Уничтожь меня (ЛП) - Херд Мишель - Страница 40

Пока Армани ведет внедорожник через массивные железные ворота, Эбби бормочет:

— Если бы мой отец увидел меня сейчас, он бы сам меня убил.

Я нервно хихикаю.

— Значит, нас таких двое.

Миша сжимает мое бедро, и я прислоняюсь к нему, глядя в окно на проплывающие мимо пейзажи.

Когда мы добираемся до центра Женевы, Армани находит место для парковки рядом с Louis Vuitton.

Эбби практически подпрыгивает от волнения, когда берется за ручку двери.

— Подожди, — огрызается Миша. — Ты выйдешь только тогда, когда я подам сигнал.

— Что это за сигнал? — спрашиваю я.

— Мы, блять, помашем руками, как болельщицы, — бормочет Алек, вылезая из внедорожника.

Мы с Эбби смотрим, как парни проверяют территорию, и когда Миша жестом приглашает меня подойти, я открываю дверь и выхожу. Он тут же берет меня за руку, и мы быстро идем ко входу в магазин.

Как только мы оказываемся внутри, Эбби сразу же бросается к сумочкам.

— Боже милостивый, я на небесах.

Я следую за ней, в то время как парни держатся позади, постоянно настороже.

— Давай не будем посвящать этому весь день, — говорю я Эбби. — Ребята напряжены.

— Можно мне тридцать минут насладиться Луи? — спрашивает она, одаривая меня обнадеживающей ухмылкой.

— Тридцать минут. — Пока Эбби пускает слюни на последние модели, я возвращаюсь к Мише и говорю: — После этого мы вернемся в Академию.

Он хмурится.

— Почему?

— Я вижу, что ты напряжен. Это огромный риск, и я уже жалею об этом. Я сказала Эбби, что у нее есть тридцать минут.

Миша делает глубокий вдох, затем кивает.

— Я согласен с любым твоим решением. — Он оглядывает магазин, затем спрашивает: — Ты ничего не купишь?

Ухмыляясь ему, я отвечаю:

— Куплю, конечно. — Я целую его в подбородок, а затем направляюсь прямиком к парфюмерному прилавку.

Я стою и нюхаю все флаконы, пока не чувствую головокружение, но, полная решимости найти нужный аромат, продолжаю искать.

У меня уже заканчиваются пробники, когда я наконец нахожу тот, который пахнет как Миша — мужественно и просто круто.

Я прошу одного из продавцов достать мне бутылочку и завернуть ее в подарочную упаковку, а затем проверяю, как дела у Эбби.

— Ты что-нибудь нашла? — Спрашиваю я, когда подхожу к ней.

— Да! Две сумочки и самые симпатичные брюки. — Она хватает меня за руку и тащит к прилавку, чтобы показать свой выбор.

— О, мне нравится черная, — говорю я, беря ее в руки. — Боже, какая мягкая кожа.

— Можно нам еще одну такую сумку? — спрашивает Эбби у продавца, а потом напевает: — Одинаковые сумочки.

Посмеиваясь, я переключаю свое внимание на кассира, чтобы оплатить покупку и дождаться, пока Эбби закончит.

Когда мы подходим к парням, Эбби спрашивает:

— Как думаешь, они не будут возражать, если мы остановимся в кафе? Я умираю от желания съесть бургер.

— Уверена, они не будут возражать.

Подойдя к Мише, Эбби спрашивает:

— Можем заехать в Burger King? Я всех угощаю.

— Тогда мы определенно можем ненадолго остановиться там, — усмехается Армани.

Выйдя из магазина и направляясь к внедорожнику, я наклоняюсь к Мише и шепчу:

— У меня для тебя подарок.

Его брови приподнимаются, и он смотрит на меня сверху вниз.

— Подарок? Для меня? Почему?

Бросив на него игривый хмурый взгляд, я говорю:

— Потому что я люблю тебя.

— Ложись! — кричит Алек.

Витрина магазина разлетается вдребезги, и Миша с такой силой вытаскивает меня на тротуар, что моя сумка вылетает на дорогу. Он вытаскивает пистолет из-за спины, и мое тело на секунду отрывается от земли, когда он заталкивает меня за припаркованную машину.

Я дико оглядываюсь по сторонам и, увидев Эбби, присевшую на корточки рядом с Армани, испытываю огромное облегчение.

Затем наступает сильный шок — кто-то только что пытался убить Эбби.

— Нам нужно убираться отсюда, — кричит Миша ребятам.

— Просто будьте в укрытии, — кричит Алек, затем срывается на бег и, заваливаясь на бок, скользит к внедорожнику, одновременно стреляя из своего оружия.

Град пуль попадает в припаркованные автомобили, отчего стекла разлетаются вдребезги.

Люди на тротуаре кричат, и кажется, что время замедляется.

— Вставай! — Миша рывком ставит меня на ноги, и я бегу так быстро, как только могу. Внезапно он резко останавливается, и я оказываюсь за его спиной.

Звук выстрела его пистолета такой громкий, что я вздрагиваю и прижимаюсь к его спине.

Армани тоже стреляет, затем Алек кричит:

— Молодец, брат.

— Двигайся, — приказывает Миша.

Я бегу к внедорожнику и забираюсь на заднее сиденье, протягивая руку Эбби. Как только наши пальцы соприкасаются, я дергаю ее внутрь, и она со стоном падает на меня.

— Я держу тебя, — говорю я, помогая ей сесть на сиденье. Я обнимаю ее и прижимаюсь к подруге, потрясенная тем, что кто-то только что пытался ее убить.

Мужчины заваливаются во внедорожник, и через несколько секунд Армани с визгом шин выезжает с парковки.

Миша наклоняется к Эбби, которая застряла между нами, и хватает меня за плечо.

— Ты ранена?

Я быстро качаю головой.

— Я в порядке. — Я отстраняюсь от Эбби и осматриваю ее на наличие ран, и не обнаружив таковых, облегченно выдыхаю.

— Ты в порядке? — Спрашиваю я Мишу, сканируя взглядом каждый видимый дюйм его тела.

— Да, я в порядке.

— Мы тоже в порядке, — говорит Армани, резко поворачивая руль, чтобы на высокой скорости войти в поворот. Заднюю часть внедорожника заносит, и мы снова мчимся по улице.

Только когда мы добираемся до Святого Монарха, Эбби спрашивает:

— Что, черт возьми, только что произошло?

— Кто-то пытался вышибить тебе мозги, милая, — бормочет Алек с пассажирского сиденья.

Черты ее лица напрягаются, когда шок накатывает снова, и я быстро заключаю ее в объятия.

— Ты в порядке. Это все, что имеет значение.

Когда Армани останавливает внедорожник перед замком Святого Монарха, Алек распахивает свою дверцу, рявкая:

— В следующий раз, когда захочешь потратить деньги своего папочки, подумай дважды. Ты, блять, такая легкая, мишень.

Мы все выходим из внедорожника, и парням приходится остановиться, чтобы сдать оружие охранникам.

Инструктор Николай направляется к нам, похожий на грозу, которая вот-вот разразится.

— О чем, блять, вы думали, покидая территорию?

Мои брови взлетают вверх, кажется, уже в сотый раз за сегодняшний день от его резкой реакции.

Затем у меня отвисает челюсть, когда он хватает Эбби за руку, проверяя, все ли с ней в порядке.

Да, я тоже в порядке. Спасибо, что проверили.

Убедившись, что в нее не стреляли, он взрывается.

— Ты знаешь, что на твою жизнь существует гребаный заказ! Ты, блять, спятила или просто тупица?

— Прости? — Ахает Эбби, вырывая руку из его хватки. — Кем, черт возьми, ты себя возомнил, говоря со мной в таком тоне?

О. Черт.

Эбби подходит ближе к Николаю, высоко подняв подбородок.

Похоже, они собираются либо поцеловаться, либо устроить потасовку. Я не совсем уверена, что будет в итоге.

Голос Николая наполнен яростью, когда он рычит:

— Ты одна из моих учениц. Это дает мне право беспокоиться.

Эбби прищуривается, глядя на него.

— Да, продолжай лгать себе. — Приподнявшись на цыпочки, она шепчет ему что-то, от чего его ноздри практически раздуваются, как у разъяренного быка.

Что ж, это интересно.

С язвительной улыбкой Эбби похлопывает его по груди и направляется к лестнице.

— Я пойду с Эбби, — говорю я Мише, прежде чем побежать за ней.

Только когда я закрываю за нами дверь, и мы остаемся одни в моем номере, из нее вырывается всхлип.

Пораженная ужасом, она смотрит мне в глаза.

— Из-за этого мужчины мне хочется напиться!

— Что происходит между вами двумя? — Спрашиваю я, заключая ее в объятия.