Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ) - Иванов Владимир Николаевич "АдептусСибириус" - Страница 559

И вот, когда началась война, он и ещё несколько других джедаев инсценировали свою смерть и обосновались на Сусефвае, где Тайрис создал «Дженсаарай» — «Тайных последователей истины». За это время они существенно продвинулись, частично сумев восстановить некоторые навыки древних ситхов в обработке кортозиса. На основе ситхских доспехов они создали собственный тип брони, покрывая их кручеными нитями из кортозиса, обеспечивая тем самым пусть не сильную, но все-таки защиту от всех видов оружия. Они выбирали какое-нибудь животное своим союзником и защитником, затем придавали своим доспехам его черты. Таким образом они выражали свою индивидуальность в сообществе Дженсаарай.

А вскоре после этого с Никкосом связался никто иной как граф Дуку, покинувший Орден и впоследствии ставший лидером Конфедерации Независимых Систем. Граф, как и сам Тайрис, был недоволен порядками как в Ордене, так и в Республике, и был готов всё изменить. Он пообещал Тайрису поддержку взамен на службу Сепаратистам. Тайрис попросил время на подготовку, ссылаясь на то, что они ещё не готовы.

И вот теперь граф Дуку сделал Тайрису ещё одно предложение, пообещав ему доступ к своему голокрону, некогда принадлежавшему тёмному джедаю-анзату Вольфу Каркко.

Никкос, желая новых знаний, дал своё согласие на участие в этой войне. Войне против прогнившего Ордена.

Подхватив шлем, Тайрис направился на улицу. Выйдя из здания, он увидел двадцать восемь облачённых в доспехи фигур, стоящих на небольшой площади.

— Братья и сёстры! Настало наше время!

— Да!

— Мы готовы нести истинное слово!

— За Свет и Тьму! Ради будущего!

— Да!

***

Один из космопортов рядом с Галактическим Городом в кратчайшие сроки был переоборудован для проведения масштабного мероприятия. Насколько масштабного? Только на импровизированном плацу в стройных рядах замерло не менее полумиллиона солдат и офицеров. На трибунах — несколько миллионов гражданских, тех, кому посчастливилось урвать билетик. Естественно, что всё это транслировалось в сети Голонет, но вряд ли даже самое качественное изображение могло передать ту ауру торжественности, что повисла над этим местом.

На трибуне перед строем тоже было «многолюдно». Кроме Канцлера, только что вышедшего к микрофонам, присутствовало несколько сотен сенаторов; в их число входили и Лориан Маверик с Райо Чо, и Амидала с Мон-Мотмой; десятки военных разных званий — флотские и пехотные, а также джедаи: Йода, Мейс Винду и Ади Галлия. Кроме меня, был ещё один джедай — Рам Кота собственной персоной.

— Начинается. — шепнул Кернатаун Ринаун, стоящий за моей спиной.

Палпатин, улыбаясь, начал свою речь.

— Граждане Республики! Сегодня, в этот знаменательный день, мы собрались здесь, чтобы отдать должное сыновьям и дочерям, сражающимся на этой войне уже многие месяцы. Увы, с горечью говорю о том, что несмотря на их беспримерный подвиг, до сего момента Республика не могла должным образом отметить их заслуги. Однако сегодня мы возрождаем древние традиции награждения героев. Сенат Республики разработал и одобрил набор орденов и медалей, и я ответственно заявляю, что ни один герой не будет забыт. Даже те, кто погиб, защищая идеалы свободы и демократии, будут отмечены соответствующим образом…

«Как заворачивает, однако. Нет, стоит признать, что найдётся не так много разумных, готовых поспорить с Палпатином в ораторском искусстве».

Канцлер около двадцати минут «ездил по ушам» восторженной публики и млеющих солдат и офицеров, превознося их заслуги и сетуя, что не может наградить каждого лично. Впрочем, такие счастливчики всё же были, и началась кульминация этой церемонии — награждение. Начав с простого мичмана, спасшего корабль и свой экипаж — он получил Медаль Доблести, — Палпатин переходил к более высоким офицерам. Свою долю плюшек получили и Ринаун с Ли Норьегой. Первый удостоился Медали Победы, а лайн-капитан — Медали за особые заслуги.

После награждали уже моффов — висюльками в виде Медалей Почёта обзавелись Трахта, Тербонн и Праджи. За ними последовали сенаторы. Бейл Органа получил награду за свои эпизоды участия в нескольких сражениях, в которых он получил лёгкие ранения, а Амидала — Медаль Мира за свои гуманитарные миссии.

«А Бейл-то явно не в своей тарелке. Вроде и награда, а вроде — из рук Канцлера. Амидала как-то поспокойнее относится. Хотя… Что эти скромные с виду висюльки по сравнению с орденами Набу? «Жигули» и «Ламборгини», иначе не сказать».

— Среди клонов тоже есть выдающиеся личности, чьи доблесть и заслуги требуют надлежащей награды. — а Палпатин тем временем продолжал. — Маршал-коммандер Нейо из Девяносто Первого разведывательного корпуса. Состоящий из элитных солдат-клонов Великой Армии Республики, он выполнял разведывательные и диверсионные действия по всей Галактике, совершив множество подвигов — не таких громких, но безмерно важных. В соответствии с указом Нейо производится в звание клона-генерала. Кроме этого, таким же званием отмечен клон-коммандер Файе из Системной армии «Форн-Пять». Он служил под началом высшего генерала-джедая Оппо Ранцизиса, и был переведён по его рекомендации в тогда ещё формируемую Системную армию под командованием высшего генерала-джедая Пло Куна. После гибели джедая, временно исполнял обязанности командующего Системной армией в сложной тактической обстановке, зарекомендовав себя отличным командиром.

Под аплодисменты клоны получили из рук Канцлера новые планки.

— Также хочу отметить генерала Раму Коту, который вместе со своми людьми одержал множество побед, пусть не таких громких, но не менее значимых. Я вручаю ему Медаль Триумфа как признание его воинских заслуг и талантов…

— Надеюсь, скоро это закончится. — пробормотала Ади Галлия. — Ладно Мейс, но я к такому не привыкла.

— Думаю, скоро это закончится. — сообщил я ей шёпотом, продолжая улыбаться.

Но я оказался в корне неправ. Дождавшись, пока Кота вернётся на своё место, Палпатин продолжил:

— А теперь, я хочу сообщить, что принял решение возродить ещё одну древнюю традицию признания воинских заслуг. Она столь же древняя, как традиция награждения медалями и почётными знаками, и столь же забытая Республикой за последние столетия. Когда-то давным давно, десятки тысяч лет назад…

«Издалека начал, ничего не скажешь».

— …когда войска народов Тринадцати Батальонов Желлов возглавляли самые сильные и успешные вожди, их называли «Варлордами»…

«К чему это он?».

Я быстро переглянулся с Ади Галлией, но та лишь пожала плечами. Значит, Орден не в курсе. Мирро тоже ничего про это не накопал.

— …И хотя не так давно это звание ещё использовалось, ныне же о нём помнят немногие. Как Канцлер Республики, я решил в этот знаменательный день восстановить эту славную традицию…

«Палпатин такой Сидиус — вечно замышляет… эдакое. И что-то мне подсказывает, что…»

— …Я хочу отметить этого генерала за его неоценимый вклад в нашу будущую победу. Не щадя себя, он сражался в самых сложных битвах этой Войны, и вырывал победу у Сепаратистов…

Тут Палпатин обернулся ко мне.

«Да ну на…». Видимо, многих посетила та же мысль, судя по лицам.

— Генерал Микоре Викт! Властью, данной мне народом и Сенатом Республики, я дарую вам звание Лорда…

I. Часть Девятая. Глава 92.

Не беспокойся о том,

что у тебя нет высокого чина.

Беспокойся о том, достоин ли ты того,

чтобы иметь высокий чин.

Не беспокойся о том,

что тебя не знают.

Беспокойся о том, достоин ли ты того,

чтобы тебя знали.

(Конфуций)

***

Сказать, что это было неожиданностью — значит ничего не сказать. Тысячи мыслей пронеслись в моей голове. «Какой к хатту Лорд? Какого хатта делает Палпатин? И какого хатта делать мне?». Вопросы, вопросы — но нет ответов. Так что всё дальнейшее происходило словно в тумане. Палпатин, с улыбкой пожимающий мою руку. Взгляды джедаев, офицеров и сенаторов, наполненные непередаваемой гаммой чувств: недоумение, злость, гордость, радость… Гул толпы, вспышки камер…