Жестокое желание (ЛП) - Джеймс М. Р. - Страница 2

Это чувство, которое в прошлом редко приводило меня к ошибкам.

— Хочешь малиновый шоколад? — Я стараюсь пока подавить беспокойство, не желая, чтобы Ники уловил его. Я знаю его любимые вкусы, и, поскольку он не хочет говорить, мы проходим через это каждый раз. Я перечисляю возможные варианты, пока он не качает головой в знак согласия.

— Соленая карамель? Хлопковый леденец? Клубничный чизкейк?

Он кивает в ответ на последний вариант, и я улыбаюсь девочке-подростку за прилавком.

— Можно мне клубничный чизкейк в сахарном рожке и фисташковый в чашке, пожалуйста?

Девушка кивает, начиная накладывать мороженое, и я чувствую, как в кармане зажужжал телефон. Я достаю его, сердце колотится в груди, и я надеюсь, что увижу там имя Альфио. Я не хочу видеть его сегодня, но я также не хочу иметь дело с последствиями от моего арендодателя завтра, если мне не удастся исправить то, что заставило Альфио просрочить платежи за терапию. Три дня, это мой льготный период, и хозяин дома дал мне понять, когда мы опоздали в прошлом месяце, что больше мне это с рук не сойдет.

Вместо этого на экране мелькает имя моего учителя балета, и я вздрагиваю. Я поднимаю трубку, усаживая Ники за столик, и отвечаю.

— Алло?

— Мила. — Хриплый голос Аннализы настолько полон неодобрения, что я знаю, что она собирается сказать, еще до того, как она заговорит. — Ты сегодня пропустила тренировку.

— Я знаю. — Я резко выдыхаю, стараясь звучать как можно более раскаянно. — Мне нужно было отвезти Ники на терапию. Я приду и наверстаю пропущенное время.

— Скоро будет показательное выступление. — Раздражение практически капает из ее голоса. Аннализа очень плохо переносит семейные проблемы, да и вообще все, что мешает балеринам выступать. — У тебя главная роль, Мила, но я уверена, что твоя дублерша будет готова уделять время, если ты не…

— Нет, я готова. — Я прикусила губу, стараясь сохранить голос ровным. Ники поднял глаза от салфетки, на которой он что-то чертил, и между его бровей образовалась небольшая складка. Я вижу, как от волнения его лицо начинает гримасничать, и если я не буду спокойна, то и он не сможет быть спокойным. — Я посвящу себя этому, обещаю. Я сделаю все возможное, чтобы в будущем не было никаких накладок.

— Вижу, что да. В последнее время ты выглядела уставшей на тренировках. Если тебе нужны таблетки, чтобы лучше спать…

— Нет, я в порядке. Уверяю. Завтра я приду на тренировку пораньше и наверстаю упущенное сегодня время.

— Я жду тебя здесь на час раньше. — Ее голос звучит отрывисто, и сразу после этого линия обрывается, оставляя в моем желудке ощущение пустоты. Мне не нужно смотреть на распечатанное напоминание в сумочке, чтобы понять, что прием Ники на следующей неделе также совпадает с запланированной тренировкой.

Придется попросить Дарси отвести его. Я знаю, что она согласится, она любит Ники и всегда рада помочь, но мне не хочется перекладывать на нее еще больше забот. А еще я не хочу быть единственной, кто будет с ним рядом. Меня и так много не хватает: балет, вечерняя работа в клубе, да еще и Альфио.

Вот уже полгода у нас с ним есть договоренность, еще со времен последнего показа, где у меня была первая главная роль Жизели. Влиятельные люди в Лос-Анджелесе часто покровительствуют балету как средству "поддержки общества", а некоторые покровительствуют отдельным балеринам, хотя об этом говорят тише. Я знаю, что у некоторых девушек, с которыми я танцую, есть договоренности с политиками и другими богатыми людьми, аналогичные тем, что есть у нас с Альфио.

Были? Я прикусила губу, снова взглянув на свой телефон, стараясь не паниковать. Я знаю, что, скорее всего, я преувеличиваю, но мне кажется, что все находится на грани краха. Худшие сценарии один за другим проносятся в моей голове, и я ковыряюсь в мороженом, чувствуя, как у меня сводит живот.

К тому времени как я доставила нас обоих домой, ответа так и не последовало. Я попыталась позвонить еще раз, но получила голосовую почту. К этому моменту он должен был либо разозлиться на меня, либо заставить меня задобрить его после "навязчивости". Ни того, ни другого не произошло, и беспокойство в моем животе нарастает все сильнее, пока я не могу его игнорировать.

Я никогда не приходила к нему домой без приглашения. Это, скорее всего, привело бы к последствиям, к которым я не уверена, что готова. Я видела Альфио в гневе всего несколько раз, и это ужасно, когда он вымещает злость на мне. Но я думаю о том, что мне придется столкнуться с хозяином дома или через несколько дней объяснять Ники, почему мы ужинаем в темноте, и подавляю страх.

Я усаживаю Ники за домашнее задание и пишу Дарси.

МИЛА: Мне нужно встретиться кое с кем сегодня вечером. Ты можешь присмотреть за Ники?

Ответ приходит почти сразу.

ДАРСИ: Конечно. Все, что тебе нужно. Я смогу приехать около семи?

Я отправляю ей еще одно короткое сообщение, сообщая, что все отлично, а затем занимаюсь делами по дому. Это скорее способ занять руки, а значит, и мысли, чем-либо еще, и на какое-то время это помогает. На какое-то время мне удается отбросить мысли о надвигающихся счетах, о том, как Альфио отреагирует на мое появление в его особняке без приглашения и почему он до сих пор не ответил мне ни разу.

Однако в скором времени все это снова нахлынет на меня. Сердце бешено колотится, желудок скручивает, и я думаю, наступит ли когда-нибудь время, когда все это не будет казаться таким. Когда жизнь не будет такой тяжелой, и мне не придется бросаться на ограниченную милость жестокого человека, чтобы убедиться, что о моем брате позаботятся.

К тому времени, когда я подаю на ужин дино-наггетсы и картофель фри для Ники и салат для себя, от Альфио все еще нет ответа. Через несколько минут раздается стук во входную дверь, и входит Дарси, все еще в своей сменной одежде.

Она работает физиотерапевтом. Мы познакомились на балете и быстро подружились. Несмотря на то, что она знает, чем я занимаюсь на второй работе, и хотя она догадывается о моих "отношениях" с моим покровителем, она никогда не осуждала меня за все это. У нее самой были трудности в жизни, и она понимает, что иногда приходится делать трудный выбор. Мы знакомы уже несколько лет с тех пор, как умерла моя мать, и она лучший друг, который у меня когда-либо был.

— Привет, малыш. — Дарси приветствует Ники, когда та входит на кухню, а Ники издает в горле трель, выдаваемую за волнение. Это похоже на попытку заговорить, и каждый раз, когда я слышу его, у меня вспыхивает надежда. Это еще не перешло в речь, но шесть месяцев назад он даже не издавал таких звуков. Он был абсолютно безмолвен.

Терапия работает. И именно поэтому я должна это сделать.

— Я займусь уборкой, если тебе нужно уйти. — Дарси смотрит на меня, нахмурив брови, что говорит о моем настроении, и я делаю вдох, пытаясь расслабиться.

— Хорошо. Мне нужно только переодеться, а потом я пойду. — Я одариваю ее благодарной улыбкой. — Спасибо.

— Не стоит благодарности. Мы с малышом всегда рады провести время вместе. Не так ли, Ники? — Дарси зачерпывает с листа для выпечки несколько оставшихся дино-наггетсов и опускается на стул рядом с ним. — Мм… Мне больше всего нравится стегозавр, я думаю.

Ники издает придушенный звук, почти смех, и я чувствую, как мои плечи немного расслабляются. Что бы мне ни пришлось делать с Альфио сегодня, от этого зрелища становится легче. Это напоминает мне, почему, и что это того стоит.

У меня действительно нет другого выбора.

Я удаляюсь в спальню и быстро перебираю одежду, висящую в шкафу. Вот, розовое шелковое платье-футляр с кружевным вырезом и подолом — больше похожее на прославленную ночную рубашку, чем на что-либо еще, которое Альфио подарил мне несколько месяцев назад, и я снимаю его с вешалки. Может быть, то, что на мне его подарок, смягчит последствия неожиданного появления на пороге его дома. Я знаю, что платье ему нравится, он чуть не сорвал его с меня, когда я впервые надела его для него.