю, – отвечаю пересохшими губами.

Чёртов Эльдар! Вот как так можно – одним действием расколошматить мне всю душу?

Алёна ставит корзину на столик и отходит к двери.

– И ещё, тут к Вам пришли, – произносит слегка растерянно.

– Кто? – заставляю себе перестать смотреть на цветы и поднять на неё глаза.

– Мужчина. Говорит, юрист.

Юрист? Несколько предположений роем проносятся в голове, а по спине холодок проходит.

– Пригласи его ко мне, Алён!

Глава 13

Рита

– Добрый день, Маргарита Алексеевна.

– Добрый, – жму протянутую руку, мысленно настраиваясь на неприятности.

– Меня зовут Жуковский Игорь Федорович. – Средних лет мужчина, представительный, в дорогом костюме и с часами известной марки на запястье коротко мне улыбается.

– Присаживайтесь, – указываю ему на кресло для посетителей, а сама занимаю своё. – Кофе, чай?

– Нет, спасибо, ничего не нужно.

– Что ж, тогда давайте к делу. Что Вас ко мне привело, Игорь Федорович? – складываю руки на столе и невольно заламываю пальцы.

За три года работы салона я всего раз имела дело с юристом – это когда мы его открывали с Таней. Стараясь не демонстрировать свое нервное состояние, наблюдаю за тем, как он достаёт из чёрной папки несколько бумаг и протягивает их мне.

– Насколько мне известно, салоном «Флёр Де Люкс» Вы руководили с Татьяной Герасимовой, верно?

Спешно опускаю глаза на бумаги и возвращаю взгляд на него.

– Да. Почему руководили? Всё ещё руководим.

– Нет, уже нет.

В животе поселяется отвратительное предчувствие.

– Что Вы имеете в виду?

– Татьяна переписала на Вас свою часть. Теперь Вы, Маргарита, единоличная владелица салона.

От неожиданности я снова роняю взгляд в документы. Пробегаюсь по строчкам, спешно перелистываю. Подпись Тани, печать.

– Документ уже заверен нотариусом, – голос юриста пробирается в моё воспалённое сознание.

Ничего не понимаю. Таня обожала наш салон. Она считала его источником всех важных знакомств. Жены бизнесменов, их дочери, готовые раскошелиться на новую прическу или макияж. В отличии от меня, делающей свою часть работы в своем кабинете, она часто выходила в зал, чтобы узнать у клиентов всё ли их устраивает и завести непринуждённый «полезный» разговор.

Да и просто так отказаться от своей части? Это же немалые деньги. А бывшая подруга не из тех, кто просто так отдаст другому то, что ей принадлежит. Даже мне.

– Когда она это подписала? – спрашиваю, всё ещё вчитываясь в содержание документа.

– Сегодня. Там дата указана.

Точно.

– Она что-то сказала? Просто это неожиданно.

– Нет. Абсолютно ничего. Документ оформлен, как дарственная.

– А разве я не должна была присутствовать при подписании?

Насколько я помню, такие типа документов оформляются в присутствии двух сторон.

– Нет. Вы просто оставите здесь свою подпись, – он указывает мне на пустое место.

Странно всё это.

Пока я размышляю, мужчина встаёт.

– Я пойду. У меня еще несколько дел сегодня.

Растерянно поднимаюсь следом.

– Погодите. Разве я не должна подписать его при Вас?

Снисходительное выражение трогает его серьезное лицо. Смотрит так, словно знает больше, чем я, и от этого я нервничаю ещё сильнее.

– Не волнуйтесь Вы так, Маргарита Алексеевна. Эти документы остаются у Вас, подпишете, когда ещё раз перечитаете всё спокойно. Всего доброго.

Юрист уходит, а я пытаюсь собрать разбегающиеся мысли. Как это всё понимать? Таня таким образом залечивает совесть? Или у неё теперь своё собственное дело, и она великодушно решила отдать мне наше общее детище?

Усиленно тру виски, а потом беру телефон и посомневавшись несколько минут, отыскиваю её контакт.

Звоню долго, но она не отвечает. Набираю ещё раз – тишина.

Внутри меня закручивается вихрь. Всё то, что я последние дни так старалась сдерживать внутри, прорывается наружу. Этот её жест с передачей собственности на меня проломил баррикаду. Что это и как воспринимать? Сначала переспала с моим мужем, а теперь в виде подачки отдаёт мне салон?

Несколько секунд терроризирую телефон, а потом встаю, забираю сумку и отправляюсь на выход. Мне необходимо с ней поговорить. Всю жизнь прятать голову в песок это не для меня. Я как минимум должна узнать что ею руководило. Как можно было поставить крест на нашей дружбе? Поступить так со мной и моими родителями, давшими ей больше, чем её собственные!

Вчера водитель Эльдара подогнал к салону мою машину, которая эти дни была на станции технического обслуживая.

Сажусь за руль и еду к комплексу, в котором живёт Таня.

Время послеобеденное, пробок почти нет, благодаря чему добираюсь я довольно быстро. Уже подъезжая, замечаю подругу, спешно направляющуюся к её вишневой Мазде.

Она замечает меня и ускоряет шаг.

Быстро глушу двигатель и выхожу на улицу.

– Таня!

Делает вид, что не видит меня, поэтому приходится быстрым шагом сокращать между нами расстояние.

– Таня!

Ловлю её уже, когда она открывает водительскую дверь. Выставляю вперед руку, перехватывая её так, чтобы она не смогла сесть.

– Нет уж, мы поговорим!

Резко дергаю и захлопываю её обратно.

Подруга вздрагивает и наконец, удивленно на меня смотрит.

– Рит?

Прикинуться дурочкой не лучший вариант.

– Не делай вид, что ты меня не видела!

– Слушай, я очень тороплюсь.

– Ничего. Пара минут у тебя найдется, чтобы объясниться со мной.

Гнев клокочет в грудной клетке при взгляде на неё. Господи, мы столько лет дружили! Неужели вот так можно взять и на всё наплевать?

Таня вздыхает, а потом виновато пятит взгляд.

– Прости, Рита. Я не хотела, чтобы всё именно так вышло.

– Как так? В кровати с Эльдаром? – выдавливаю сквозь сжатые зубы.

Она отходит на шаг, будто боится, что я могу её ударить и поднимает глаза.

– Это случайно произошло.

– Случайно можно врезаться в кого-то в проходе, а не оказаться с моим мужем голой.

Она с силой сжимает губы, а в серых глазах вспыхивает пламя.

– Ну да… мы переспали, – шипит, но тут же снижает тон и боязливо осматривается по сторонам, – но ты сама в этом виновата. Сколько месяцев из своей депрессии не вылезала? Слезы эти твои непрекращающиеся, забила на всё. Я салон считай сама тянула почти, не считая твоих редких появлений, а Эльдар с Полиной возился. Полгода вокруг тебя ходил, а ты в конуру свою забилась, сама на себя перестала быть похожа. Не удивительно, что он сорвался. Мужик всё-таки.

Удар приходится в самое солнечное сплетение, разнося по организму жгучую боль. Горло сводит спазмом.