Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна - Рябинина Кристина - Страница 22

Смотритель принялся ощупывать карманы своего пиджака и брюк, — Алиса, у тебя там не завалялись нигде?

Алиса бросила вилку и быстро достала что-то из кармана. Она выпрямила перед всеми руку: на раскрытой ладони лежали неровные монеты с выдавленным на них профилем.

Артём взял одну из них в руку и поднёс к глазам, чтобы различить надписи. Монета была холодной. Профиль, изображённый на ней, разглядеть было сложно. Вокруг него Артём различил надписи: «Великий Первомай» и «Один монит»

— Из чего они сделаны?

— Из монитония. Этот материал можно найти внутри наших скал. Это Первомай придумал делать из него мониты.

— Ясно, — Артём почувствовал, что каждый раз задавать вопросы о непонятных словах становится сложнее. Он сделал глоток чая. Отвратительный вкус, будто бы глотаешь землю, растекся по языку. Артём никак не мог принять реальность вокруг себя. Он чувствовал, что дополнительная информация об этом мире может стать роковой для его рассудка. Антан продолжил:

— Отныне мы занимаемся множеством вещей, среди прочего — добыча кицория, черного камня и производство мяса. Также у нас есть много продуктов, которые теперь дарит нам здешняя земля. Большинство из того, что мы употребляем в пищу, растет в специально отведенных для этого местах в городе. Так прошло 8 Вел, и Первомай по прежнему остается нашим великим правителем.

Антан выдохнул и добавил: — Я думаю, что история до появления Первомая была несколько иной… Возможно, когда-нибудь мы узнаем правду, но теперь все исторические записи утеряны. Эту историю я услышал от своей матери, так она и передаётся от существа к существу.

— Повезло вам с Первомаем, — произнес Артём, — но вот его имя заставляет меня задуматься. Я уже был у него.

— Что? — Алиса чуть не поперхнулась.

— Ну, то есть, я был прямо перед входом, но меня к нему не пустили, сказали, нужен номер приглашения.

— Ну ты даёшь, думал, что он тебя примет также радушно, как мы? — громче обычного прокомментировал смотритель, — Он вообще никого к себе не пускает. Даже меня — смотрителя района. Он пускает к себе только тогда, когда нужно ему самому. — Антан поймал на себе взгляд Алисы и закончил фразу:

— Поручения через гонцов отсылает. Отчеты ему подавай каждые несколько четвертей.

— Жаль, а я думал вы сможете провести меня к нему… — Артём с грустью посмотрел на содержимое своей чашки.

— Подумаю, что могу сделать, Артём. Как и обещал тебе, я попробую тебе помочь.

— Надеюсь на вас, — Артём посмотрел на Антанариса, — Мне нельзя здесь долго оставаться.

— Ну конечно, мы понимаем. Знать бы ещё, отчего тебя к нам решили перекинуть. Именно тебя…

Смотритель проглотил остаток ужина и задумчиво окинул взглядом Артёма.

— Ну а ваш язык… — запнулся Артём, — как давно вы пользуетесь этим языком? Конечно, у вас есть много непонятных мне слов, но сам язык и письменность в точности такие же, как у меня наверху.

— С начала времён мы разговариваем так, — быстро ответил Антанарис. — Я других слов и не знаю. Кто знает, может это язык самих Покровителей, хотя, возможно за периоды он мог претерпеть некоторые изменения.

Артём выдохнул в ответ и протёр лоб ладонью. Совершенно ничего не ясно, желудок сжимается от голода, вдобавок ко всему болит голова — видимо, последствия ужасной инъекции Твея.

— Не хотите сыграть в четвёрку? — вдруг вмешалась Алиса, и Антан с Артёмом посмотрели на неё так, будто бы забыли о ней. Загорская тоже закончила с ужином и теперь смотрела на собеседников с лёгкой улыбкой.

— А давай, доставай! — Антан хлопнул ладонью по столу, — Заодно Артёму покажем.

— Четвёрка? Это игра такая? — спросил Артём, наблюдая, как Алиса выходит из кухни.

— Сейчас всё покажет, — прошептал Антан, кивнув в сторону Алисы, а затем поднялся, чтобы убрать тарелки.

Через минуту вернулась Алиса, сжимая в руке стопку больших карт.

— Игра несложная, достаточно вникнуть в правила разок, — произнесла она, садясь за стол и перетасовывая карты.

— Ну что, готовы?

— Да! — ответил смотритель, потирая ладони. Артём лишь кивнул.

— У меня в руке 32 карты. 12 старших карт и 20 карт стихий. Сейчас я их перемешала, и раздаю каждому по 8 карт.

Алиса быстро раздала всем карты рубашкой вверх. Артём перевернул свои и принялся рассматривать.

— Подожди, сначала я объясню, потом будешь рассматривать. Так вот. Старшие карты бывают тёмные и светлые. Например вот у меня есть тёмная карта — Смерть.

Алиса подняла руку, сжимая в пальцах карту. На ней был неаккуратный рисунок, казалось, карты были самодельные. Артём успел разглядеть то самое тучное животное, загон с которыми он видел перед встречей с Твеем. Тут же нахлынули неприятные воспоминания и Артём зажмурился, ощущая, как по спине пробегает холодок. Быстрым движением двух пальцев он протёр глаза.

— У карты Смерть номинал 8. Задача игроков — нападать на других игроков, выкладывая старшие карты. Но чтобы старшие карты работали, — Алиса положила карту с убитым животным в центр стола, — при нападении на противника их нужно подкреплять стихиями. Тёмные карты могут работать только при условии, что их сопровождают тёмные стихии, а именно огонь, — Алиса положила рядом с картой в центре карту с неаккуратно нацарапанным рыжим карандашом огнём и цифрой 3,— и монитоний, — справа от карты Смерть оказалась карта с серым бруском и цифрой 5.

— Номиналы монитония и огня в сумме дают 8 — номинал карты Смерть. А это значит, что я могу напасть на Артёма, — с этим словами Алиса усмехнулась и, накрыв карты ладонями, подвинула их к Артёму.

— Тёмные карты ты можешь отбить Светлыми, по тому же принципу. Только помощники Светлых карт — это вода и земля. Поэтому эта игра и называется четвёрка, потому что стихии четыре.

— Отбивайся или забирай карты, Артём, — произнёс Антан, сжимая в пальцах веер из своих карт и глянул на Артёма. Уголок его тонких губ поднялся.

Артём посмотрел на кричащую в агонии свинью на карте, чей бок был пронзён длинным копьем, а затем посмотрел на свои карты. На одной из них был нарисован тёмно-синим карандашом комок земли, на трёх, как назло, огонь, на одном — капля зеленоватой воды, а остальные карты оказались старшими. На первой карте, очевидно Светлой, жёлтым карандашом был нарисован силуэт женщины. Снизу тем же карандашом было подписано —

МАТЬ

На второй карте был силуэт мужчины, с подписью:

ОТЕЦ

Но эта карта по какой то причине была тёмной. Артём усмехнулся про себя: а ведь правда, всё так!

На третьей карте, которая тоже была тёмной, было изображено маленькое мохнатое существо с ушами и большими глазами. Оно сидело на стуле и смотрело вникуда, держа ногти у зубов. Шерсть на его теле торчала в разные стороны.

ТРУС

— Ну что, будешь отбиваться? Или забираешь карты? — напомнила о себе Алиса. Артём глянул на неё.

— Ты сама сделала эти карты?

— Да, по правилам из древней книги. Давай уже!

— Ничего себе…

— Первомай такой ерундой, как производство игр не озадачился. Я направляла прошение, но он оставил его без ответа.

Артём выложил на стол карту Матери и сопроводил её картами воды и земли.

— Отлично, ты отбился! — воодушевлённо произнесла Алиса, ладонью сдвигая все карты в сторону. — Теперь нападай на Антана! Если нет карт — то можешь добрать из свободной колоды.

Они поиграли так довольно долго, так что Артём даже смог втянуться в игру, забыв обо всём. Потом Антан вдруг сказал:

— Спать пора, скоро ночная треть. Алиса, Артёма я к тебе устрою.

Дочь смотрителя кивнула.

— Куда устроите? — Артём перестал разглядывать свои карты и посмотрел на Антанариса.

— Первомай не приемлет неработающих. Его прислужники посещают дома днём и все проверяют, поэтому, пока ты спал, я тебя определил на работу в сад сотаров и отель.

— Но я никогда…

— Да там ничего сложного, — махнул рукой Антан.

— Что у вас тут творится? — нахмурился Кристалинский. — А если этот ваш Первомай узнает, что я подросток? Я не доучился до конца, какая работа? — Артём обеспокоенно смотрел то на смотрителя, то на его дочь.