Грязное правление (ЛП) - Рилэй Кей - Страница 1

Предупреждения:

Обратите внимание, это мрачный студенческий роман в стиле "от врагов до любовников".

Действия, предпринятые героями, в лучшем случае сомнительны, и некоторые читатели могут счесть их провоцирующими.

Сюжет предназначен только для взрослой аудитории!

Для тех, кто увлекается коллекционированием "плохих парней". Вот еще три персонажа с морально неоднозначным характером на ваш выбор.

Пролог

Гейдж, 13 лет

— Пора ужинать, — сказала моя мама, ее голос был таким же тихим и нежным, как всегда.

Мой отчим махнул рукой.

— Он может поесть позже. Я беру его с собой.

Я уставился на свои ботинки, гнев заполнял мои вены. Этот спор происходил почти каждые выходные. Я не понимал, зачем мама вообще пытается. Ничего никогда не менялось.

— Антонио, — умоляла моя мама пронзительным голосом. — Он мой сын, а ты обращаешься с ним как...

— Да, твой сын, — прорычал Антонио.

Я поднял глаза, чтобы увидеть его лицо в дюйме от лица моей матери. Ее подбородок задрожал, но она не отступила. Мой отчим никогда не поднимал на нее руку. Она обладала такой же властью в нашем мире, как и он, и Антонио знал это. Это разрушило бы все отношения между их семьями, если бы она появилась на публике в синяках и ссадинах.

Но мне не так повезло.

— Он твой сын, — усмехнулся Антонио жестоким голосом. — Не мой. Потому что ты развратила себя и забеременела от кого-то, кто не является твоим мужем.

— Я потратила годы, пытаясь загладить свою вину перед тобой, — воскликнула она, прижимая ладони к его груди, как будто это могло его успокоить. — Мне жаль.

— Твой сын не кто иной, как выродок, — холодно ответил он. — Тот, кто ничего не добьется в этой жизни. Будет делать только то, что я ему скажу.

Я невольно сжал руки в кулаки. Все свое детство я провел в ужасе от этого человека. Пока не пообещал себе, что больше не буду бояться, потому что это ничего не изменило бы. Вместо страха все, что я чувствовал, была абсолютная ненависть к моему отчиму. С каждым днем становилось все хуже, заставляя меня задуматься, сколько у меня осталось времени, пока я не сорвусь.

Он был крупнее меня. Сильнее. Но он не будет вечным. Я мечтал о том дне, когда я стану достаточно взрослым, чтобы дать отпор. Может быть, после этого он оставит меня в покое.

— Пойдем, мальчик, — рявкнул Антонио.

Я стиснул зубы, мои ноги медленно двигались вслед за ним. Он никогда не называл меня по имени, как будто это еще больше стерло бы мою личность. Я украдкой взглянул на свою маму, которая уже отворачивалась от меня, прячась за своими длинными черными волосами. Она никогда не могла смотреть мне в глаза после того, как проигрывала спор, что случалось часто.

Думаю, она любила меня, но была слишком слаба, чтобы противостоять своему мужу. Даже ради меня.

— Папа, куда ты идешь?

Моя старшая сестра появилась возле кухонной двери, ее каштановые волосы обрамляли лицо. Она тепло улыбнулась мне, прежде чем обнять Антонио.

— Мы ненадолго уходим, милая, — ответил Антонио, его голос звучал совсем не так, как он обычно обращался ко мне. Моя сводная сестра была его единственной дочерью, и он души в ней не чаял, как будто весь мир принадлежал ей. Из всех в этой семье я был у ней ближе всего. Она никогда не относилась ко мне иначе из-за того, что у нас были разные отцы. Даже наши двое братьев вели себя так, будто меня не с уществует.

Но она не видела того, что Антонио делал со мной. В глазах девушки ее отец был идеален. Я не хотел портить ей детство, поэтому никогда ничего ей не рассказывал. Ей не нужно было это бремя.

— Иди, помоги своей матери, — сказал он, отпуская ее. — Мы вернемся позже.

Она кивнула и помахала мне рукой, прежде чем ускакать прочь. Антонио открыл дверь и вышел, не дожидаясь, чтобы посмотреть, последую ли я за ним. Он знал, что я последую. В тот единственный раз, когда я не сделал этого, он позаботился о том, чтобы я больше никогда не совершал этой ошибки.

Дорога была короткой, и я, шагая за Антонио на несколько шагов сзади, смотрел на темное небо. Звезд было много, и я считал их по ходу пути.

— Хватит терять время, заходи внутрь.

Я отвел взгляд от неба, встретившись с его жестким взглядом. Он распахнул дверь, пропуская меня внутрь. Вонь смерти и крови ударила мне в ноздри, но это не напугало меня. Этот гараж находился в задней части дома, и я сбился со счета, сколько раз бывал здесь.

Крики другого мужчины эхом отдавались от стен, хотя снаружи было невозможно ничего услышать. Все здание было звукоизолировано. Рука легла мне между лопаток, и меня толкнули вперед. Я удержался на ногах и не стал оборачиваться.

— Я сказал: поторопись, — прорычал Антонио. — У меня встреча, на которую я не могу опоздать.

Его настроение всегда ухудшалось, когда мы были в гараже. Я продолжал двигаться, от криков мужчины у меня звенело в ушах. Пройдя еще пару футов, он показался в поле зрения, и я судорожно сглотнул.

Он был подвешен к потолку, его пальцы ног едва касались цементного пола. Его торс был залит таким количеством крови, что невозможно было разглядеть раны. Один из людей Антонио ударил мужчину кулаком по ребрам, и я чуть не вздрогнул. Я не понаслышке знал, как сильно болят эти удары. Как долго заживают сломанные ребра.

— Они скоро закончат, — заявил Антонио, стоя рядом со мной. — Сегодня вечером ты будешь убирать.

Желчь подступила к горлу, но я только кивнул. По крайней мере, на этот раз я не помогал с пытками.

— Черт, — внезапно пробормотал он, взглянув на свой телефон. — Они рано.

Я не стал комментировать, зная, что задавать вопросы о его бизнесе - это то, чего не следует делать.

— Выйди на улицу, — приказал он, хватая меня за руку. — Там внедорожник. Скажи им, что я выйду через двадцать минут.

— Но...

Его рука появилась словно из ниоткуда, ударяя меня по щеке. Боль пронзила мое лицо, и я отшатнулся на шаг.

— Никаких вопросов. Просто сделай это, — коротко сказал он. — Прямо сейчас, черт возьми.

Я отступил, мое щека горела после удара. Ярость затуманила мое зрение, и все, чего я хотел, - это развернуться и ударить его в ответ. Мне было почти все равно, умру ли я из-за этого.

Я распахнул дверь, жадно глотая свежий воздух, и огляделся в поисках машины, о которой он говорил. В тридцати футах стоял большой темный внедорожник, с погашенными фарами и полностью затемненными окнами, не позволяющими заглянуть внутрь. С каждым шагом комок нервов в моем животе становился все плотнее. Я не был частью бизнеса Антонио, в отличие от тех людей в гараже.

Когда я подошел ближе, водительское стекло опустилось, и какой-то парень прищурился, глядя на меня.

— Эээ... Антонио выйдет через двадцать минут, — пробормотал я.

— Кто ты? — резко спросил парень.

— Его пасынок, — с горечью сказал я.

Он окинул меня беглым взглядом.

— Сколько тебе лет?

— Тринадцать.

Из внедорожника донесся еще один голос, но он был слишком тихим, чтобы разобрать слова. Я сделал шаг назад, желая растянуть эти двадцать минут на максимум. Антонио не велел мне возвращаться, так что я жадно глотал прохладный ночной воздух, упиваясь свободой.

Мое внимание снова переключилось на машину, когда я заметил, как мужчина что-то бормочет себе под нос. Похоже, он спорил с кем-то. Через минуту он снова посмотрел на меня.

— Садись. Задняя дверь, — хрипло сказал он.

Беспокойство охватило мое тело.

— Нет, спасибо. Я в порядке.

Он поднял руку, показывая пистолет.

— Это не было предложением.

Я сжал губы, раздумывая о побеге. Но куда бежать? Обратно к Антонио? Чтобы ни было в той машине, это не могло быть хуже, чем моя теперешняя жизнь. Мои шаги были неуверенными, когда я направился к двери. Я услышал, как щелкнули замки, и, схватившись за ручку, потянул ее на себя, открывая.