Звезды без пощады (СИ) - Моури Эрли - Страница 57

— Такая точно была, — заключил Кирилл, оглядев простенок, круглое углубление которого закрывала неведомая субстанция.

Лугин с осторожностью потрогал ее и сразу в кончиках пальцев ощутил неприятный зуд. Не паутина, конечно, а будто тончайшие металлические волокна шли от края стены по спирали к центру, образовывая сложный узор. Если присмотреться лучше, то волокна были вовсе не из металла, а из какой-то изменчивой дряни, имеющий серебристый отблеск. Но в переводе на человеческие понятия вполне можно назвать: «паутинка».

— И как это, по-твоему, исследовать? — мичман повернулся к Мякушеву.

— Да просто — по-нашему. Сейчас со своей волыны пальну, там поглядим, — Кирилл махнул Ляхову, чтобы тот отвалил от греха подальше, и поднял плазмомет.

— Спешить бы с пальбой не надо, — проворчал в бороду Тарас.

— Слышь, Кирюш, — остановил милиционера Лугин. — А не думаешь, что там может оказаться вовсе не Нововладимирск, а комнатка полная кафров. Может у них за этим люком вроде кают-компании.

— Точно! — вставила Миронова. — Может у них там сходняк или дискотека. А?

— Хоть «а», хоть «б» — у нас выбора нет. Или тут, за стенкой наши ребята со всеми вытекающими, или будем по кораблю слоняться, пока не загнемся от голода, — мент настроился решительно.

Пусть и дружинник, прихлебатель Перцовский, а имелись в его неровной личности пункты, располагающие к уважению. Даже то, как он в столкновении с кафрами себя повел: без паники, со здоровым расчетом — редкий мужик так сможет. Участковый, блин-оладик, из Кузьмино. И тут Сергея словно по темечку тяжелым врезало: Кузьмино — это ж мимо которого они с Климычем ехали, как раз перед тем, как джип оставить! Вот те нате хрен в томате! Машину-то Денискину грабили люди с ментовского "УАЗика", и милиционер рядом с джинсовым вертелся.

— Стоп, Кирюша, — проговорил мичман, стараясь не выдать недоброго трепета голосом. — Вопрос один вскочил.

— Чего за вопрос? — Мякушев потрогал пальцем спусковую пластину с выпуклой пиктограммкой, похожей на ласточкин хвост.

— Ты — участковый из Кузьмино, да? — Лугин натужно думал, как правильнее завернуть разговор. И нафиг он его затеял именно сейчас? В голову стукнуло, как клина поймал. Проклятые эмоции. Эмоции, эмоции… И чайка-поморник с черными крылами из мглы. Нет, чтобы выбрать подходящее время, через час, через два, когда все утрясется и не будет вокруг любопытных ушей и глаз. А вдруг, Мякушев и есть, тот подонок, который Дениса с автомата? Что тогда? Сразу ему нож под ребро?

— Я. И что? — Кирилл с недоумением, опустил свой «утюг».

— Да интерес есть, — сквозь зубы процедил Сергей. — Хочу знать, не ты ли раскатывал на "УАЗе" меж Кузьмино и М-седьмым шоссе вечером… Э-э за сутки, как звездолет стартовал.

— Гражданин Лужок, мутишь ты чего? Я что помню все веселые земные вечера? Вечерами мы по нормальной жизни гужбанили так, что на утром себя не помнили. За сутки до отлета, говоришь? Ну, я раскатывал, вроде. И водку за рулем жрал, если это существенно, — хмыкнул милиционер. — А что, раньше мы пересекались, чтоб ты вдруг интерес испытывал?

— Калаш в машине и ТТшка были у тебя или дружков твоих? — продолжил Лугин, не отпуская его взглядом.

— Это что, допрос? Был у нас калаш, и ТТшка у Коляни. А в чем прикол? — не переставал удивляться Мякушев. — Без стволов тогда ездили только идиоты. Чего ерунду спрашивать?

— Чего-то вы, ребятки, не в ту сторону поперли, — заметил Черновол. — Вечер воспоминаний что ли? И базарьте тише — кафров накличете.

— Все, пожалуй. У матросов нет вопросов, — буркнул Сергей и, отходя в сторону, добавил: — Потом поговорим.

— Прикольный прогон, — хохотнула Верочка. — Начали про паутинку, кончили стволами, калашами под Кузьмино. Объясните, мальчики…

Кирилл осадил ее просто взглядом, вскинул плазмомет и прижал пальцем спуск. Два ярких сгустка растаяли в паутинке без следа. Металлические волокна даже не покраснели, хотя, по замыслу милиционера их должно было расплавить.

— Пожалуй, не возьмет, — мотнул головой Черновол. — Непонятная ерундень. Какая-то она… Эх, будто не настоящая, — он подошел к волокнистому кругу и осторожно ткнул пальцем. Сначала у края, потом ближе к месту, куда попадали плазменные выбросы. И положил ладонь на то самое место. — Даже не нагрелось, Кирюш. Вообще холодная. Непорядок, бля.

— А попасть нам на ту сторону край надо, — высказался капитан Ляхов.

— Если это вроде люка, то нужно искать кнопку или какие-то управляющие приспособления, — поделился соображениями Николай Степанович. — Давайте внимательно осмотрим стену.

— Опля! — худощавое лицо милиционера натянулось от улыбки. — А на кой нам через люк? Мы и через стену в легкую! — он поднял «утюжок» и пальнул правее серой окантовки, между которой серебрилась паутинка.

Клубы горячего дыма накрыли Тараса с головой. Тот тихо, но душевно выматерился и отскочил к Ляхову. Белобрысый друг Серафимцева кашлял и, приплясывая, размахивал руками, чтобы отогнать смрад.

— Точно, продырявить стенку! — взвизгнула от восторга Миронова. — Destroy! Fire! My sweet guy!

Сергей подумал, что ментовская идея в корне неплоха. Вот только реализация… Ну точно сопляк, стащивший батькино ружьишко, красуется перед пацанами и пуляет во все, что на глазу: консервную банку, в фанеру, в колеса соседского автомобиля. Любопытно же: пробьет — не пробьет? Был у него, Лугина, такой шебутной одноклассник, так тот, пока отец в командировке, а мать на дежурстве, повадился в собачью будку стрелять. Бац, бац! Псина, забилась поглубже, скулит от страха. А дурачок с папиным ружьем, знай, с азартом лупит с двенадцатого калибра. И все хорошо шло, пока патроны с дробью попадались. Только среди других один оказался с жиканом. Нетолстую доску на боковине в щепы и кобеля в ляжку. Так, что тот от боли вылетел, цепь порвал и стрелка погрыз с заслуженным ожесточением. Вот здесь как бы не вышло чего подобного. Не дело на каждом шагу использовать инопланетную технику, при этом не особо включая голову.

И старик Томский прав: могли торчать по краю стенки какие-нибудь кнопки, рычажки, прочие элементы управления, если здесь действительно люк. Только теперь, если они имелись, осталось от них не больше, чем от прошлогоднего снега. Все Кирюха поплавил, спалил, снес промыслом могучего разума. В стене исходила клубами едкого дыма двухметровая дырень, и конца пенолитовой толще не было видно. Закашлявшись вслед за белобрысым Верочка с Серафимцевым поспешили уйти по коридору дальше. За ними Максим Ляхов, и даже Тарас не выдержал, закрыв лицо свитером, чертыхаясь, отбежал подальше.

— Разумнее было, нам подождать у начала туннеля, — заметила Красина, уводя Сергея из задымленного до тошноты прохода. — Если кафравцы сейчас появятся — перебьют всех. Так бы хоть кто-то успел смыться узким ходом.

— Тактически верно мыслишь, — улыбнулся мичман и подтолкнул ее дальше, мимо щебетавшей с Серафимцевым и Ляховым Веры. Дошли они почти до горловины туннеля и там остановились, как бы одновременно и на атасе, и готовые шмыгнуть в узкий для кафров ход.

Ирина достала из кармана полупустую пачку Winston, свою страшноватую зажигалку-гробик. Щелкнула крышечкой, закурила.

— Мало мент здесь начадил, так еще ты решила добавить копоти, — усмехнулся Лугин, сортируя патроны под обрез. С картечью клал в левый карман, с пулями в правый.

— Нервничаю, — коротко пояснила она. — Будто не наяву мы, а в Кошмаре на улице Вязов. Вот тебе добренький милиционер огнем стену прожигает; где-то там трупы в красном свете и лужах крови; полуживые в целлофане на полках как в морге. Глядишь, сейчас какое-нибудь чудовище из-за угла с бензопилой или длинными лезвиями вместо ногтей. В общем, полный абзац. Ты хоть еще нормальный, за тебя можно зацепиться, иначе бы я давно сошла с ума.

— Да? — мичман убрал обрез за ремень. — Ну, зацепись, пока здесь особняком, — он обнял ее свободной рукой и притянул к себе, глядя на порозовевшее лицо и глаза, убежавшие сразу в сторону словно рисунок багровых прожилок на пенолите был приятнее его физиономии.