Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна - Рябинина Кристина - Страница 95

Стол был накрыт пышно — в соответствии с окружением. В самом центе лежала жареная тушка какой-то птицы, вокруг неё на тарелке натюрмортом лежали овощи, настоящие овощи: картофель и морковь. Ещё на столе был серого цвета хлеб, бледный сыр и несколько соусниц с разноцветным наполнением. Первомай в своём неизменном брючном костюме уже сидел за столом. Сразу же завидев Артёма, он приветственно поднял руку и широко улыбнулся.

— Тёмыч! Прошу к столу — сегодня у нас в меню Птица Провидец. Ты их не пробовал ещё?

Глава 32. Кротовая нора

In a place I know I belong

In my head I can do no wrong

And I could never be Neil Armstrong

I'd be the last man on the moon

SR-71

Артём замер от нахлынувших воспоминаний. Перед глазами, издевательски скалясь, снова возник отвратительный свин с обломанным клыком.

— Вообще-то я пробовал их мясо… — осторожно начал Артём. — И не хочу ещё раз.

— Ого, и что же ты видел? — Первомай, ничуть не смущаясь, наблюдал, как нож в руке Нойла входит в румяный и сочный бок тушки.

— Садись, чего стоишь, — нетерпеливо бросил правитель Артёму.

Артём отодвинул стул, сел напротив Первомая, и теперь птица, источающая уже знакомый запах свежих цветов, оказалась между ними.

— Я ничего не видел… Точнее, я не помню. Но повторять этот опыт точно не хочу.

— К сожалению, я тоже ничерта не запомнил из своего видения. Зато увидел смерти половины моих слуг, — раздосадовано произнёс вождь.

— Какой кусочек отрезать вам, господин? — сбоку от Артёма внезапно возник ушастый Нойл с ножом и вилкой, ничуть не заинтересовавшись фразой правителя.

— Я правда не хочу, спасибо…

— Тёма, — выпалил вдруг Первомай, — ты обо мне совсем плохо думаешь. Разве стал бы я заставлять тебя переживать неприятный опыт снова? Это мясо не опасно, так как готовилось достаточное количество времени. Вот дозорники обычно развлекаются — нажрутся полусырого мяса и торчат. — Вождь кивнул куда-то в сторону, взявшись за вилку. — Так что ешь, а то остынет, — добавил Первомай и отправил первый кусочек в рот.

— Какую часть больше любите? Ножку, крылышко или грудку? — повторился Нойл, смотря на Артёма и угрожающе направив блестящие столовые приборы на птицу.

— Давайте вот крыло для начала… — смущённо ответил Артём, и тоже стал наблюдать, как нож входит в мясо, будто в масло. Он подумал о том, что эта птица была убита также зверски, как и тогда, на дозоре. Как впрочем и курицы там, в его мире. Но почему-то сейчас он не испытывал к бедняге никакой жалости. Чтобы отвлечься от неприятных размышлений, Артём сказал:

— Насколько мне известно, местные не видят видений после употребления мяса.

— Верно, оно влияет на них по другому, это и интересно, — согласился Первомай.

— А правда, что эти птицы раньше разговаривали и предсказывали будущее?

— Да бред это всё религиозный, — махнул рукой правитель, громко жуя, — говорящие птицы…

— Они раньше предсказывали будущее, потом ушли, — сказал Артём, ковыряя мясо вилкой.

— Антанарис тебе сказок нашептал. Видел я этих птиц — обычные курицы, — уверенно заключил вождь, пожав плечами. — Только вот очень вкусные, — тут правитель подмигнул Артёму.

— Но они же каким-то образом они вселились в моё тело и общались с дозорниками.

Первомай широко раскрыл глаза.

— Бедный ребёнок… — обеспокоенно выдохнул он, а затем добавил уже веселее:

— Из-за наркотика, который содержит сок мяса не только птицы будут в тело вселяться, но и скальное небо может разверзнуться, — правитель иронично ухмыльнулся.

Артём подумал о том, что всё это — Вершитель судеб, будущее, двойник — действительно могло быть групповым наркотическим помешательством. Воспоминания о той ночи были смазанными, тёмными и вязкими, будто дёготь. С этой теорией все, происходящее с ним, становилось намного понятнее. Под вопросом оставался только эпизод со статуями, хотя может и он был следствием ядовитых соков мяса.

— А сколько у вас длилось действие наркотика?

— Где-то дня два активно, а потом ещё недели три по чуть-чуть колбасило, это если по нашему…

Может, Антанарис вводил какой-нибудь наркотик прямо ему в вену, пока Артём спал, преследуя коварную цель окончательно свести его с ума?

Вкус мяса оказался менее ярким, чем тогда у костра, но всё таким же вкусным.

Накладывая в тарелку овощи и сыр, Артём спросил:

— Расскажите наконец о вашем способе создания кротовой норы. Как это всё работает? Я хочу наконец во всём разобраться и понять, отчего нам отталкиваться.

— Что ж, — начал Первомай, вытирая белой салфеткой губы, — давай попробуем. Скажи-ка мне, как образуются чёрные дыры? — он глянул Артёму в глаза.

— Черные дыры образуются тогда, когда слишком много материи сжимается в маленьком пространстве.

— Гравитационный коллапс, совершенно верно, — кивнул Первомай.

— Так вот Кротовая нора — это как чёрная дыра. Только вот если попасть в черую дыру, то тебя к чертям расплющит. А кротовая нора предполагает вход и выход.

— Это я уже понял, — Артём кивнул, проглотив кусок мяса.

— А слышал ли ты что-нибудь про предел Оппенгеймера-Волкова?

Артём задумался, посмотрев на вилку в своей руке, а потом поднял взгляд на Первомая.

— Я читал про него, но точно не помню…

— Это предел, при превышении которого возможно возникновение черной дыры. Для этого у нейтронной звезды масса должна равняться 0,71 от массы Солнца.

— То есть вы хотите сказать, что вы создали у себя в лаборатории звезду такой массы? — Артём недоверчиво глянул на вождя и прищурился. — Это же физически невозможно…

— Подожди, дослушай сначала. Все начинается с того, что термоядерные реакции внутри звезды прекращаются, и она начинает сжиматься. Если масса подходящая, сила гравитации преодолевает давление газа и звезда продолжает сжиматься, пока не превратится в чёрную дыру.

— Понятно, — кивнул Артём. — И что дальше?

— Но черную дыру можно создать с помощью ещё одного способа. Моя гипотеза состояла в том, что это можно сделать с помощью столкновения протонов на околосветовых скоростях. Но тут опять проблема — такая черная дыра будет квантовой, то есть слишком маленькой, — Первомай показал приблизительный размер предполагаемой звезды между двух пальцев.

— Как вообще можно добиться таких скоростей?

— Ускорение частиц — это ещё полбеды. Чтобы создать кротовую нору, по которой можно путешествовать, необходимо создать достаточно устойчивую черную дыру, иначе быстро коллапсируешь в мелкие частицы. К сожалению, кротовые норы катастрофически нестабильны. Говорят, что любая такая нора разрушится быстрее, чем кто-либо сможет достичь её конца — это в свою очередь доказывает, как ты наверное знаешь, такое уравнение как мост Энштейна-Розена. Когда я думал об этом, для начала я занимался поиском той самой экзоматерии, которая поможет стабилизации норы. Я так и не нашел её. Но дело то как раз в том, что существуют теории, где необязательно наличие экзоматерии.

— Какие например? — Артём взял нож и потянулся за добавкой.

— Можно вспомнить о теории струн, — устало выдохнул Первомай. — Но, опять таки, где их взять, эти струны? Наверное, можно было бы стабилизировать кротовую нору с помощью напряжения струны, но это пока что просто математическая теория. А потом я подумал, что можно придать черной дыре электрический заряд. Сделав некоторые расчёты, я понял, что только внутри заряженной черной дыры возникает достаточный для образования моста к другой дыре уровень сингулярности. Дело ещё и в том, — тут Первомай горько усмехнулся, — что я надеюсь, что в моей лаборатории все же осталась стабильная черная дыра, к которой можно будет проложить мост… Тогда у нас всё получится. А вот если нет, то задача автоматически становится намного сложнее.

— Кажется, я понял, о чём вы. Но всё же, для создания и стабилизации потребовалась бы очень много энергии. Где вам удалось найти столько?