Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна - Рябинина Кристина - Страница 73

Ушастый одним прыжком оказался перед Артёмом и занёс кулак для удара. В эту же секунду глаза Артёма закатились и он упал назад, на спину. Кулак разрезал воздух.

— Мертвечина! — прокричал Ирг и топнул ногой. — Чёртов слабак!

Артём не двигался, руки беспомощно раскинулись в стороны, глаза были закрыты.

Антан отвлёкся от Алисы и глянул на него.

— Он потерял слишком много крови. Нужно срочно везти их к Цицерону. Иргойль, хватит вести себя как тупая тварь! Лучше собери серпниров, а я положу на них ребят. Ты повезешь Алису, а я Артёма.

Снова Антанарис держал Артёма на руках. В городе уже начиналась утренняя треть. Грозный был связан поводьями с рукой Антанариса, а серпнир Алисы сам шёл позади Иргойля.

Кровь не останавливаясь, текла из шеи, капая на песок. Небольшое мохнатое существо, похожее на собаку, подбежало и принялось облизывать место, пропитанное кровью. Вернувшихся дозорников провожали десятки любопытных взглядов.

— Убили… Трупы везут… Великий Первомай! — шептали то тут, то там.

— Мы снова защитили город от нападения тварей! Гордитесь нашей службой. Славьте Первомая! — выкрикнул Антанарис перед тем, как свернуть спрыгнуть с серпнира рядом с домом местного врача — Цицерона.

Чуть не уронив Артёма, Антанарис прокричал, несколько раз ударив локтем в дверь.

— Цицерон! Это срочно! Где тебя мертвецы носят!

Ожидая ответа, он посмотрел на лицо Артёма. Опустив взгляд чуть ниже, он заметил, что в ране на шее торчат несколько засохших щупалец, оторвавшихся от хобота:

— Поверить не могу, что он сам вытащил из себя хобот. Это адская боль — знаю по своему опыту.

Иргойль заметил это и брезгливо выплюнул:

— Надо было его там оставить и заживо землей присыпать!

— Иргойль, — спокойно сказал Антанарис. — Он спас её.

— Он спасал себя! И если бы не он…

Дверь со скрипом открылась, и Антанарису пришлось сделать шаг назад.

На пороге появилось странное существо: высокий и худой мужчина без единого волоса на голове. Скальп украшали многочисленные порезы, неаккуратно зашитые толстыми стежками ниток. Он был одет в брюки, ботинки и жилет поверх старой майки. Мужчина окинул вошедших усталым взглядом больших серых глаз: — Антанарис! Заходите скорее, — и существо посторонилось, пропуская вошедших.

— Великий Первомай, Алиса! Кто её так, ну же, сюда кладите, быстро!

— Это Кроветники. Напали на нас стаей, — сказал Антанарис.

— А это ещё кто? — Цицерон нахмурился, протирая руки мокрой тряпкой, источающей едкий запах, и посмотрел на Артёма.

— Это Артём. Неизвестно, откуда взялся, пока у нас живет.

— Это она его защищала! — прорычал Иргойль, усевшись на кровать рядом с Алисой и сжимая в руках её ладонь. — Гнилое отродъе, ненавижу!

— Иргойль, успокойся, — снова остановил его Антанарис.

— Подожди, так я видел его! Клади сюда, вот так, о, сколько крови! — Цицерон засуетился и принялся копаться в железном ящике на столе.

— Где ты его видел?

— Так это, в отеле шарился… Напуганный был, глаза как два блюдца.

— Помоги сначала ей! — рявкнул Иргойль, увидев, что врач с мотком бинтов направляется к Артёму.

Цицерон остановился и посмотрел на Иргойля.

— Ирг, по-моему ты растерял контроль над собой. Где тот храбрый котёнок, которому я несколько раз вправлял кости? Ты был также смышлен не по годам. Подумай, кто умрет быстрее, тот, кто теряет кровь, или тот, у кого вывих руки?

— Она без сознания!

— Ирг!

— Выйдите отсюда! — лицо нахмурилось, оскалившись, и кожа под стежками шрамов на голове растянулась. Мешаете работать! Зайдете, когда позову! Или ты хочешь посмотреть, как я буду вправлять Алисе кости, а, ушастый?

Сжав зубы, Ирг вскочил и, громко топая ногами, вышел вон, хлопнув дверью.

— Извини, Цицерон, — начал Антанарис.

— Иди, успокой этого ушастого лучше! — бросил Цицерон, склонившись с пинцетом над Артёмом.

— Он весь в крови, — выдохнул врач, — давно его ранили? Боюсь, что не смогу обещать…

— Это кроветник. Я хобот прострелил.

— Ясно, — как то отстраненно ответил врач и резко выдернул оставшийся кусок щупальца из раны. Кровь обрызгала детские щёки и редкие светлые волосы на голове. — Выйди отсюда! — рявкнул он на Антанариса, а затем повернулся к двери, ведущей куда то вглубь хижины. — Диана, быстро сюда! Нужно вытащить нити кроветника, у меня тут двое! Диана, гниль тебя возьми!

— Я здесь, Цицерон! — в комнату вбежала высокая, черноволосая женщина со смуглой кожей. Прямые волосы едва доставали ей до плеч, а глаза были абсолютно черными, без единого намека на зрачки.

— Почему я должен кричать?! Давай сюда, держи пинцет и вытаскивай, потом перевяжешь. Чем быстрее ты остановишь кровь — тем больше вероятность, что этот малец выживет! А я пока займусь Алисой. — Кстати, кто оставляет такие раны?

— Кроветники… — выдохнула черноволосая, склонившись над Артёмом с пинцетом.

— Молодец.

Антанарис всё еще стоял и смотрел, как под белым халатом на спине женщины проступают жесткие пласты панциря с возвышением посередине, похожим на гребень. Женщина пахла иначе, чем остальные, запах был будто из детства, будто бы он давным давно забыл о нём. Антанарис очнулся, когда его в очередной раз окликнули.

— Смотритель, ты ещё здесь? — Цицерон резким движением вправил Алисе руку, и в эту же секунду её глаза открылись и она закричала так, что у Антанариса зазвенело в ушах.

— Алиса! — он бросился к ней. В дом снова вбежал Иргойль, казалось, даже волосы на его голове встали дыбом.

— Ну тише, тише, девочка, всё хорошо! — Цицерон заботливо убрал волосы с лица Алисы.

— Артём? — спросила она, посмотрев на Антанариса.

— С ним все нормально, он тут, — кивнул Антан.

— Зачем ты пошла спасать его, зачем, милая? — выпалил Иргойль, оказавшись рядом с кроватью Алисы.

— У него не было оружия…

— Закон дозора таков, что если существо не в состоянии…

— Иргойль! Можно обсудить это позже?! — Смотритель одарил Ирга злобным взглядом. Глаза его сверкнули, а верхняя губа поднялась, обнажая клыки.

Алиса закрыла глаза и выдохнула:

— Все в порядке? Мы справились?

— Да, неповторимая, мы справились, — легко улыбнулся Антан.

— Что-то ещё болит? — вмешался в разговор Цицерон, усиленно размешивающий какую-то тёмную жидкость в стеклянном стакане.

— Затылок немного, — нахмурилась Алиса, и, подложив ладонь под голову, цокнула языком: — И спина.

— Сейчас помажем. Диана! Закончила?!

— Да, — Диана выпрямилась и Антанарис обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на её лицо.

— Иди сюда, помажь Алисе ушибы.

— Хорошо, — темноволосая подняла взгляд и встретилась с взглядом Антанариса. Тот тут же отвернулся.

— А, я не познакомил вас, — начал Цицерон, и, налив темной жидкости себе в ладонь, принялся размазывать её по шее Артёма, — Это Диана. Замечательный, способный врач. Была бы, если бы была более сосредоточенной! Да, Диана?

— Да, Цицерон, — грустно ответила женщина, размешивая в плошке ложечкой какой-то густой крем.

— А теперь идите, нечего тут мешаться, — сказал Цицерон. Оставляйте их тут. Освобождение от работы на трое суток. А может и больше, оформишь, Антанарис?

— Антан, принеси мои карты, четвёрку, — на выдохе прошептала Алиса, не в силах открыть глаза.

Глава 25. Передышка

Артём открыл глаза и увидел склонившуюся над ним Алису.

— Артём очнулся! — крикнула она, повернувшись к кому-то.

— Слава Цицерону! — рядом возникла черноволосая женщина с тёмными глазами без зрачков. Видок у неё был жуткий, поэтому Артём зажмурился.

— Мы думали ты помрешь, а нет, сильный организм то, справился с ядом, — произнёс незнакомый голос. Артём открыл глаза и увидел нависшее над ним широкое лицо с детскими глазками.

— Ты! — выпалил он и попытался поднять голову, но шею тут же пронзила острая боль. Артём зажмурился и сжал зубы.