Его тайная дочь (СИ) - Шарм Кира - Страница 18

А насчет денег для Матвея…

Я подумаю об этом завтра!

14 глава 14

Утром вздрагиваю от каждого шороха.

Мне постоянно кажется, что я не в безопасности в собственной квартире и за запертой на все замки дверью.

Но никто не вламывается ко мне домой.

Нет даже звонков и сообщение с чужих номеров.

К обеду я забываю о странном предложении незнакомца.

Просто занимаюсь своими делами.

Навещаю Матвея, снова выслушав ту же самую историю о его здоровье и состоянии.

Доктор напоминает мне о том, что времени с каждым днем становится все меньше.

Я объезжаю все банки, но каждый раз мне отказывают в кредитах.

Квартира могла бы пойти в залог, но на слишком маленькую сумму. Ее просто не хватит.

А у меня нет ни работы, ни какого-то дополнительного источника доходов. Просто ничего.

Приходится объехать не только банки.

Всех знакомых, знакомых родителей, но сумма, которую мне удается выручить так мала, что даже думать о ней нет смысла.

Остаются еще частные фирмы по займам.

Мне страшно к ним обращаться.

Я прекрасно знаю, что там просто нереально высокие проценты, а долги выбивают очень жестко, но…

Наверное, все же придется хотя бы съездить к ним и узнать условия.

Чуда не случилось, и на него рассчитывать напрасная трата жизни.

Я уже настраиваю себя на то, что мы останемся на улице с Матвеем. Без квартиры.

Значит, так тому и быть. Я пойду работать, мы сможем снимать какую-то небольшую комнату.

Главное ведь, чтобы он остался жив и смог… Ну, пусть не ходить, но хотя бы не лежать всю свою жизнь пластом!

Я не могу смотреть в его угасающие глаза. Просто не могу. Он должен вернуться к жизни!

* **

– Сколько? Да это же грабеж!

На следующее утро я таки отправляюсь по этим частным конторам.

– Успокойтесь, мадам. Выпейте воды.

Упырь с кровожадной улыбкой, такой, как будто он уже вцепился в мою плоть зубами, лениво обмахивается журналом, развалившись в кресле.

– Спасибо.

Я кривлю губы и все же жадно глотаю предложенную воду.

От таких процентов действительно становится плохо. Очень плохо.

– Вы зря так разволновались, дамочка. У нас еще все по-божески на самом деле. Другие конторы берут намного больше. А вам я еще и скидку сделал. За красивые глаза. Ну, и на почин.

– На почин?

Это странные люди со своей лексикой. И вообще. Я как в другой мир попала.

Даже кажется, что сейчас он вытащит какую-то древнюю бумагу и предложит мне заложить душу под проценты.

– Ну…. К нам редко приходят те, кто останавливается только на одной сумме. А у вас сумма очень большая, девушка. Очень. Что вы можете нам предложить под обеспечение долга?

– Я…

Про квартиру говорить сейчас вот вообще не хочется.

Почему-то мне кажется, что ее сейчас просто отберут!

– Я пока просто зашла узнать ваши условия.

Нервно тереблю ручки сумочки.

– Условия для вас оформим неплохие. Разобьем эту вашу большую сумму на части. К нам редко приходят такие солидные клиенты, как вы. Я даже пойду на большие уступки. Скажем…

Он задумчиво вертит карандаш в руке, поглядывая то в потолок, то на мои губы.

– Скажем, так. Первый месяц вы вообще можете ничего не платить. Ни сумму долга, ни проценты. Начнете рассчитываться только через месяц.

– Но пятьдесят процентов! Это грабеж!

– Грабеж мадам, это когда я к вам с пистолетом бы подошел. А тут все наоборот. Вы сами ко мне пришли. И с просьбой. Разве не так?

– Все абсолютно так. Простите.

Я поднимаюсь. Сжимаю в руке сумку и ухожу.

– Вы еще вернетесь! Поверте!

Доносится мне в спину.

И…

Черт!

Как же это несправедливо, но он оказывается прав!

В других конторах такого плана все оказывается еще хуже. Намного хуже. А их я обошла практически все!

Пятьдесят процентов и начинать их платить нужно уже через неделю.

К тому же, никто не разбивает большую сумму на части. А, значит, долг и эти проклятые проценты становятся просто неподъемными!

– Я придумаю что-то, Матвей. Обязательно придумаю. Все будет хорошо. Ты должен набираться сил и думать про операцию. О том, как будешь восстанавливаться, – шепчу брату, гладя его по голове.

– Перестань, Лада.

В его голосе просто обреченность.

– Перестань. Мы оба прекрасно знаем, что я останусь инвалидом. Мне все равно никогда уже не встать на ноги и не жить, как раньше.

– Боже! Ну что ты такое говоришь?

– Лада. Не ври мне.

Мой такой большой и такой маленький мальчик качает головой.

– Я прекрасно слышал, что говорят в палате. Нужна очень дорогая операция и она не дает никаких гарантий. Не надрывайся. Лада. Я все прекрасно понимаю. Я смирился.

В его словах столько боли! Быть может, Матвей и правда смирился.

Но я нет!

Я буду бороться за него даже вопреки ему самому!

Чего бы мне это не стоило!

« Завтра».

Прилетает сообщение на телефон, когда я уже укладываюсь спать.

« Семь вечера, Лада. Будь готова. За тобой заедут в четыре».

Мне даже подписи не нужно.

Я прекрасно понимаю, от кого это сообщение. И что за ним стоит…

Я знаю, что могу отказаться. Наплевать на того странного человека. Не… Не продавать себя.

Зачем врать, нужно называть вещи своими именами. А это именно продажа, как ее не назови!

Но…

И правда ли я могу отказаться?

Передо мной глаза Матвея в темноте.

И я не могу сказать им «нет»!

***

Машина подъезжает ровно в четыре часа.

Я быстро спускаюсь, запретив себе думать о том, что будет дальше и на что я соглашаюсь.

Передо мной распахивают дверь.

Я молча забираюсь в салон, узнавая тех же амбалов, которые выкрали меня на улице.

– Я же говорил. Тебе понравится. Сама еще добавки попросишь, – мерзко ухмыляется один из них, окидывая меня сальным взглядом.

Я не отвечаю.

Ни о чем не расспрашиваю.

Просто оборачиваюсь к окну, рассматривая дорогу.

Мы подъезжаем к одному из самых роскошных салонов красоты в столице.

Раньше бы у меня от этого великолепия просто бы перехватило дух.

Но сейчас я все воспринимаю, как в дурмане.

Как будто я отключилась и смотрю сама на себе словно со стороны.

Мне делают массаж.

Разминают кожу так, что я просто улетаю от блаженства. Втирают какие-то ароматные масла в тело и в волосы.

Полный комплект.

Маникюр. Педикюр. Другие процедуры, от которых мне становится неловко…

Вокруг меня все вертятся и суетятся, как будто я какая-то принцесса. Ну, никак не меньше.

Значит, все серьезно.

И человек, с которым…. Я должна встретится, очень непростой. Если нужна такая подготовка!

А еще… Еще это означает, что и тот, кто сделал мне это предложение богат! А, значит, у него и правда есть та сумма, которая необходима на лечения Матвею.

« Боже, Лада, во что ты ввязываешься»

Проносится в голове дикая мысль.

А вдруг это какие-то бандиты? И я должна буду передавать кому-то страшные тайны?

Что со мной будет после того, как все это закончится?

И… Закончится ли оно?

Или меня потом убьют, как ненужного свидетеля?

А если я попадусь? Что будет тогда?

Дергаю головой, до крови прикусив губу.

Еще ничего не зашло до конца. Я еще не переступила самую страшную грань.

Я…

Еще могу уйти, если не смогу решиться. Ну, не станет же тот человек заставлять меня силой!

– Вы очень красивы. Не нужно портить такие губы.

Ко мне уже подходят стилисты.

Их здесь… Десяток, никак не меньше!

Они вертят меня прямо в кресле.

Рассматривают мое лицо под разными углами света.

– Персик. Определенно. Нежность и страсть!

– Пожалуй, белый. И локоны. Сама невинность.

– А брови сделать почти золотистыми. Она будет мерцать. Но не как дорогая стекляшка. Как самый настоящий бриллиант!