Нечестивые клятвы - Кейн Мила - Страница 62

Ты больше не одинока. Пара из белой и черной шахматных фигур, объединившаяся против орды, - идеальный баланс. Кольцо Ренато на моем пальце и порез под ним. Лишь это кольцо защищает тебя. Я так устала от одиночества. Я так устала быть единственной, кто принимает все решения и жертвует собой. С меня хватит.

Мне нужно было на кого-то опереться, и я выбрала его.

— Делайте, что хотите. Я больше не буду разговаривать с вами без присутствия адвоката, и если вы хотите поговорить с нашим юристом, свяжитесь с офисом Де Санктис. А теперь проваливайте и оставьте меня в покое.

Я протиснулась мимо детектива Вэйн. Уайтли отступил в сторону, когда я подошла к двери, и с силой распахнула ее, вывалившись в коридор, где резко остановилась.

Ренато прислонился к стене снаружи. Одно его колено было согнуто, и нога стояла на выступающем кирпиче, - он был воплощением непринужденности. Выражение его лица смягчилось, когда он встретил мой взгляд. Я знала это выражение. Оно было только для меня. Ни на кого другого он не смотрел так.

Знал ли он, что только что произошло в туалете? Знал ли он, что полиция была там и пыталась добраться до меня? Я понятия не имела. Ничто в его позе не выдавало его.

— Это заняло больше пяти минут, - заметил он, выпрямляясь.

— Прости, я отвлеклась, - пробормотала я и подошла к нему. Мне нужно было увести его подальше от туалета. Долгие мучительные секунды я ждала, не скажет ли он что-нибудь о копах.

— Все в порядке, жена. Я не против подождать тебя, - сказал он и взял мою руку в свою, переплетая наши пальцы.

Я чуть не упала в обморок от облегчения.

Его губы изогнулись в улыбке. Мы отошли от уборной.

— Теперь, однако, нам нужно добраться до машины.

Глава 29

Ренато

— Я видел фотографии, - сказал мне Сэл позже по телефону. Мой дядя любил практиковать свой английский при любой возможности, даже если его было нелегко понять. — Она выглядит стойкой.

Описание Шарлотты заставило меня улыбнуться.

— Ты себе даже не представляешь.

Сэл усмехнулся.

— Bene. Иногда нужен огонь, а иногда - просто твердая рука, чтобы держать в своей. Omertà. Fede.

Верность. Вера.

— Sì, Zio.

Он бы надорвался от смеха, если бы узнал, что Чарли только что загнали в угол два детектива в туалете ее колледжа, или, еще хуже, что моя жена установила жучок в моем кабинете.

Но она также уничтожила устройство и дала отпор полиции. Я никогда не был так горд и, более того, так уверен.

Шарлотта влюбилась в меня, невзирая на здравый смысл.

Она была моей, даже в своей голове.

Она была моей, чтобы спасать, защищать и хранить. Власть была пьянящей. С ней я действительно чувствовал себя богом.

Снаружи декабрьское вечернее небо затянуло от снега, и повсюду летели белые хлопья. Первый снег зимы. Мимо окна пронеслось красное пятно, и я встал, чтобы выглянуть на улицу.

— Что ж, хорошо. Может быть, к моему приезду появятся buone notizie26 о ребенке?

— Теперь я женат. Пусть это пока удовлетворит тебя. Наследники появятся достаточно скоро.

Я не сказал Zio Сэлу, что медицинское заключение Шарлотты, лежавшее у меня на столе, раскрыло еще один секрет, который маленькая медсестра скрывала от меня.

Уровень ее гормонов в настоящее время был слишком высок, чтобы она могла забеременеть. Ей сделали противозачаточный укол, вероятно, примерно в то время, когда мы познакомились, но она не сказала мне об этом. Она не давала мне расслабиться и, безусловно, делала жизнь интересной. После того, как я так долго чувствовал себя изможденным и скучающим от своего существования, вокруг меня вдруг появились вещи, которыми я мог наслаждаться. Это была ее заслуга. Мой маленький шар добра и света. Мой ангел, которого можно испортить и развратить. Моя, навсегда.

В небольшом розарии, разбитом под окнами кабинета, Шарлотта и Джада бросали друг в друга снегом. Шарлотта была одета в красную парку, и на ее круглых щеках горели два румянца. Она рассмеялась, и это было самое чертовски красивое зрелище, которое я когда-либо видел.

Сонни стоял в стороне, выглядя холодным и обиженным. Джада была занята тем, что скатывала маленькие камни в снежки, пока я не постучал по стеклу, и она не послала в мою сторону сердитый взгляд. Я погрозил ей пальцем и указал на Сонни. Никто не бросал камни в мою жену.

— Ты слушаешь? - спросил Сэл мне в ухо.

Джада и Шарлотта атаковали телохранителя.

— Извини, теперь да.

Сэл захихикал.

— Только не говори мне, что непогрешимый Ренато наконец-то пал. Так ты любишь эту женщину?

— Она моя жена.

Это не было «да», но я и не опровергнул его предположение. У такого мужчины, как я, почти не было опыта в любви, поэтому распознать ее было не в моих силах. До моей маленькой медсестры я никогда не встречал женщину, которую был бы склонен полюбить. Уже один этот факт делал ее исключением.

Я наблюдал, как Сонни пытается увернуться от Шарлотты и Джады, а затем падает на землю.

Смех Сэла затих, и я представил себе его покорное выражение лица.

— Что ж, желаю тебе удачи, мой мальчик.

Удачи?

— Прибереги свои пожелания для кого-то другого, Zio. Я сам создаю свою удачу.

Я поймал свое отражение в стекле. Долю секунды я был похож на незнакомца. Все дело в улыбке. Она была новой, и моя жена несла ответственность за нее. Мне больше не нужна была удача. У меня была Шарлотта, и она была всем, что мне нужно.



Я оставил медицинское заключение на прикроватном столике. Заманчивая приманка для любопытной маленькой медсестры. Хотя я мог понять, почему моя нерешительная новобрачная скрыла от меня противозачаточный укол, это не означало, что я не накажу ее за обман.

Перед сном я принял душ, а когда вышел, Шарлотта уже клюнула на наживку. Маленькая медсестра просто не могла удержаться. Она виновато вскочила, сжимая в руках папку, когда я появился в дверях ванной.

— Это результаты твоего медицинского обследования. Я подумал, что ты захочешь их увидеть.

Она кивнула.

— Ты смотрел их? - еле слышно спросила она.

Я покачал головой, играя с ней.

— Может, ты расскажешь мне, что там?

Она виновато сглотнула.

— Все в порядке, ничего особо важного.

— Разве? Тем не менее, мне нравится слушать, как ты говоришь на медицинском жаргоне, это чертовски заводит. Расскажи мне о своих результатах, bambina. - надавил я, усаживаясь на кровать и похлопывая по месту рядом с собой.

Шарлотта неуверенно помедлила, а затем села. Она открыла папку и уставилась в таблицу.

— Ну, у меня нет анемии, это хорошо для начала.

Я дал ей несколько минут, чтобы она рассказала всё, что могла, прежде чем указать на результаты анализа уровня ее гормонов.

— А что насчет этого? Что это значит?

Ее щеки порозовели, пока она лихорадочно размышляла.

— Ну, уровень гормонов может колебаться, - начала она, но не стала продолжать.

Я протянул руку, осторожно забрал у нее папку, и положил на прикроватный столик, затем обхватил ее запястье и поцеловал ладонь, прежде чем с силой потянуть ее на себя. От резкого движения она опустилась лицом мне на колени, а ее задница приземлилась как раз туда, куда я хотел.

— Какого черта? - начала она, приподнимаясь на локтях и поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня.

— Кажется, я уже говорил тебе, чтобы ты никогда не лгала мне, не так ли?

Она молчала, открыв рот, но не могла подобрать слов, чтобы защититься.

— Не усугубляй ситуацию, bambina. Просто покайся и понеси наказание.

— Наказание? - спросила она с придыханием.

На ней были шелковые шорты, которые сводили меня с ума, и я проследил за линиями мягкого материала, подтянув его к расщелине, так что стали видны округлости ее попки. Идеально круглые и полные, они подходили моим рукам, словно были созданы специально для меня.