Нечестивые клятвы - Кейн Мила - Страница 42

— Что ты делаешь? - спросила я, задыхаясь.

— Показываю тебе, для чего было создано это прекрасное тело. - ответил Ренато, его глаза остановились на моих, когда он протолкнул пальцы внутрь меня. Они были бесконечными и толстыми. Ренато проглотил ругательство. — Если ты так крепко сжимаешь мои пальцы, значит, так же идеально будешь обхватывать мой член.

Он двигал пальцами внутрь и наружу, крепко надавливая на мягкое местечко на внутренней передней стенке. Неуловимая, и порой кажущаяся мифической, точка G. Моя влага покрыла его пальцы, и звук, наполнивший воздух, был чертовски неловким. Влажное, всасывающее хлюпанье. Я упала на стол и зажмурилась.

— Не делай этого, маленькая медсестра.

— Ничего не могу с собой поделать. Это просто биология, помнишь?

Укус на внутренней стороне бедра заставил меня вскрикнуть. Я снова выпрямилась и свирепо уставилась на него.

— Нет, bambina. Не закрывай глаза и не ерзай от смущения. Не трать ни секунды на то, чтобы стыдиться того, как твое тело реагирует на мои прикосновения. Это чертовски возбуждает. - прорычал он, затем наклонился и лизнул мою щель, продолжая трахать меня пальцами.

Его язык нашел мой клитор, и он неустанно обводил круги по нему, пока его пальцы подталкивали меня к краю.

Мои пальцы погрузились в его волосы и потянули его, пытаясь отодвинуть. Это было слишком. Внезапно огонь, который он разжег, показался пугающим. Я не контролировала себя. Я не знала, как мне реагировать. Я мчалась навстречу самому жесткому оргазму в своей жизни, и подозревала, что Ренато не из тех, кто сжалится надо мной и остановится. Я жаждала освобождения, но боялась.

Я дернула его за волосы, и он вошел только сильнее. Его язык двигался в таком невероятном темпе, пока пальцы массировали тайное местечко внутри меня, что я видела звезды. Мое тело напряглось, и удовольствие накатило волной, которая, казалось, никогда не спадет.

Влага хлынула из меня, забрызгивая мои ноги и кожаную вставку на столе. Моя киска сжалась на его пальцах, втягивая его руку глубже в себя. Колени непроизвольно сдавили его голову.

Ренато все это время не останавливался. Ни на секунду. Он толкал меня и раскручивал удовольствие по бесконечным спиралям, которые пульсировали в каждом моем нерве.

— Именно так, Шарлотта. Посмотри, как ты прекрасна, моя идеальная, совершенная bambina.

Я извивалась вокруг него, мое тело искрилось. Его слова проникли в мое сердце и засели где-то глубоко. Так глубоко, что стали частью меня.

Мои мышцы расслабились, а колени разжались. Ренато продолжал ласкать киску, и я вздрагивала от этого ощущения. Он лизнул мой центр, а затем перешел к бедрам, нежно облизывая кожу, очищая ее языком. Нежные движения сопровождали поцелуи.

— С этого момента, Шарлотта Берк, ты отбросишь свой стыд и чувство вины, позволишь мне заботиться о тебе и твоей сестре и перестанешь притворяться, что между нами не летают искры. Я всегда буду оберегать тебя от всех, кроме себя.

Ренато потянул меня вверх, так что я оказалась на краю стола, а его руки поддерживали меня. Он прижался своими губами к моим, и я почувствовала на них свой вкус.

— Brava, bambina. Brava.

Глава 19

Ренато

Я был в хорошем настроении. При моем роде деятельности, я редко испытывал счастье. Я мог чувствовать удовлетворение от нашей прибыли, или облегчение от того, что мои люди и их семьи обеспечены. Я мог быть доволен тем, что прожил еще один день или выжил в кровавой схватке за власть. Я мог испытывать мрачный восторг, прикончив тех, кто угрожал мне.

Но счастье было редкостью.

Для меня счастьем стал вкус сладкой киски Шарлотты у меня во рту. А также то, как она таяла в моих объятиях, когда я целовал ее; как борьба покидала ее, когда мы соприкасались.

Я оставил ее приходить в себя после нашей небольшой встречи в своем кабинете, хотя уже знал, что позже снова буду охотиться за ней. Теперь, когда я попробовал её, я стал зависим. Одного раза было достаточно, чтобы сойти с ума от неё. Несмотря на это, меня ждала работа, и я был уверен, что моя маленькая медсестра сейчас боролась с моралью своего поступка, вспоминая как развалилась на части в руках своего похитителя.

Я дам ей возможность смириться с этим, прежде чем снова разрушу ее.

Сейчас я находился в подвале Casa Nera и занимался делами. Я щелкнул зажигалкой, и мужчина, привязанный к стулу передо мной, застонал сквозь кляп. Его глаза блестели в отблесках пламени. Я оттянул кляп настолько, чтобы он мог говорить.

— Ты был рядом с моими владениями, глубоко в лесу. Слишком близко, чтобы я не беспокоился, к тому же это не совсем популярная пешеходная тропа. Что ты там делал? И не утруждай себя ложью. Я все равно узнаю.

— Клянусь, я просто заблудился. Я не знал, что это твои владения. Я даже не знаю, кто ты!

Страх в его глазах сразу же выдал его.

— Ауч, довольно сильный удар по моему самолюбию, не так ли? Полагаю, мне следует представиться.

Я встал и снял куртку. Раздался стук в дверь, и на пороге появился Элио, неся в ведре изящное сокровище. Раскаленные угли. Запах наполнил комнату.

Парень в кресле побледнел, увидев их. Я знал, что он лжет. Он был членом картеля Кастильо, и тупые ублюдки решили, что это мудрая идея - попытаться разведать обстановку в Casa Nera.

Возможно, демонстрация расчлененных частей тела на стенах замка снова должна стать стандартом. Ничто так не настраивает на нужный лад, как полезное напоминание о том, что быть повешенным, растянутым и четвертованным не так уж весело.

Я взял один из углей из ведра, зажав его щипцами, и поднес к шее связанного паренька. Он извивался, как будто это могло его спасти.

— Кто послал тебя сюда? Мне нужны имена.

— Клянусь, никто, - прошептал парень.

Идиот.

— Очень хорошо. Ты сделал свой выбор, - бесстрастно сказал я и засунул кляп обратно. Затем расстегнул его футболку у горла и бросил внутрь горячий уголь.

Он закричал, корчась от боли, когда раскаленный кусок заскользил по его телу, плавя плоть на своём пути, и остановился где-то возле живота. Его глаза выпучились от боли. Уголь достаточно быстро прожег его футболку, и я стряхнул его щипцами.

— Спрошу снова – кто тебя послал? Скажи мне его имя.

— Я сказал, что не знаю! Мне не говорили об этом напрямую. Может быть, Хуан Кастильо, но я не уверен.

— Ну вот, уже что-то. Раз уж это упражнение послужило для тебя такой хорошей мотивацией, мы повторим его, но на этот раз я опущу уголь тебе в штаны. - предупредил я его.

— Нет! Нет, я правда ничего не знаю, чувак. Мне просто сказали подобраться поближе и посмотреть как у тебя тут все устроено, проверить, здесь ли женщины.

— Женщины?

— Сучки, из-за которых убили Мигеля.

Сучки? О, малыш, сейчас будет очень больно.

— Почему Хуан так сильно хочет заполучить их?

— Думаю, что он хотел бы сравнять счет, а также вывести тебя из игры. Но ему помогает еще кто-то, какой-то старый белый парень, который позволяет провозить товар по берегу и заставляет копов смотреть в другую сторону.

Вот это было интересно.

— Подробнее.

— Я больше ничего не знаю, клянусь. Я все тебе рассказал, честное слово.

Теперь парень плакал и трясся всем телом. Запаха горелой плоти было достаточно, чтобы вызвать у меня тошноту, а у меня был крепкий желудок для такого рода вещей.

— Ладно, расслабься. Ты хорошо справился. Молодец. - успокоил я рыдающего мужчину. Действительно, довольно жалко, что он заканчивает свою жизнь здесь. Я мог бы сделать это быстро, чтобы вознаградить его за информацию, которую он мне предоставил; последний подарок для умирающего. Но он все испортил.

Он упустил этот шанс, когда назвал Шарлотту сучкой.

Я бросил взгляд на Элио, который зашел парню за спину и крепко сжал его голову. Взяв щипцами еще один горячий уголь, я засунул его в кричащий рот. Элио с силой надавил на челюсти и заставил их сомкнуться, когда раскаленный уголь попал на язык. Мужчина беззвучно кричал, не в силах вырвать лицо из хватки моего sottocapo.