Рассвет Четвёртый. Часть 1 (СИ) - АртЛайн Дракониан - Страница 17

- Да, вы нам не поможете с этим стеллажом? – Марк взял инициативу в свои руки.

Не моргая, Дракон перевёл взгляд на проклятый стеллаж и подошёл к нему.

- Что с ним не так?

Я сглотнул.

- Ну, он криво стоит. Хотим его нормально к стене придвинуть. Он застрял где-то, вообще не сдвигается. Силу бы хорошо применить.

- И в чём проблема?

- Нас двоих не хватает. Расто бы ещё сюда.

- Расто занят.

Дракон шумно вздохнул, заглянул в широкий простенок и чуть искривил левый уголок рта. С еле слышным выдохом волчек упёрся жилистыми руками в шкаф и попробовал подвинуть его. Как и у нас, у него тут же заскользили ноги, однако он упрямо подтянулся и вонзил когти на пальцах ног в деревянный пол.

Я пристроился толкать рядом и сделал как он, пусть и мои когти были не в пример меньше. Марк же упёрся с другой стороны.

Стеллаж дрогнул, что-то заскрипело, и он так резко сдвинулся, что мы втроём крепко об него приложились, не успев погасить инерцию, а сверху на нас рухнула отвалившаяся верхняя панель.

Тут же выяснилось, что же так не давало нам его подвинуть: на потолке прямо над тем местом, где стоял ранее стеллаж, из потолка торчали кривые рога арматуры. Мы почему-то не догадались посмотреть вверху, раз внизу ничего не мешало. Хотя вряд ли бы это нам помогло – полки кончались только под самым потолком, где верхние панели скрывали собственно препятствие от наших глаз и мешали подобраться к металлическим штырям.

- Фууух, - выдохнул Марк, поднимая с пола вывороченную панель. – Вот раньше мебель делали на века. Не сломаешь просто так.

- Что вы здесь делаете? – спросил Дракон, опираясь локтём на полку пододвинутого стеллажа.

- Фелинн не сказала? – рассеянно отозвался Марк.

- Нет. Я отсутствовал последние десять часов, - ответил Дракон, скользя неприятным взглядом по захламленной комнате.

- Она нам развлечение придумала. Мы теперь четвёртый этаж убираем.

Тут же в дверь влетела виновница наших бед и командирским тоном спросила:

- Что тут был за шум?.. Ой, – осеклась она, наткнувшись на Дракона. – Я не знала, что ты дома.

- И никто не знал, - ответил тот. – Я пришёл полчаса назад. Услышал шум, решил проверить.

- Ну, было бы здорово, если бы ты нам помог, – Фелинн прижала уши, завиляла хвостом и сделала умоляющие глаза: – Пожалуйста-пожалуйста!

Дракон помолчал, смерив маленькую волчен с ног до головы, затем кашлянул и сказал:

- Говори, что делать.

Фелинн тут же расцвела, осмотрела комнату и только сейчас обнаружила торчащие с потолка куски арматуры.

- Это что? – удивилась она.

- Да так, – фыркнул Марк. – Производственные издержки.

- Ликвидировать! Так. Разберите эти ящики. Если найдёте что-нибудь интересное или полезное, оставьте – я сама пересмотрю, остальное отнесите в подвал, потом выкинем. И вообще, почистите здесь всё от хлама. Тот, второй стеллаж со сломанными полками, можно тоже выкинуть.

Довольно улыбаясь, волчен развернулась и пошла в соседнюю комнату. В ту же минуту оттуда раздался её гневный крик, на который Марк мерзко захихикал.

- Ох, не завидую я им.

- А я нам... – кивнул я на гору ящиков возле окна.

Дракон же ничего не сказал, только шумно вздохнул.

Я вяло переругивался с синеволосым волчеком, а Дракон почти всё время молчал, уйдя с головой в тупую физическую работу. Разговора с ним и не получалось – Марку болтать со мной было интереснее, а встречаться взглядом с мерзкими глазами Дракона мне не хотелось совершенно.

Иногда к нам прибегала Фелинн, проверяя, работаем ли мы, и даже приносила нам с кухни перекусить.

Дело продвигалось довольно быстро. Особенно помогло то, что в какой-то момент Марку надоело придуриваться, и в три пары рук мы разобрали все ящики, выкинули гору мусора из них в соседнем квартале, разобрали сломанный стеллаж (а вернее, просто доломали его окончательно), прибили к первому шкафу отвалившуюся панель и даже срезали куски арматуры, торчавшие из потолка.

Как бы то ни было, под конец дня мы настолько устали, что, выкинув последний мешок с барахлом, уселись прямо на пол и блаженно замерли на минут пятнадцать, слушая, как за стенкой Фелинн в тысячный раз отчитывает Антэра. Потом, когда волчен, вся в каких-то пятнах, с мокрой тряпкой в руках, в последний раз забежала к нам в комнату и сказала, что она нами очень довольна, мы с Марком не выдержали и чуть не за шкирку вытолкали её из опустевшей и посветлевшей комнаты.

Посидев на полу какое-то время в долгожданной тишине и спокойствии, я исподлобья посмотрел на Дракона, прислонившегося к стене метрах в двух справа от меня. Его глаза были закрыты, кажется, он даже задремал и не дёрнул ушами в сторону приоткрывшейся двери.

Феникс с недовольным ворчанием протиснулся в образовавшуюся щель. Оценив обстановку в комнате, птица, громко каркнув, неуклюже подошла к Дракону и настороженно посмотрела ему в лицо. Феникс выжидательно покрутил головой и снова вякнул, пытаясь привлечь к себе внимание.

Тёмный волчек приоткрыл глаза, и птица радостно разинула пасть и с шелестом развернула крылья и длинный хвост.

- Какая всё же странная птица, - сказал я. - Я никогда о таких крупных стервятниках не слышал.

Дракон вытянул руку и почесал Феникса под подбородком, на что он отозвался блаженным урчанием.

- Феникс не стервятник, - неохотно и вяло ответил тёмный волчек. – Скорее, стервятники – это маленькие фениксы. Такие, как он, теперь редкость.

- Почему, мессейр?

- Облавы, истребление. Их и так было немного, но за последние годы я не видел больше ни одного.

- Зачем их истреблять? – нахмурился я, в Фениксе я не видел ничего дорогого или опасного.

- Ну, вряд ли ради кожи или перьев, - хмыкнул Марк, сидевший напротив нас. – Не особенно они и ценные у него.

Феникс резко повернулся к Марку и раздражённо зашипел на него.

- Ладно, молчу, - засмеялся он. – Ценный ты, ценный.

Мы посидели ещё какое-то время, затем Дракон тяжело поднялся, и птица двумя взмахами крыльев взобралась к нему на плечо, цепляясь когтями за старую рубашку. Странная пара вышла из комнаты, и мне на миг показалось, что тёмного волчека немного шатало.

- Как думаешь, где мы будем убираться, когда морозы спадут? – спросил меня Марк.

- А они спадут? – скептически проворчал я.

- Ну, когда-нибудь зима точно кончится. И вообще я имел в виду конкретно эти морозы.

- Не знаю. Марк, скажи мне, что мы делаем? Чем мы занимаемся?

Улыбка сошла с лица синеволосого волчека. Он выдержал паузу, затем пожал плечами:

- Наверное, пытаемся жить так, как будто у нас всё хорошо. Жить и бороться за свою жизнь. Мессейр-то нам почти ничего не рассказывает. Мы просто делаем то, что он говорит.

- И только? Ты никогда этим не интересовался?

- Ну, у него есть какая-то цель. Он к ней отчаянно стремится, он постоянно что-то ищет, но находит ли... Это всё, что я знаю, и мне этого достаточно.

- И у тебя нет предположений, что это может быть за цель?

- Убийство императора, например? - осклабился Марк. – Но вряд ли, хотя это действительно имело бы смысл. Поверь мне, если бы мессейр этого хотел, он бы уже давно так сделал. Возможно, мессейр ищет повод свергнуть его с трона и заменить тем, кто больше будет радеть за народ, а не строить на последних ресурсах Империи военные крейсеры, но... Мессейра же никто не поддержит, народ сломлен и запуган. Да и никто не пойдёт за ним, вздумай он организовать настоящий бунт – не тот у него статус и положение. У него это не получилось в прошлый раз и тем более не получится сейчас.

- А мы?

- А что мы? – пожал плечами Марк. – Думаешь, мы от хорошей жизни служим мессейру? Нам всем некуда идти – у каждого есть личные причины, по которым присоединиться к нему оказалось чуть привлекательнее, чем сдохнуть под забором или… - синеволосый волчек запнулся, - или что ещё похуже. Наша философия проста: подчиняйся мессейру до определённой степени, выполняй все его указания и живи, пока можешь. А иначе пойдём на корм голодным стервятникам. Этой долгой зимой всё равно ни у кого нет ни единого шанса выжить, так что мы всего лишь растягиваем своё безрадостное существование – пока можем.